Последний гость на свадьбе - Рекулик Джейсон - Страница 9

– А теперь зовешь?

– У Гарднеров там большущий дом, тебе наверняка дадут собственную комнату. Мэгги сказала, там уйма места. И люди эти тебе наверняка понравятся – ручаюсь, они тоже глотают книги как сумасшедшие.

Мальчуган в накидке с неожиданным интересом ждал ответа Вики, наблюдая за ней в зеркало. Она открыла ящик с игрушками и сунула ему в руки пластмассового динозавра.

– Послушай, Фрэнк, я знаю, что для тебя это важное событие. И мне очень-очень лестно, что ты пригласил. Но у меня уже расписаны клиенты…

– Да-да…

– А ты все выходные будешь безумно занят.

– Конечно-конечно.

– Я не могу свалить свою работу на девочек.

– Ясно, что не можешь. Надо было мне раньше спросить. Извини, что так неловко вышло.

– Совсем не неловко. Я рада, что ты меня пригласил. И честное слово, Фрэнк, наверное, согласилась бы, будь у меня выходные свободны. – Минуту поразмыслив, она добавила: – И будь у меня подходящее платье. И туфли. И подарок для новобрачных.

– Понятно.

– Но вот что я тебе скажу. Когда вернешься, давай пообедаем вместе. Покажешь мне фотографии. Я хочу услышать полный отчет. – Вики взяла с подноса визитку и сунула мне в руку. – Там мой номер. Договорились?

У меня дома на холодильнике уже висели приклеенные магнитами пять ее карточек, но я взял и эту. Обещал позвонить, а она сказала, что будет ждать.

10

В тот вечер я подъехал к дому около восьми. По дороге от машины задержался у почтового ящика, вытряхнул обычный хлам: программу распродажи, приглашение вступить в Ассоциацию американских пенсионеров и множество просьб о благотворительных пожертвованиях. В доме, сбросив все это на кухонный стол, я заметил белый деловой конверт без обратного адреса. Мое имя и адрес, похоже, отпечатали на старомодной пишущей машинке с вытертой лентой. Никаких признаков отправителя. Только штемпель Хоппс-Ферри, Нью-Гемпшир с американским флагом.

Прежде чем его вскрывать, я прихватил из холодильника бутылку «Курс-лайт». Внутри был листок бумаги с фотографией пять на семь по центру. То есть фотография была распечатана на домашнем принтере, из этих дешевых, которые прилагаются при покупке нового компьютера. Цвета тусклые и размытые, но изображение отчетливое. Мужчина и женщина, оба молодые, стоят на фоне озера. Я мог и не узнать будущего зятя, потому что Эйдан там выглядел фунтов на пятнадцать тяжелее и улыбался легко и свободно, как ни разу не улыбнулся мне за ужином. Похоже, фотограф рассказывал ему что-то смешное. А женщина была совсем незнакомая. Молодая, ровесница Мэгги, в облегающих брезентовых штанах с обрезанными штанинами и черном открытом топе. Она смеялась чему-то, увиденному за камерой, прислонившись к плечу Эйдана, – он обнимал ее за талию, а другой рукой держал за руку. Внизу страницы было вписано от руки: «ГДЕ ДОН ТАГГАРТ???»

И все. Три слова печатными буквами, написаны черным «Шарпи». Я пошарил в конверте, расправил его пальцем, проверив, нет ли чего еще.

Ничего.

Я откупорил пиво, сделал хороший глоток и присмотрелся к фотографии. До той минуты у меня, может, были одна-две мелкие претензии к Эйдану. Я не очень-то поверил в байку про синяк под глазом, и тайник в туалетном бачке мне не понравился. Но до сих пор легко было толковать сомнения в его пользу. Я положился на выбор дочери. Мэгги – толковая, зрелая, ответственная женщина, и не мне оспаривать ее решение.

А теперь…

ГДЕ ДОН ТАГГАРТ???

Как я понял, Дон Таггарт – это та хорошенькая девушка, что смеялась на фотографии. Но что делал рядом с ней Эйдан?

И кто прислал мне этот снимок?

Я дотянулся до телефона и позвонил дочери. Как правило, мои звонки попадали на голосовую почту, но в этот вечер она почему-то ответила сама:

– Привет, пап. Что случилось?

– Как у тебя дела, Мэгги?

