Мой босс - злой Мороз! (СИ) - Лафф Кира - Страница 26

В голове пульсирует от желания.

Снова и снова прокручиваю картины того, как Белова отдаётся тем арабам. Они трахают её по очереди, потом одновременно. А она стонет, кончает… отдаётся им также, как и мне в ту ночь.

Перестаю контролировать мир вокруг и просто отдаюсь на волю диким порывам. Ныряю в блядский рот как в какой-то дурной, непролазный омут. Забываю о том, где мы. Забываю обо всём!

Прикусываю пухлые губы. Сперва верхнюю, потом нижнюю. Несильно, но так, чтобы Белова ощутила лёгкий акцент боли.

Она пищит.

Фиксирую за волосы, чтобы не вырывалась!

— Если так хотелось трахаться, пришла бы ко мне! - рычу в припухшие губы.

— Иди к чёрту! Помогите! - верещит, царапается.

Но я даже не чувствую её острых коготков. Словно под кайфом или анестезией.

Словно мы оба летим камнями в бездну, и уже ничто не может предотвратить неизбежное.

Резко дёргаю вверх полод её короткого платья.

Без церемоний отодвигаю в сторону чёрные трусики и двигаю пальцем между складок.

— Не пизди, ты вся течёшь. Это тебя те мужики так возбудили, ли всё моя заслуга?

Её глаза расширяются, губы сжимаются в тонкую линию.

— Иди к чёрту! Я тебя не хочу!

— Врёшь! - снова сдавливаю шею и продолжаю дразнить её влажные складки.

Все эти грёбаные праздничные дни, когда я не мог уйти с головой в работу, постоянно вспоминал её лицо во время оргазма. Сладкое, милое…

Приоткрытые пухлые губы и треугольничек языка, что выпархивал наружу во время пика.

Это стало моим фетишем. Даже с Ариной я вспоминал это. Просто закрывал глаза, и…

Целую, кусаю её, спускаюсь губами вниз, жадно впитываю каждый миллиметр обнажённой кожи.

Пальцами утопаю в смазке, дёргаю вниз декольте и высвобождаю груди.

Обвожу твердый сосок языком. Чувствую, как напрягается и снова прикусываю.

Она стонет и выгибается.

Ругается на меня, а сама ныряет пальчиками в мои волосы. Царапается, а потом словно ближе привлекает.

Крышу рвет от ее реакции. Губы кусает. Борется с собой, но безуспешно. Желание слишком сильно. Оно быстро туманит сознание. Забирает в свои цепкие лапы, вынуждая идти на безумства.

Пальцы продолжают кружить по клитору. То усиливаю нажим, то отпускаю. Больше не осторожничаю как тогда, в лесу. Мне хочется взять по полной. Хочется наказать её за всё!

За то, что она такая соблазнительная сучка!

За то, что ворвалась в мою жизнь и всё в ней перевернула!

За что, что я так дико, животно хочу её!

Щёки девчонки горят румянцем.

Ноги расставлены в стороны. Она задыхается от возбуждения.

Вид просто охрененный!

— Ну же! - рычу приказом, чувствуя, что она скоро кончит. - Давай же!

Хочу видеть это! Хочу видеть её лицо!

— Открой дверь, урод!

Слева в тачку прилетает мощный удар.

Белова вздрагивает. Я же поворачиваюсь в сторону.

На улице неразбериха.

Охранники клуба удерживают нескольких арабов, а один, видимо, тот самый, которого я отдубасил, целится прямо в стекло. В темноте плохо видно, да и разглядывать некогда.

Быстро давлю педаль газа.

Сдаю назад, а потом также резко поворачиваю в сторону.

Сжимаю руль липкими от смазки пальцами, и от этого меня дико кроет.

Пиздец какой-то.

— К-к-куда вы меня… - лепечет перепуганная Белова, одергивая платье. Но я лишь бросаю ей:

— Пристегнись.

Быстро съезжаю на шоссе и встраиваюсь в поток машин.

Сегодня она ночует у меня. Отказы не принимаются!

Глава 37

Лена

Боже мой, боже мой.

Это губительно, когда так мозг отключается, но я ничего не могла сделать, голос разума звучал тихо-тихо, пока совсем не замолк. Да и никто на моем месте не мог бы думать, когда рядом сидит он, когда он целует, когда хватает и смотрит так, словно растерзать меня готов.

