Сироткам в академии (не) место (СИ) - Туле Афина - Страница 31

— Спасибо, Альберт, — сказала она, оборачиваясь ко мне. Её глаза были тёплыми, но в них проскользнула грусть. — Ты сделал сегодня больше, чем можешь себе представить. Для них это целый праздник.

— Это ты сделала, — ответил я, но она покачала головой.

— Нет. Это мы сделали. Вместе.

Прежде чем я успел сказать что-то ещё, она шагнула ближе и обняла меня. Её объятие было коротким, но искренним, она его хотела.

— Ты удивительный, Альберт, — тихо добавила она, отпустив меня и смущённо улыбнувшись.

Я ничего не ответил. Просто не смог.

Мы возвращались в академию, но я не мог избавиться от тяжелого груза на моих плечах. Посещение сиротского дома оказалось для меня намного большим, чем просто экскурсия. Все эти измученные лица детей, их глаза, полные надежды, радости и отчаяния одновременно, словно врезались в мою память.

Я старался сохранять хладнокровие. Даже с Алисией разговаривал сдержанно, стараясь не выдать своего внутреннего смятения. Она была рядом, будто теплое пламя, согревающее лед в моей душе, но даже её присутствие не могло заглушить шепот мыслей. Я пытался сосредоточиться на её словах, на мелких деталях нашего пути обратно, но всё время возвращался к тому, что увидел.

Как они вообще справляются? Дети, забытые обществом. Боунов, таких как Алисия,было множество. А сколько их таких приютов?И каждый ребенок был словно сломанный инструмент, которого использовали, а потом оставили ржаветь. Не потому, что они не могли быть полезны, а потому, что никто не дал им шанса.

"Сколько же талантов мы теряем? Сколько магов, целителей, ученых так никогда и не выберутся из этих грязных стен?" — мелькало у меня в голове, пока я слушал очередную историю воспитателя о трудностях финансирования. Легче было бы разозлиться. Оставить это как очередную проблему королевства, которая меня не касается. Но я не мог.

Я видел глаза Алисии, полные решимости, когда она предложила этому мальчишке с редкой магией воды попробовать поступить в академию. Её вера в лучшее была одновременно вдохновляющей и разрушающей. Ведь я знал, что даже для неё, такой сильной и упорной, этот путь будет непростым. А для этих детей?

— Ты в порядке? — голос Алисии выдернул меня из мыслей. Я обернулся, встретив её взгляд. Она выглядела взволнованной, возможно, даже обеспокоенной. — Ты весь путь молчишь.

Я задумался, что ответить. Сказать правду? Признаться, что меня пугает масштаб несправедливости, с которым я столкнулся?

— Я думаю о том, как всё исправить, — признался я, стараясь звучать уверенно.

— Всё? Что именно?— она чуть приподняла бровь, но в её голосе не было насмешки.

— Алисия, сколько ещё детей могло бы учиться в академии, если бы им дали шанс? Как ты, — я сделал паузу, чувствуя, как горло сжимается, — если бы их заметили вовремя?

Она не ответила сразу, но её лицо стало серьёзным.

— Не знаю. Много. Но кто-то ведь должен их заметить, правда?

Я молчал. Слова, казалось, вязли в горле. "Кто-то" — это мы. Я, ректор, маги. Мы могли бы что-то изменить, но вместо этого оставляем всё как есть.

— Алисия, я не могу обещать, что изменю мир. Но если есть хотя бы малейший шанс дать таким, как ты, возможность стать лучше, я сделаю всё возможное.

Она смотрела на меня, и её глаза словно стали чуть светлее. Я видел в них зарождение чувств, на которые я раньше не смел и надеяться.

Глава 22. Коварные замыслы

Георг де Плюм

Пускай и не сразу, но порядок в академии постепенно начал восстанавливаться. То, что устроил Маркус де Визуар, пришлось расхлебывать усилиями всей академии.

Маркус, тем не менее соизволил прислать нескольких менталистов для помощи. Их прибытие стало не только облегчением, но и напоминанием о том, что он не собирается оставаться в стороне. Их помощь в стабилизации ментального фона была неоценимой, но каждый их шаг, каждый взгляд словно говорил мне: "Мы здесь не для твоего удобства. Мы здесь, потому что теперь ты и твоя академия под нашим присмотром."

