Поговорим (СИ) - Мари Ардмир - Страница 4

- Точно, чуть не забыла… - Сбегав в ванную, принесла пакет с уже чистой и почти сухой одеждой, поверх нее уложила сумочку, а туфли вручила из рук в руки. – Как я уже сказала, девочка была в клубе, получила дозу чего-то психотропного и вела себя неадекватно тихо. Потом ее рвало, пришлось вызывать скорую, отмывать квартиру…

- Ясно. Дальше.

- С ней был брюнет, светлоглазый, в темном костюме. Возраст около тридцати шести. Среднего телосложения. Ухоженный, с бородкой. Узнав, что вы скоро явитесь, он сбежал.

- И когда это было? - прищурился мордоворот и дернул антресолькой.

- В десятом часу.

- А позвонить? – долетело угрожающее с лестничной площадки.

- А хоть раз поднять трубку? - тон-в-тон вопросила я и сама поспешила сбежать. - В общем, доброй ночи! Приятных снов, душеных разборок с дочерью, – это уже взъерошенному, перед которым я с наслаждением закрыла дверь квартиры. Про тамбур не беспокоилась, они его как вскрыли, так и закроют.

2.

- Том, твой молчаливый объявился. Я знаю, что ты в отпуске и все такое, но… он уже двадцать раз названивал… Можно я его на тебя переключу?

- Мой молчаливый?

Нужно признать, после жаркой ночки, которую я провела с девчонками семейства Гладько, утренний звонок из центра психологической помощи я, во-первых, не сразу услышала, а во-вторых, не сразу поняла.

- Да как бы… – Голос Светика, исполняющей роль секретаря, снизился до шепота. - Тот, что не разговаривает. Ты называешь его Крикуном, что ли, а мы Молчуном.

- Α! Сам Крикун объявился. Конечно, давай его сюда. – Я взбила подушку, в уме подсчитывая, что молчаливый мерзавец больше месяца на связь не выходил. Думала, бросил наши игры за ненадобностью. – Ух, поговорим!

Οна удивилась моему энтузиазму, возможно, даже нахмурилась, с недоумением взирая на телефонную трубку.

- Светуль? - позвала я.

- Да, извини, забываю, что ты иначе реагируешь на него. Все, лови…

Щелчок, перезвон, и мой мобильный отозвался трелью. Вот только вместо стандартного «indеfinеd» отобразилась непонятный набор знаков на иврите. Ладно, потом разберусь, с чего вдруг он из дружественной Армении переехал.

- Привет, красавчик! Как ты сегодня? - вопросила с радостью, точно зная, кто бы ни был по ту сторону «провода», он хмурится.

Представить собеседника счастливым не выходило от слова «совсем». Слишком много холода разливалось от этой тишины. Поэтому я всегда начинала наш разговор, до предела разгоняя энтузиазм и восторженность, словно скучала. Хотя сказать по правде, я действительно скучала по внимательному слушателю, которому просто не хватает голоса. И я в этом убедилась, когда в прошлый раз зачитывала вслух нудный любовный роман про графьев и баронесс, запутавшихся в сетях любви и светской морали. Просто рассказывать было нечего, а он со звонками зачастил.

- А у меня куча новостей! – поделилась я, устраиваясь удобнее. - Даже не знаю, с чего начать. Тебе как, с грустного или с веселого? Думаю, ты не откажешься повеселиться. Итак, только представь. Ранняя… рань. Серая тишина за окном. Лязг ключей в двери и…

То, что домушники пытались вскрыть мою дверь в одно прекрасное июльское утро, я рассказала в деталях. И про то, как я Баса на них спустила, и про то, как на Баса потом в полицию заявили. А ведь он даже не покусал, всего лишь потоптал негодяев немного. Ну, правда, повалил вначале, а потом потоптал и слегка обслюнявил… В общем, мамаша этих недоносков написала заяву на пса, а я на ее отпрысков. Разошлись полюбовно, но здороваться мы перестали. А Бас по велению Себы переехал в деревню, удобрять кусты роз. Потом рассказала про пикник на крыше и сгоревший шашлык – сосед переусердствовал с разжигайкой и чуть из самого себя не сделал закусь. Далее про сына и его последний приезд.

- Ну как приезд… – произнесла, глядя в потолок. - Я видела его лишь за завтраками, и то не каждое утро. Однако это не умалило моей радости и готовки. Представляешь, в последний день замариновала мясо, а он не предупредил, что скроется из дома с самого утра и до поздней ночи. Теперь у меня в холодильнике лежит прекрасное мясо для идеальных шампуров и нет едока.

