Проводник. О чем мертвые кричат (СИ) - Леснова Екатерина Ивановна - Страница 3

Сначала Освальд никак не отреагировал, я даже подумал, что напрасно пошел на хитрость. Но вдруг блуждающий взгляд словно случайно зацепился за тонкую цепочку, а потом, пройдясь еще раз по периметру комнаты, вернулся опять.

- Ты узнаешь? – тихо спросил я.

Освальд до этого сидевший, как мешок с костями, вдруг проявил неожиданную резвость рванув ко мне, но привязанные руки и стекло его затормозили.

- Тише, тише, - ласково проговорил я, пряча подвеску в кулаке. – Теперь у нас пойдет совсем другой разговор, так ведь?

Глава 2

Конечно, с первого раза Освальд ничего не сказал. Он просто впал в буйство, но теперь я знал, что таки зацепил его. Теперь можно попытаться вывести его на разговор. Пусть побесится, я приду через несколько дней.

К Милане Олив идти было еще рано. Я слишком мало о ней знал. Она тоже пребывала в нестабильном состоянии, но не в магической коме. Просто накачали успокоительными. Ее вполне могли отправить в тюрьму, но пока держали здесь.

Ферт проверила всех добровольцев Тарвиса. По временным отрезкам именно эта девушка стала последней. Значит и знает она меньше всех. Остальные могли бы что-то рассказать, но тут даже некроманты бессильны. Магический удар выжег все, их даже поднять нельзя.

Мотолет ждал на парковке. Я закрепил трость и уселся поудобнее.

Поехать в управление? Но Ферт теперь занимается этим делом постольку поскольку. Вряд ли она скажет что-то новое. Разрешение стало последним, что она смогла добыть. Расследование теперь ведет тайная канцелярия императора. А это серьезные ребята. К ним я соваться не буду.

Поехать к сестре в лаборатории? Ее ученые еще не все тесты на мне провели, и не всю кровь выкачали. Можно сдать еще и узнать что там по предыдущим расчетам. Мина всерьез взялась за изучение моего феномена. Человек без печати в Империи Вардам – это нонсенс. Здесь у младенцев в магические линии уже впаяна родовая печать, которую получили предки сотни лет назад. К тому же, у нее есть все доступы к изучению проводников. А такой, как я вообще в единственном экземпляре. Но настроения нет высиживать под воздействием различных плетений и слушать бубнеж ученых.

Но я выбрал другой путь. Пора навестить мою помощницу. Лиа очень обижена на меня. Я не хотел с ней видеться, не таким она должна была меня видеть. После их посещения в больнице мне стало гораздо хуже. Голоса мертвых не унимались, а выстроить барьер никак не получалось. До состояния Тарвиса я не дошел, но был очень близок к тому, чтобы снова впасть в кому. Это не то зрелище, которое я бы хотел показать девушке, на которую у меня виды. Надеюсь, что она поймет и пустит на порог, чтобы я смог все объяснить, так как есть у меня мысли и на ее счет, точнее на не случайность нашего с ней знакомства и вообще нашего участия в расследовании вардамского маньяка, как прозвали Тарвиса. Как ни крути, но Лиа замешана в этом деле также, как и я.

Купить цветы? Банально. Я вдруг представил мою помощницу, гибкую, как хлыст, такую сильную и резкую с букетом белых роз, которым она отхлещет меня. Дааа, забавно. Не будем давать врагу преимущество!

Лиа никуда не переехала и явно была дома. Свет горел в окне спальни, хотя на улице лишь немного стало смеркаться. Дорога из пригорода заняла чуть больше времени, чем я рассчитывал. Извечные пробки – бич всех столиц мира.

Дверной звонок тренькнул в глубине дома. Послышались легкие шаги, после чего дверь открылась. И пока девушка не успела ее захлопнуть перед мои носом, как собиралась, я видел это по мгновенно полыхнувшим глазам, я толкнул дверь вместе с Лиа внутрь, захлопывая за собой.

Лиа задохнулась от возмущения и попыталась сделать замах, чтобы отвесить мне пощечину, но я осторожно перехватил тонкую, но сильную руку. Не люблю, когда меня бьют по лицу, даже близкий человек.

- Прости меня.

