Баба Яга ищет наследницу (СИ) - Осокина Анна - Страница 10

Ряба сначала тихо сидела на дне нашего транспорта, потом стала копошиться, то и дело трогать меня лапой и спрашивать:

— Ну, что там, Ясь, а? Красиво, да?

Сперва я лишь поддакивала, потому что погрузилась в мысли, но курица и не думала отставать.

— А что ты видишь, Ясь?

— Лес.

— А поле далеко?

— Еще далеко.

— А речка?

— И речка далеко пока.

— Но красиво?

— Но красиво.

Ряба снова тронула меня за ногу.

— А мне б хоть одним глазком взглянуть!

— Ряб, я еще не настолько хорошо управляю помелом, чтобы и тебя в руках держать.

— А я к тебе на плечо сяду!

— Ну, забирайся!

Мы на несколько секунд зависли в воздухе, пока я помогала птице залезть на себя.

— Красота-то какая! — взвыла от восторга она. — Никогда так высоко не летала!

— Ну вот, сбылась мечта одной умной птички, — улыбнулась я.

— Ты настоящая волшебница, Ясенька! — нежно курлыкнула та прямо мне в ухо и принялась с удовольствием оглядываться.

Летели мы довольно долго. Телефон разрядился, его я даже с собой не брала, все равно приду к Яге перед возвращением домой. Так что точного времени посмотреть я возможности не имела, однако солнышко уже хорошо припекало голову. По ощущениям было около полудня или чуть позже.

— А не пора ли нам подкрепиться? — спросила курица так, что я даже покосилась не нее: не сидит ли у меня на плече небезызвестный медвежонок, вместо птицы? Но Ряба никуда не делась.

— Можно, — легко согласилась я, стоять несколько часов без возможности размять ноги оказалось довольно утомительно с непривычки. Понятно, почему Ядвига Никитична так не желала сама отправляться в путешествие. К сожалению, сидячих мест здесь не предполагалось. Надо бы посоветовать старухе доработать модель.

Мы аккуратно спустились на поляну. На деревянных непослушных ногах я вылезла из своего транспорта, на своей шкуре прочувствовав, почему в некоторых сказках Бабу Ягу наделяют костяной ногой. У Ядвиги ноги были вроде как самыми обыкновенными, но попробуй вот так полдня простоять в одном положении!

Мы расположились прямо на мягкой зеленой травке, и я расправила мини-скатерть-самобранку. Уже знала: стоит лишь пожелать что-то, как блюдо появится. Хозяйка сей занятной вещицы что-то говорила о пирогах. Что ж, с них и начнем! Только я подумала о свежих вкусных пирогах с разными начинками, как те сразу же и появились на салфетке. Даже нож для удобства материализовался. Как удобно однако!

Голодная птица тут же стащила себе один пирожок и принялась его клевать. Я тоже решила не отставать от нее, с удовольствием жевала тот, который попался с капустой. Тут же образовался глиняный кувшин. Напитки я не заказывала, как-то не подумала об этом, но внутри находился холодный до ломоты в зубах и кислый клюквенный морс — то, что нужно в такой погожий и жаркий денек.

Я искренне наслаждалась пением птиц и стрекотанием кузнечиков, опершись о тяжелую ступу спиной. Лениво пожевывала травинку и думала о том, что попасть сюда не так и плохо в конце концов. Уже давно я не находилась в состоянии такого покоя. Дома — постоянная учеба, которая ближе к сессии перерастала в сплошную зубрежу. Студент-медик должен знать много. Иногда казалось, слишком много, чтобы впихнуть все это в одну голову. Как же хорошо, что теперь можно расслабиться!

Огорчало только то, что родители волноваться будут. Я никогда надолго не пропадала из их поля зрения, раз в несколько дней обязательно созванивалась с мамой, несмотря на то, что училась в другом городе. Что ж, я наделась за пару дней найти эту пропавшую невесту и вернуться. Может, мама даже ничего и не заметит.

Главное тут навести порядок. Не дело это, чтобы в сказочном царстве девушки пропадали. Хотя поглядим еще на жениха. Если он и вправду такой, как его рисуют, то, пожалуй, я эту Василису даже искать не буду. Ну, кому хочется жить рядом с костлявым жадным стариканом даже без надежды на то, что он скоро окочурится и отправится в лучший мир? Кащей-то бессмертный. И что-то очень я сомневалась, что царевну по доброй воле замуж отдавали.