На месте.

Лапищами своими сжать, не давая дернуться и вбивать меня в кресло.

Между ног все еще влажно. И мокрые трусики липнут к набухшим складкам.

Машина несется по ночному городу, и огни фонарей за окном сливаются в одну нечеткую оранжевую линию, словно краской из баллончика брызнули.

Тяжело дышу и кошусь на босса.

Он с виду расслаблен, но я вижу, как напряжены его руки, что держат руль. Он бросает мрачные взгляды в зеркало, словно проверяет, не гонятся ли за нами.

- Это очень плохо, - бормочу. - Те мужчины...

- Твои любовники? - перебивает Мороз.

- Вы опять? - я это выносить не могу больше, когда он так говорит, повышаю голос: - Они мне не любовники!

- Потому, что я помешал.

- Остановите машину!

Босс не подчиняется, пролетает на светофоре и наращивает скорость, словно тоже выплеснуть пытается злость.

Но почему он бесится, ему разве не наплевать на меня? Оставил деньги за секс и отвязаться хотел, а теперь...

Он сам начал это сегодня. Поцелуи и...

Краснею и сжимаю ноги. Его грубые ласки кружили голову, мне хотелось еще, продолжения, вместо пальцев ощутить в себе его плоть. Хотелось, чтобы он вошел в меня, как тогда в лесном домике, горячий, твердый, мой.

Мой?

Вспоминаю о грудастой блондинке, с которой Мороз приперся в бар и мрачнею. Отворачиваюсь к окну и взглядом цепляюсь за мигающие вывески, пытаюсь понять, где мы.

- Мой дом в другой стороне, - бросаю, понимая, что мы катим по центру.

- Мы едем ко мне, - так же сухо отзывается Дмитрий.

- Зачем?

- Не хочу, чтобы твои "друзья", - выделяет он с издевкой, - среди ночи заявились к тебе домой и перепугали Марию Степановну. Если на себя плевать, Белова, хотя бы бабулю пожалей.

- Эти мужчины не знают, где я живу! И, вообще, я первый раз...- зачем-то начинаю оправдываться и осекаюсь.

Да как он смеет! Тычет мне, что я не забочусь о бабуле, а что он, вообще, о нашей жизни знает? Мнит себя рыцарем, что спас меня сегодня, вот только я и без босса поняла все про этих "поставщиков" и справилась бы без его помощи.

- В первый раз что? - не дождавшись продолжения, спрашивает босс. - На продажу себя выставила, как товар в витрине?

- Да! - задираю подбородок.

Машина виляет, я вздрагиваю, кошусь на Дмитрия и вижу, как побелели пальцы, сжимающие руль.

- Будь добра, Белова, - цедит он ледяным тоном, - при мне не упоминай больше про свой шлюший заработок. Иначе я не сдержусь.

- И что будет?

- Белова, закрой рот.

Складываю руки на груди и откидываюсь на сиденье. Дышу шумно, с сопением, не в силах сдержаться. Но если он так - я тоже больше ни слова не скажу.

Вообще.

Ни сегодня, ни завтра, никогда.

Приду на работу с утра - и буду молчать, как воды в рот набрала. И тогда он поймет, что не нужна ему такая сотрудница. А я найду другую работу.

Да я смогу каждый месяц приходить к нему в офис и частями швырять в лицо зарплату, пока не верну все, до копейки.

Еще бы знать, сколько там было?

Мороза тишина напрягает и он включает радио, а я демонстративно отворачиваюсь к окну.

И задерживаю дыхание.

Вижу небоскребы, на которые лишь на картинках любовалась - у Лики вся соцсеть пестрит такими мечтами о красивой жизни.

И сейчас мы с шоссе сворачиваем прямиком в эту жизнь. Минуем шлагбаум и дальше заезжаем в подземный паркинг, босс уверенно останавливает машину на разлинованной площадке и глушит двигатель. А я лишь теперь сознаю - он привез меня к себе.

Ночевать.

До утра.

В его квартире.

Господи, я представить не могла, не верится, что это все наяву и я увижу, как этот мужчина живет, на какой постели спит, какие книги лежат на тумбочке у кровати, какие картины висят в его спальне, и фотографии, что стоят на полочках, и…

Стоп.

Идиотка! Бежать же надо!

- Белова, выходи, - требовательно зовет босс, и я, очнувшись, выбираюсь на парковку.