Поговорим (СИ) - Мари Ардмир - Страница 21

- Не беспокойтесь, я помню где тряпка. А вам стоит осмотреть ваши волосы, - добавила беспечно. Долететь до нее сахарно-яичная болтунья никак не могла, но желание позлить Полину стало нестерпимым.

- Мерже! – или что-то похожее выдала она. Глянула на начальство, извинилась, то ли за ругань, то ли за отступление, и поспешила в свою комнату, чтобы провести ревизию причеcки.

Я вытерла брызги, вымыла венчик и вернулась к готовке как ни в чем не бывало. Просеяла два стакана муки, добавила к ним ложку какао, разрыхлитель и, скорее для себя, чем для Гладько, произнесла:

- Надеюсь, она понимает, что без девочек в этом доме ее услуги не потребуются.

- Или будут значительно сужены, - раздалось в ответ.

Οу! Совсем не учла, что хорошая акустика кухни-столовой может работать в оба конца. Не учла, но смущаться не стала.

- Сужены… Вы тоже учите французский?

Пусть вместо ответа он сделал последний глоток кофе, я заметила истинно мужскую кривую усмешку, похожую на самодовольство самца. Иными словами, Гладько в курсе, что на него открыли охоту, прекрасно понимает, куда эта охота ведет, и пока что позволяет себе идти вслед за… морковкой. И сдается мне, у девочек нет времени на закрепление положительных ассоциаций с родным домом.

- Я могу уже паковать чемоданы? - Спросила о себе, потому что выступать от лица Алисы или Олеси пока ещё не имела права.

- Не спешите. – Он поднялся, что примечательно, взял свою грязную посуду и, боже мой, даже в раковину ее опустил. – Тимур очень хорошо отзывался от вас.

- Он в любой момент может изменить свое мнение. И не только он…

- Может. - Гладько спокойно все вымыл. Наверное, он бы посуду еще и вытер, но телефон пиликнул, и бигбосс вернулся в строй. Морщины обозначились сильнее, губы поджались. - Я уезжаю на неделю.

Опять?! Я задавила возмущенное восклицание в корне, широко улыбнулась, прежде чем сказать:

- Отличная новость, чемоданы откладываются!

И вместо того, что бы пожелать ему хорошего дня, вызвалась проводить бигбосса до двери. Кажется, мой порыв был неверно расценен, а ведь я всего-то быстро вытерла руки, подхватила и подала оставленный им на стуле пиджак, затем телефон и ключи, оставшиеся на столе, что бы он сам куда удобно их распихал.

Гладько, пребывая в недоумении, подчинился, но спросил:

- Зачем? Еще одна традиция понедельника?

- Умысел. Хочу удостовериться, что вы точно уехали работать, а не шпионите из кустов. - Бредовое объяснение, но оно позволило подхватить Гладько под локоть, потянуть его из кухни в холл. – Идемте-идемте!

- Это уже не проводы, а выпроваживание, - заметил он на пороге, когда я захлопнула входную дверь за нашими спинами.

На улице было холодно, серо и слишком сыро для начала августа. Джип ждал во дворе, рядом с ним, как оловянные солдатики, стояли Рыж, Шкафчик и Глеб. Чтобы приветственно махнуть парням, я отпустила локоть бигбосса.

- Главное, берегите себя, следите за питанием и сном, не забывайте звонить домой. - Внаглую пригладила лацканы его пиджака и похлопала по груди. - Последнее очень важно. Алиса скучает открыто, Олеся скрытно. Вы хоть фотографии присылайте иногда, чтоб они не забыли вашего лица.

- Как вы себе это представляете… - начал он говорить о своей сверхзанятости, но я уже потянула входную дверь за ручку.

- Εсли не фото, тогда видео. И хорошего дня!

В кухонную зону я вбежала и от неожиданности дрогнула. Олеся стояла у барной стойки, в задумчивости глядя на чашку с моим напитком. Одета она была как для пробежки: тонкие леггинсы, спортивный лиф, длинная майка на тонких бретелях, кроссы.

Волосы распущенные, в руках задумчиво растягиваемая резинка для волос и тонкая шапочка.

- Доброе утро! Если хочешь, какао твое. Я чуть позже сделаю более горячее, – сказала ей и, помыв руки, вернулась к приготовлению теста. Не бросать же его на середине, ко всему прочему, хорошие традиции в этой семье все же нужны.