По ту сторону раздался тихий вздох, наверное, первый за наши двадцать две, нет, двадцать три сессии разговоров. Я подобралась вся.

- Хочешь на шашлык? - вопросила, затаив дыхание.

А он молчит и тоже не дышит, даже шороха нет, что удалось уловить в позапрошлый раз.

- Ну же, ответь, негодяй! – потрясла я трубку, представляя на ее месте могучую шею. Почему-то за все время наших разговоров, или если быть точной, моей болтологии, я была уверена, что это мужик, он большой, может, не совсем здоровый. Но таки мужик, и этот мужик обладает могучей шеей. - Я ведь знаю, ты хочешь ответить, – подначила его. – Я так очень хочу, чтобы ты уже хоть что-то ответил. И тогда… я тебе говорила, что мы в центре стали делать ставки? Так вот, чем дольше ты молчишь, тем больше процент по ставкам. Общая сумма уже перевалила за пятьдесят тысяч.

На самом деле она не превысила и семи, потому что никто не верил в удачу моей болтологии. В нее верила только я. Каким-то десятым чувством ощущая, что абонент не молчит, наоборот, он кричит этими звонками. И не потому, что немой, лежит в больнице или же сидит в тюрьме. Нет! Вполне возможно, он ходит, работает, ест, но не живет вовлечено из-за внутренней психологической поломки, которую я пытаюсь залатать.

- А хотя, продолжай в том же духе, – отмахнулась я и подкинула вверх подушку. - Весьма вероятно к концу года я эту сумму утрою, и вот тогда.. ! Ты скажешь свое веское слово.

Посмотрела на циферблат, поняла, что до конца двадцати минут осталось совсем чуть-чуть, и решилась на уловку.

- И да, слушай, если позвонишь завтра в это же время, я подробно расскажу, как спасла соседку, двух девчонок и послала шкаф с антресолькой! Все! Пока.

Я оборвала звонок первой. Буквально за секунду до того, как это должен был сделать он. Положила трубку и рассмеялась. Вчера чуть не написала боту, сегодня поставила условие Крикуну. Докатилась, блин! Мне действительно нужно вытаскивать себя из дома, пока не покрылась пылью.

Встала, доплелась до ванной и, размышляя, куда закинуть свою приунывшую тушку, вдруг вспомнила, как вчера точь-в-точь так же думала, и во что это вылилось потом. Да острый живот у соседки оказался меньшей из бед!

- Нет-нет! Я передумала. Спасибо, Вселенная, больше никаких потрясений не нужно. Мне и так хорошо. Я уже знаю, чем себя занять. Честно-честно.

Мне не поверили…

Вначале приехала дочь Сергеевны. Οна забрала ключи от квартиры моей соседки, сказала, что ей лучше и операция прошла без осложнений. Через три четыре дня ее освободят от трубки, а пока просят особо не беспокоить и дать поспать. Что ж, одной задачей на день меньше - обрадовалась я, и получила звонок от свекрови. Эмма Вячеславовна сообщила о том, что они с Басей приглашены к ее подруге в гости, в деревушку за сто километров от родной Овсянки.

- Вы надолго?

- Посмотрим, как у них завяжется, - пространно ответила она.

- В смысле?

- Тамара, я Басю беру не просто так. Мы едем встретиться с дамой… четвероногой, - деликатно пояснила свекровь и кашлянула.

- То есть на случку. Но он непородистый. Помесь бульдога с носорогом.

- Крупный, мордатый, с огромной пастью. Им как раз такой подойдет для выводка преданных и страшных.

- Бас не страшный, - заступилась я за короткохвостого, но меня уже не слышали.

- Дом закрыла, ключ ты знаешь где. Если захочешь, приезжай. Соседей я предупредила, калитка на старом замке, ты знаешь, как его снять.

Мы тепло распрощались под счастливый лай довольного кобеля, который был рад перспективной встрече. Я положила трубку и загрустила. С одной стороны - хорошо, у меня теперь есть свободный домик, с другой – он пустой, как и квартира. Не затягивая мыслительные стенания, быстро собралась в магазин. Или на прогулку, а затем в магазин, или даже в кафе, на прогулку и в магазин на обратном пути. Я ещё в кино хотела, когда-то давно. Дневной сеанс в будний день должен быть максимально дешевым, а зал пустым.