Хозяйка орочьей крепости (СИ) - Леснова Екатерина Ивановна - Страница 25

Не знаю чего я ожидала, но точно не успокоившегося лица и снисходительной улыбки.

— Тебе показалось, — спокойно проговорил арым, отходя от меня.

Юнар залез в шкаф и вытащил чистую рубашку.

Хотела возразить, но орк продолжил, натянув светло-серую ткань через голову.

— Ты не касалась Мари, просто показалось. А колебаться туман может постоянно. Так бывает. Обычно она придерживается магических границ, но не обрисовывает их четко, всегда находится чуть в отдалении.

— Да нет же, я видела собственными глазами.

— Ялана, — наставительным тоном начал арым, — дары не могут быть связаны с Марью. Чаще всего это первостихии. А Марь творение человеческих рук. Поэтому твоя печать не может быть связана с Марью.

— Но я же видела вспышку и почувствовала дрожь энергии.

Стало обидно, что Юнар не поверил. Я думала, что он разозлиться, а потом, даже не знаю, может обрадуется? Ведь это бы значило, что я как то могу влиять на Марь. Вдруг мы вместе смогли бы закрепить границы или еще что-то сделать! А он будто посмеивается над глупой девчонкой.

— Твой дар только активировался, магия может бесконтрольно просачиваться, в том числе через печать. Учись контролировать ее, и тогда она будет подчиняться.

Орк зашнуровал рубашку на груди и потянулся к куртке.

Я отодвинула обиду, чтобы прямо сейчас не показать, как его неверие меня задело, и спросила первое, что пришло на ум.

— Юнар, почему у орков есть пуговицы, а у людей нет?

Арым пару раз моргнул, осмысливая мой вопрос и резкую смену темы, а потом со смешком ответил:

— Не знаю. Просто люди привыкли к тесемкам и шнуркам. А нам проще застегнуть на пуговицу.

— То есть это не какая-то национальная особенность?

— Особенность? — повторил он. — Кхм, нет. Я даже не задумывался, почему это так. Вообще не думал кто и что носит. А почему ты спросила?

Я поднялась и собралась на выход. Настроения улыбаться в ответ Юнару не было. Поэтому уже у двери бросила:

— Надоело зашнуровывать по десять минут платье каждое утро.

Пока я шла по коридору, то слышала смех Юнара. “Очень рада, что повеселила”, — буркнула себе под нос.

Видеть никого не хотелось, но еще много дел, так что первым делом я отправилась осматривать вызваленную из завалов мебель.

Может Юнар и не верит, что моя магия как то смогла повлиять на Марь. Но я верю собственным глазам. А еще все-таки стоит почитать книги раннима Ивора, должно же быть там что-то про дары.

Глава 30

Жителей в крепости теперь стало намного больше, чем было до этого. Все деревенские, забрав все вещи, какие смогли собрать, перебрались в крепость. Каждому нашлась работа.

За последнюю неделю я уставала так, что просто падала в кровать и вырубалась. И все же находила время потренироваться с даром. Что-то я нащупала, но никакого материального проявления магии так и не увидела. Либо я так и не научилась ничему, либо моя магия действует только рядом с Марью.

С Юнаром старалась поменьше пересекаться. С того разговора желание наладить контакт пропало. Не спорим по каждому вопросу, и то хорошо. Только изредка ловила на себе его задумчивые взгляды, но списывала это на обычный интерес.

Работы было море. Наконец с мертвой точки сдвинулся ремонт замка. Завалы на третьем этаже разобрали полностью. Теперь часть коридора зияла проплешинами, сквозь которые было видно небо, а часть была с уцелевшей крышей.

По коридору можно было спокойно пройти. И даже несколько семей разместили в комнатах с крышей.

Проплешины же ощетинились свежими дощатыми настилами и новенькими стропилами. Кое-где собрали строительные леса, и мужики лазили и снаружи, и внутри крыши, восстанавливая. В первый раз увидев, как один полез на крышу без страховки и без всякого страха принялся заколачивать гвозди в новые доски, у меня чуть сердце не остановилось. Я бросилась туда и скомандовала немедленно слезать.