Олеся оказалась не из брезгливых и подозревающих, легко подтянула чашку к себе, сделала глоток и вдруг удивилась:

- Почему вы еще здесь?

- Потому что главный уехал на неделю и уволить не успел.

- А Морковка знает? – Степень изумления на ее лице выглядела уморительно. Я чуть не спросила, что за овощ. Но девчонка уже глазами указала куда-то вверх. Видимо, на этаж с комнатой француженки.

- А от ее знания что-то зависит? – ответила вопросом на вопрос. Всыпала сухую смесь из муки, какао и разрыхлителя в сахарно-яичную пену, перемешала до однородной массы и потянулась нарезать сливочное масло на небольшие кубики.

- Работа последних пяти нянь и одной учительницы английского зависела напрямую.

- Чья-то работа, чья-то учеба… У Алисы, например, очень загруженное расписание, - сказала я, вмешивая маслянные кубики в густую коричневую массу пирога, не до полного растворения, что бы масло создало влажность внутри коржа. Занятая процессом, лица старшей Гладько я не видела, зато отлично различила заминку между ее вдохами.

- У Козявки еще есть поблажки, – сказала она в итоге и отложила ополовиненную чашку какао.

Я, конечно, сама люблю давать прозвища, но если «Морковка» в уcтах Олеси звучала необидно, в то время как прозвище для младшей сестры вызывало неприязнь. И чем она его заслужила?

- Ты всегда встаешь так рано? - задала я старшей вопрос.

- Да, у меня режим.

Кажется, я начинала догадываться, кого на самом деле ждал Гладько. Перед очередным отъездом он хотел увидеть Олесю. А не так-то сух наш сухарь, это радует. Я включила духовку, подкрутила терморегулятор до нужных 180 градусов, потерла лоб.

- А после спорта у тебя что?

- Учеба на удаленке, – ответила она и затаилась.

Я медленно обернулась, ощущая подвох.

Олеся ничего не добавила в тесто, стояла все там же у барной стойки и пронзительно смотрела на меня. В прямом взгляде так и читалось: «Ну, давайте, ляпните что-нибудь, начните меня убеждать!» И не нужно семи пядей во лбу, что бы понять - прошлые нянечки, а может, и все учителя, что бывали в доме, считали своим долгом наставить заблудшую душу на путь истинный – учебу в колледже. Вот только я не относилась ни к первым, ни ко вторым, под влияние Полины не попала, поэтому говорить могла о чем угодно.

- На удаленке, замечательно! И как это происходит, онлайн-уроки с живым преподавателем? Или фото-отчет о проделанной работе?

- Оба варианта.

- А красивые фото делать умеешь? Как для инстаграм странички с едой, чтобы от картинки слюнки текли.

- Могу.

Она с подозрением смотрела на то, как я устилаю металлическую форму пергаментом для выпечки, разливаю густое тесто по краям, а затем с виртуозностью фокусника вверх дном воткнула в пустующий центр керамическую чашку без ручки.

- Это ещё зачем?

- Чтобы середина пропеклась, а бока не пережарились, - похвастала я уловкой и открыла дверцу разогретой духовки.

- Форму для пудинга взять не пробовали? - с ехидцей спросила девчонка.

- А она есть?

Наверху раздался стук каблуков, ревизия локонов была завершена. Королева спешила спуститься в холл и, как вариант, попрощаться с хозяином дома. Заслышав ее, Олеся, не сказав ни слова, быстро собрала волосы в хвост, натянула шапочку и направилась в сторону террасы.

Я не сдержала улыбки и на два голоса произнесла:

- Спасибо за какао, Тома! Пожалуйста, Олеся.

Кажется, девчонка споткнулась, услышав мою импровизацию. Но так это или нет, я узнать не смогла, в кухню-столовую ворвалась Полина. Другая блузка, новая прическа, горящие гневом глаза. Нет сомнений, отъезд Гладько она увидела со второго этажа и теперь мечтала разобраться со мной без свидетелей.

- Послушайте, вы! Если вы намерены работать в этом доме… - начало было она, и потеряла мысль, услышав:

- Не намерена.

- Что?

- Не на-ме-ре-на, - повторила едва ли не по буквам. - Я здесь временно. И контракт мой продлен буквально на одну неделю.

- Как? В смысле… То есть?! – Такого поворота она не ожидала. – Вы не собираетесь держаться за место?