Рывком прижал девушку к себе, перехватывая руки. Как бы она хороша не была в бою, но драться со мной в полную силу не станет. Она зла, обижена, но и я для нее что-то значу. Поэтому она все-таки выслушает меня. Но потом, а пока…

Я поцеловал ее наконец так, как давно хотел. Сильно, глубоко, лаская. Лиа красива, а я давно хотел свою помощницу, поэтому сегодня сдерживаться не буду.

Девушка еще какое-то время сопротивлялась, а потом сдалась и руки вместо удара сжали пальто, а потом потащили его с моих плеч. Вот так, девочка, я знаю, что ты очень страстная. Но я перехватил инициативу, в другой раз она мне обязательно покажет, как хочет меня, но сегодня я хочу насладиться своей помощницей сполна.

Лиа была в домашней футболке и брюках, поэтому мои руки достаточно быстро оказались под тканью. Я так давно хотел прикоснуться к ее обнаженной коже. Не прерывая поцелуй, провел ладонями, едва касаясь, по спине вдоль позвонков, Лиа выгнулась и застонала бы, я уверен, если б могла. Быстро избавившись от футболки, провел рукой по животу и двинулся дальше к шее, задевая все чувствительные места девушки. Кожа Лиа покрылась мурашками, а сама она принялась расстегивать на мне рубашку.

Я не сомневался, что она именно такая, как мне представлялось в мыслях: изящная, тренированная, аккуратная. Кровь застучала в висках от ощущения ее тела в своих объятьях. Голоса отступили, чего со мной не было, наверное, никогда. Но удивление промелькнуло где-то на краю сознания.

Я прижал Лиа к стене и продолжал ласкать. Девушка все время пыталась перехватить инициативу, но сегодня мой день, я прошу у нее прощения и возможность попробовать снова.

Лиа отвечала также страстно, а когда я сам остался только в брюках, а ее штаны оказались на полу мягким комком, она потянула меня за руку в другую комнату. Девушка мягко улыбнулась, и по ее глазам я понял, что извинения, кажется, удались.

- Прости меня, - повторил уже лежа в постели.

Когда я действительно понимал, что виноват, то всегда готов был извиниться. И в этот раз я был виноват. Я мог не отталкивать Лиа, мог дать ей проявить заботу, просто не хотел. Показывать слабость другим очень трудно, а у меня и так хватает неприглядных сторон. О чем я и проговорил молчащей девушке.

Лиа, прикрытая кремовой простыней, лежала на животе и молча рассматривала меня. От ее взгляда было неуютно, но я твердо решил расставить все точки над «и». Поэтому откровенно рассказал о том, как мне было плохо и почему я не хотел ее видеть после того единственного разговора в больнице.

Лиа вздохнула и взяла с тумбочки визор, чтобы набрать:

«Дурак».

- Не обязательно обзываться, - сделал вид, что обиделся.

Лиа улыбнулась, а потом перебралась на мой живот и легла, рассыпав волосы по торсу. Мне сразу перехотелось разговаривать, и захотелось повторить все то, что только что было. Но после девушка неохотна села, сначала поцеловав в пупок, и быстро набрала на визоре:

«Это ведь не конец? Ты что-то видел там, на складе? Сказал, что пропали артефакты, но полиция и тайная канцелярия считают, что они рассыпались под воздействием магического удара».

Я неохотно слез с кровати и стал одеваться. Все же поговорить о том дне необходимо. Но мы хотя бы прояснили отношения между собой.

- Да, за миг до потери сознания я увидел на том складе множество символов на коробах, да и сама обстановка была похожа на лабиринт. Эти артефакты не могли рассыпаться. Если они могли держать за раз столько энергии душ, то могли выдержать любой магический всплеск.

«А может и нет», - возразила Лиа, - «Некоторые артефакты способны удерживать энергию, но сама оболочка гораздо уязвимее внутреннего контура».

- Может быть, - согласился я, - но меня те символы и мысли о лабиринте натолкнули на одно воспоминание, - я посмотрел на девушку, натягивающую футболку, - на случай с тобой и группой захвата.

Лиа удивилась так, что даже села в кресло. Я решил похозяйничать у нее в квартире:

- Выпьем кофе?

Девушка пошла за мной, а потом опомнилась и обогнала, так как, где у нее кухня я не знал.Она задумчиво полезла в шкаф, но у меня было прекрасное настроение, поэтому я мягко отстранил ее, поцеловав в шею.