Теперь ремонтники красовались поясами с привязанными веревками, вторые концы которых были закреплены на вбитые крюки. Может при падении они получат травмы из-за этих поясов, но по крайней мере не расшибутся в лепешку с высоты пятиэтажного дома.

За стенами крепости тоже кипела работа. Каждое утро туда выходили крестьяне в сопровождении конных орков и людей. Юнар подключил и людской гарнизон крепости, хоть их было и немного.

Деревенские выходили вскапывать землю под грядки, перепахивать небольшие поля и сажать зерно. Вокруг крепости не осталось ни клочка не вскопанной земли. Теперь из окна башни было видно, как к стенам крепости жались новые ровные грядки, а квадраты полей располагались точно по стенам. Получилось три поля и одна сторона с грядками.

Кроме того было решено, если к моменту созревания овощей и фруктов, Марь не поглотит деревни, то и за теми посадками мы будем следить. Когда я это предложила, Юнар принялся возражать:

— Ялана, у меня всего сорок орков, я не могу распылять так силы. Того, что мы посадили хватит.

— А если нет? Как мы переживем зиму? А как будем дотягивать до нового урожая?

Больше я не улыбалась и не пыталась быть милой. Сам того не ожидая, Юнар сильно меня обидел. Он не поверил мне, хотя я не давала повода. Правда здравый смысл мне тоже шептал, что чересчур остро отреагировала: Юнар житель этого мира, о магии он знает, если не все, то многое, поэтому может делать подобные выводы. Но я упрямо отбрасывала эти выводы. Может потому что боялась, что орк стал мне слишком нравиться?

— Но разделять своих орков, чтобы защитить мешок картошки, я тоже не буду.

— Хорошо, — согласилась я, — тогда я соберу добровольцев, и мы сами будем ездить и обрабатывать то, что успели посадить деревенские.

На том мы и разошлись. Но меня поддержал вур Идар. Он вернулся из другого поселения, где осел атакыр арыма Судара. У них дела обстояли еще хуже наших. Марь сомкнулась так, что свободной земли почти не было. Они собирались также, как и мы засеять всю возможную плодородную почву. Но людей было больше, чем потенциального урожая. И арым принял решение собрать обоз с провизией, чтобы атакыр смог продержаться какое-то время. Отправиться должен был вур Идар.

Так что, как бы Юнар не возражал против распыления своих сил, но поделить их все же пришлось. Поэтому, когда стекольщик отправился за песком, с ним поехали три орка. Заодно я приказала проехать и просмотреть огороды.

Несколько комнат первого этажа обзавелись деревянными рамами со стеклами. А также все жилые помещения обзавелись мебелью. Замок стал походить на жилой хотя бы внешне.

Я наконец дочитала книги раннима Ивора и собиралась отнести их в храм. Со священником мы практически не видились. С прибытием селян у него постоянно шли службы. Многие деревенские нет-нет да и заходили в храм, чтобы перемолвиться словечком с раннимом. Людям нужна была надежда, и кто-то находил ее у каменных статуй божеств.

В книгах ничего особенного не нашлось, разве что стало чуть понятнее с дарами. У человека мог быть дар и без печати, но тогда он считался спящим, потому что управлять магией он не мог. А когда дар просыпался, то проявлялась печать, татуировка, как сказали бы в моем мире. Она помогала концентрировать энергию особым образом.

Дары делились на малые и большие. Принцип деления был по силе воздействия: малый дар — мало возможностей. И Юнар был прав, все дары у людей были связаны с первоисточниками: вода, земля, огонь, воздух. Иногда встречались сочетания, которые позволяли совершать какие-то интересные вещи, например, плавить металл, находить живых существ и другие.

В книге было короткое описание различных печатей. Чего-то похожего на мою, я не нашла. Ни одна печать не была черной. И я было уже подумала, про некромантию, ведь сколько книг было прочитано. Но нет, и это тоже не то. Хладный трупик мыши, найденный мной в сарае, так и остался лежать, хотя я вполне почувствовала магию внутри себя.