Хозяйка орочьей крепости (СИ) - Леснова Екатерина Ивановна - Страница 20

Юнар уставился на мою улыбку, словно впервые меня увидел. Почувствовала себя неловко, сразу улыбка показалась резиновой и натянутой.

— Что? — не выдержала этих гляделок.

Орк сразу отвернулся и положил еще камешек. Он остановился напротив своего коврика, закрыл глаза, руки скрестил на груди со сжатыми кулаками.

— Улыбайся чаще, тебе идет, — внезапно проговорил Юнар.

Хорошо, что у него сейчас глаза закрыты, и он не видит, как я покраснела. Что-то часто я стала краснеть, как девчонка, хотя Ялана и так девчонка, я-то постарше была. Но все равно, не много ли внимания обращаю на арыма? Так и влюбится можно. Но не нужно! Юнар не любит людей, у него свое мнение, и с ним непросто. Лучше договариваться, чем любить такого.

Поспешно отвернулась, а то еще почувствует мой задумчивый взгляд, направленный ему в спину. Хотела отойти, но вспомнила, как едва носом не ткнулась в туман. Осталась стоять, чувствуя себя странно.

Сначала подумала, что это от неловкого разговора, но потом поняла, что это дрожь внутри. Как будто внутри что-то меленько дрожит, вибрирует. Недоуменно изогнула бровь, потому что я уже чувствовала такое раньше. Задрала рукав правой руки и с удивлением увидела, как линии черной татуировки постепенно наливаются серебряным светом. Это еще что такое?

Потерла руку. Ничего не изменилось.

За спиной почувствовала движение, обернулась, это Юнар опустился на одно колено и приложил руку с растопыренными пальцами к земле. А меня вдруг прострелила такая боль, что в глазах потемнело, и я покачнулась.

Волна боли прошла еще раз по всему телу, потом снова и снова. Боль, как вибрация наращивала обороты, пока не слилась в один поток. Я даже закричать не могла, только почувствовала, как раскалился свадебный браслет на другой руке, а от татуировки идет такое яркое сияние, что ослепляет.

Мне казалось, что эта боль все длится и длится, но все произошло в короткий миг, меньше секунды или короче вдоха, а потом я успела услышать:

— Что-то не так…

А затем тревожное:

— Ялана?

Но я уже падала, потому что вертикально меня удерживала боль и магия, как только все закончилось, ноги подогнулись, и я осела на землю.

Глава 23

Очнулась от мерного покачивания. Такое монотонное спокойное движение. Сознание вернулось, а глаза открывать не хотелось. Я так уютно себя чувствовала. Поза удобная, как будто в одеяле и в большом кресле.

Стоп. Какое одеяло и кресло?

Я ж в лесу была с Юнаром. А потом что-то случилось, было очень больно, и я потеряла сознание.

Дернулась и поняла, что опора не такая надежная. Сразу почувствовала, что ноги на весу.

— Тише, не дергайся, — прогудел над ухом Юнар.

Зря он сказал, потому что я завозилась еще сильнее, пытаясь выпутаться из какой-то ткани.

Наконец мне удалось снять с лица ткань, и я поняла, что мы едем на коне орка, а сама я сижу у него на коленях в кольце его рук, сжимающих повод.

Тут же замерла, потому что уровень неловкости зашкаливал. Мне вдруг стало жарко, лицо горело, и я остро ощущала какой Юнар большой. Вот тебе и кресло.

Усилием воли отбросила ненужный стыд и мысли.

— Что случилось?

— Ты потеряла сознание. Думаю, потому что я заклинал границу.

Иногда хладнокровие Юнара меня раздражало, но сейчас я была рада, что он так спокоен.

— Почему?

— Ты сегодня спрашивала в чем заключается наша связь. Видимо в этом.

Юнар перевел на меня взгляд, и я поежилась от того, что он так близко. Его синие глаза внимательно изучали меня, я чувствовала его взгляд. Орк не выглядел довольным, скорее наоборот.

— Это плохо? — не выдержала я этого пристального взгляда и посмотрела на приближающуюся крепость.

Без сознания я пробыла недолго, раз мы только подъезжаем к крепости. Лес остался позади. Солнце клонилось к закату, заливая окрестности нежным оранжевым светом.