***

— Ох, накормила! — курица наклевалась так, что теперь едва могла стоять на ногах. Она привалилась к моему боку и по-кошачьи положила мне на колени голову. Ничего себе птичка!

— Давно я таких вкусных пирогов не едала!

— Будешь себя хорошо вести, еще что-то вкусное придумаю, — пошутила я, поглаживая Рябу по холке.

— Да, ты не только волшебница, но и на выдумки мастерица, — лениво протянула птица.

— Скажешь тоже, — отмахнулась я. — Ну какая из меня волшебница? Я до вчерашнего дня даже не думала, что Тридевятое царство существует на самом деле. А в моем мире никакого волшебства и в помине нет, — на этих словах я мимо воли вздохнула. Кажется, когда я вернусь домой, буду скучать по этому месту.

— Самая настоящая, — Ряба села и внимательно посмотрела на меня. — Или ты думаешь, скатерть-самобранка сама еду готовит, а ступа — летает?

— Ну да, это ведь волшебные предметы, почему бы им не делать это самим?

Курица громко раскудахталась, звук чем-то отдаленно напоминал смех.

— Не смеши мои перышки, Яська, это хоть и мощные артефакты, а в руках простого человека скатерть будет лишь куском ткани, а ступа — ну, она и есть ступа, да только никуда не полетит.

От этих слов я зависла и нахмурилась.

— Не совсем понимаю, к чему ты сейчас ведешь.

— К тому, что ты, Ярослава, самая что ни на есть колдунья. Волшебница. Ведьма. Как хошь себя величай.

Тут уж я не сдержала смех.

— Ну, хорошо, и почему же до этого дня я о своем колдунстве даже не подозревала? — прищурилась я, глядя на солнышко, которое то пряталось за пузатые ослепительно-белые облака, то снова являлось взору.

Курица долго ничего не отвечала, а потом все же выдала:

— Помнишь, что сказала Ядвига Никитична, когда ей пришло пророчество?

— Да уж как забыть? Жутковатое зрелище.

— Ну, так вот, ты должна узнать о себе нечто новое.

— Да уж, новее не придумаешь, — я покрутила в руках травинку и выкинула ее. — Поднимайся, хватит лениться, нам еще лететь далеко.

Я вытащила из рюкзака карту и сверилась с ней. Выходило, что мы двигаемся в нужном направлении. Полпути уже миновали.

— Если и дальше так пойдет, то к закату будем на месте, — примерно оценила я оставшийся путь.

— Хорошо бы, — заметила Ряба, — не люблю темноту, я ничего не вижу, а от этого кажется, что все вокруг пытаются меня съесть.

— Ну вы и мнительная, гражданочка, — рассмеялась я, закинув курицу в ступу. Сама она сейчас ни за что туда не забралась бы, слишком много съела.

— Чегой-то ты сейчас произнесла? — не поняла кура.

— Не бери в голову, — я собрала вещи в рюкзак и сама влезла в ступу, надо признать, и мне это далось с трудом. Вкусные пирожки были. Да. Если так и дальше пойдет, домой я вернусь колобком.

— Кстати, давно хотела тебя спросить, а чего это ты так странно с Ядвигой Никитичной говорила?

— Как — странно? — не поняла я, направляя ступу вверх.

— Ну, так, будто она не одна, а ее несколько. А теперь и мне так сказала.

Я сперва застыла, не поняв, о чем она толкует.

— А-а-а! — стукнула себя по лбу рукой так, что ступа накренилась. Курица испуганно закудахтала, я поспешно вернула транспорт на нужный курс.

— Прости, я все время забываю, что помело — это руль, и с ним нужно быть очень аккуратной. Ты о том, что я тебя на вы назвала?

— Ну да, — недовольно пробурчал мой временный фамильяр. — Я-то ведь тут одна.

Пришлось прочитать птице небольшую лекцию о правилах хорошего тона в моем мире. Она лишь удивленно кудахтала.

— Но ты-то сейчас здесь, а мы существа простые, так не говорим. Так что не пугай людей, говори нормально, неровен час какой селялнин подумает, что ты еще кого-то рядом с ним видишь, да на вилы насадит. Народ здесь простой, разбираться долго не будет.