Но больше этого меня беспокоило, что отношения между Альбертом и Алисией продолжали развиваться. Альберт открыто демонстрировал своё внимание к девушке, а она… она начинала отвечать.

Я не мог это позволить. Нет, я должен действовать. Но как?

Я думал о том, чтобы просто поговорить с Алисией, объяснить ей, что это не в её интересах. Однако она не та, кто легко примет подобное давление. Эта девочка обладала внутренним стержнем, который с одной стороны восхищал, а с другой — был неудобен.

Оставался Альберт. Но что можно еще сказать менталисту, который уже читал всё до того, как я открыл рот? И даже если я что-то скажу, кто гарантирует, что он не воспримет это как вызов? Я уже один раз попытался и к чему это привело?

Я сжал подлокотник кресла.

Нет, это должно прекратиться. Вот только как?

Именно с этими мыслями я вскочил с кресла и прошёлся по кабинету. Единственный способ справиться с этим — лишить их времени и пространства для общения. Если Алисия будет загружена занятиями, а Альберт — обязанностями, их взаимодействие сведётся к минимуму.

Сначала я составил список для Альберта. Его способности давно позволяют ему справляться с куда более сложными задачами, чем те, что он выполняет. Пусть покажет, насколько силён и умён. Я направлю его в исследовательский проект, добавлю кураторство факультативов и попрошу лектора по стихийной магии включить его в экспериментальную программу работы с молодыми магами. Пустьпродыха не знает. Он ведь давно об этом просил, так что и упрекнуть меня не в чем.

С Алисией всё было сложнее. Она только начала адаптироваться к академии, и её хрупкий статус требовал осторожности. Нельзя перегружать её до такой степени, чтобы это оттолкнуло других студентов. Но и оставлять её без дополнительных занятий я не мог. Магади подойдёт для этого идеально. Она не будет церемониться, но и не навредит.

Я сел за стол и написал краткий приказ: "Преподаватель Магади назначается куратором Алисии Боун. Следить за прогрессом студентки, её успеваемостью и, в особенности, за её кругом общения. Докладывать лично мне."

Подписав документ, я откинулся назад. Это был только первый шаг, но у меня было ощущение, что цепочка событий уже запущена. Теперь оставалось только немного подождать и наблюдать.

Виолетта шагнула в лекарское крыло, осторожно прикрывая за собой дверь. В коридоре было тихо, и это усиливало её раздражение. На ее лице читалась смесь злости и решимости. Её план был прост: найти любое зелье, которое можно незаметно стащить, чтобы испортить жизнь этой наглой сиротке. Даже если ничего путного не найдётся, она всё равно сумеет придумать способ, как сделать её жизнь невыносимой. Она просто не может оставить все так как есть. Она - аристократка и не обязана терпеть такое отношение от какой-то грязи под ногами!

Едва сделав шаг вглубь помещения, Виолетта остановилась, заметив знакомую фигуру на одном из лежаков. Её глаза округлились: Маркус де Гард! Он лежал, тяжело дыша, с закрытыми глазами, очевидно, восстанавливаясь после ментального удара, который совсем недавно сотряс академию.

"Вот так удача!" – подумала Виолетта, и её губы тут же растянулись в сладкую, даже немного лукавую улыбку. Она поправила прическу, скользнула по нему взглядом и грациозно приблизилась, будто случайно оказалась здесь.

— О, Маркус! — воскликнула она с преувеличенной заботой, опустившись рядом на стул. — Ты в порядке? Что с тобой произошло? Ты выглядишь… таким уязвимым. — Последнее слово она протянула, едва скрывая лёгкий флирт в голосе.

Маркус медленно приоткрыл глаза, встретившись с её взглядом. Впервые за долгое время он почувствовал не раздражение, а лёгкое любопытство. Виолетта была одной из немногих девушек, которые всегда крутились вокруг него, но он обычно не придавал этому значения. Сейчас же её живой интерес льстил, и он решил воспользоваться моментом, все же в лекарском крыле было невыносимо скучно, а заходили к нему редко.