— Я не знаю, получилось ли усилить границу. Магия вела себя по-другому. Она прошла через тебя, а не через меня, и поток был совершенно другим.

Он говорил, а я слышала абракадабру, потому что ничего не понимала.

— То есть мы ждем нападения? — выделила для себя то, что поняла.

Лучше говорить, чем сосредотачиваться на орке, потому что его было слишком много.

— Надеюсь, что нет, но мне нужно посоветоваться с вурами. У вура Утыма была истинная, он знает, как заклинать с парой.

— То есть ты думаешь, что наша связь — это как связь орка с истиной?

— Не говори ерунды. — отрезал Юнар. — Ты не моя истинная, ты человек.

— Я знаю. — холодно ответила, сосредотачиваясь на приближающейся крепости.

Не буду больше на него смотреть, мы союзники и точка. Не стоит искать в его словах или действиях чего-то другого. Но все равно такая реакция арыма задела.

Несколько минут мы ехали в молчании. Стены крепости приближались, и я заметила, как наверху прохаживаются люди.

— Что ты почувствовала перед тем, как потерять сознание?

Я уж думала, что мы все друг другу сказали, но грубый голос Юнара над ухом вызывал толпу мурашек. Впредь надо постараться избегать таких близких контактов, не к чему это. А то уже и мысли лишние в голову полезли.

— Боль. Нарастающую. Еще светилась печать.

— В твоем роду кто-то обладал магией?

Непроизвольно задержала дыхание, потому что ответ на этот вопрос может сильно меня подставить. Что сказать? Да? Но я этого не знаю. Нет? Я и этого не знаю. Лихорадочно пыталась придумать, как выкрутиться.

— Впрочем это неважно, — протянул Юнар.

Облегченно выдохнула, потому что собралась уже вдохновенно врать, что не помню вообще ничего до того, как прибыла в крепость.

— Почему? — осторожно полюбопытствовала, надеясь, что арым сам расскажет больше, чем я.

— У тебя большой дар. Сейчас это редкость. Странно, что твоя семья отдала тебя. С приходом Мари у людей стали реже проявляться большие дары, в основном малые.

Интересная взаимосвязь. Значит Марь не только изменяет все вокруг, она еще каким-то образом влияет на саму магию. Что же это за явление такое.

— Я не знаю в чем состоит мой дар. Ничего не чувствую. Сегодня с тобой в первый раз почувствовала что-то. До этого был всего один раз, когда приснился сон про Марь. — Поделилась я. Из нас двоих, Юнар знал гораздо больше про магию, чем я, и мне стоит разговорить его. — Тогда мне тоже показалось, что печать светилась, сразу как я проснулась.

— Ты пробовала почувствовать внутреннюю энергию?

— Нет, — покачала головой, — я не знаю с чего начать.

Юнар посмотрел мне в глаза, когда я обернулась на него.

— С этого и начни. Очисти разум и постарайся нащупать внутреннюю нить, суть, энергию. Это сложно назвать одним словом. У орков магия течет и изливается по-другому, это у людей печати и дары, вы получаете какую-то одну способность, а у орков магия берется извне и преобразуется сутью орка в энергию.

Я задумалась, возможно Юнар прав. Ничего не чувствую, потому что подсознательно жду, что оно проявится само. Как в сказках: повела царевна левой рукой, вырос лес густой… Да уж, царевна… Покосилась на мрачного орка. И царевич впридачу. Хмыкнула про себя и расслабилась. Ничего, будем идти постепенно. Начну с того, что посоветовал Юнар.

Глава 24

В крепость мы въехали под всеобщее молчание. Юнар осторожно ссадил меня, обхватив за талию. Гробовое молчание его совсем не заботило, а мне пришлось сделать вид, что все так и задумано.

Люди и особенно орки удивленно смотрели, как арым и его непризнанная жена ехали вместе. Ну и вишенкой послужило то, что у входа на ступенях стояла Диера, и выглядела она словно ревнивая жена. Кажется дочка вура Тыма имеет виды на арыма.

Вот только сцен ревности мне не хватало. А судя по сузившимся глазам орчанки, именно ее Диера и собиралась устроить. Но ситуацию спас вур Утым, появившийся откуда-то из хозяйственных построек.