– Ну, три дня до свадьбы, – ответила она замученным голосом – мол, сам понимаешь. – А ты в порядке?

– В полном. Просто я получил по почте странное письмо. Собственно, даже не письмо. Кто-то прислал мне фото.

– Что за фото?

– На нем снят Эйдан. Стоит рядом с девушкой на фоне озера. А внизу кто-то подписал: «Где Дон Таггарт?»

Она долго молчала – так долго, что я уже подумал, нас разъединили.

– Мэгги? Ты здесь?

– Что еще там сказано?

– Это все. «Где Дон Таггарт?» Не знаю, кто отправитель, но на почтовом штемпеле Хоппс-Ферри.

– Немыслимо! – вздохнула Мэгги.

– Кто эта Дон Таггарт?

– Пап, у меня к тебе просьба. Возьми это письмо вместе с конвертом, положи в пакет с зипом и привези завтра в Нью-Гемпшир. Сделаешь?

– Зачем?

Мэгги глубоко вздохнула:

– Ладно, слушай. Надо было раньше рассказать. Потому что на свадьбе ты бы, наверное, все равно услышал. Звучит страшно? Но ничего страшного нет. Потому что Эйдан ни при чем. Он не имеет к этому отношения.

Я заставил себя молчать. Этой тактике меня научила жена, Коллин: если хочешь, чтобы ребенок с тобой поделился, не прерывай его вопросами. Заткнись и дай ему сказать.

– Эйдан в прошлом году встречался с девушкой, а потом она пропала. Ее звали Дон Таггарт. Она в ноябре ушла в пеший поход и не вернулась. А куда ушла, никто не знает.

Мэгги сказала, что добавить особенно нечего. Дон всю жизнь прожила в Хоппс-Ферри, когда пропала, ей было двадцать три года. Полиция нашла ее машину на стоянке нью-гемпширского лесопарка, рядом с общественным туалетом и выходом на тропу. Размывшие почву ливни задержали поисково-спасательную операцию. Никто не мог сказать, ушла ли Дон в лес или просто вскочила в другую машину и уехала.

– А при чем тут Эйдан?

– Я и говорю, ни при чем. Его полиция сразу исключила. В день ее исчезновения Эйдан был за двести миль, в Бостоне. Но мать Дон все равно обвиняет его.

– Почему?

– Потому что психопатка! Они и знакомы-то были едва-едва.

– Ты сказала, они встречались.

– Один раз! Одно свидание. Ничего серьезного там не было.

Я присмотрелся к фотографии на столе. Рука Эйдана на талии Дон, а ее рука у него на бедре. Похоже, чувствуют себя свободно, как бывает, когда неловкости первого ухаживания уже позади.

– Так кто мне это прислал?

– Скорее всего, мать Дон. Гарднеров она уже осаждала, теперь твоя очередь. Вот зачем я прошу тебя завтра все это привезти. Гарднеры передадут юристам как доказательство.

– И адвокатов подключили?

– А как же, пап? Это все ради денег затеяно. Мать Дон рассчитывает, что Гарднеры от нее откупятся.

– Это она сказала? Просила денег?

– Пока нет. Но адвокаты говорят, это будет финальным ходом. Поверь, пап, если бы ты посмотрел на эту женщину, то все бы понял. Она постоянно пьяна, целыми днями расхаживает в ночной рубашке. И красится оранжевой помадой, как соус к оладьям. Таких в «Доктор Фил»[14] показывают.

– Где?

– Знаешь это ток-шоу? В нем перед камерой ссорятся всякие чокнутые. Ей там самое место. Она живет в лесу. В трейлере.

Вот что забавно: Мэгги, по-моему, часто забывает, что я сам вырос в трейлере, и многие мои друзья выросли в трейлерах, и наши родители совсем не были похожи на чокнутых из реалити-шоу. Почти все наши соседи были честные, порядочные труженики, жили скромно и вовремя платили по счетам.

– Суть в том, – продолжала Мэгги, – что она думает только о деньгах. Так что захвати снимок и отдай Эрролу, ладно?

– Конечно, – пообещал я. Я не задавал лишних вопросов, чтобы она чувствовала – я ее поддерживаю. Если уж надо выбирать сторону, не хотелось бы сделать ошибку.

– А как к этому относится Эйдан?

– Ему тяжело. Вся семья ужасно переживает. Они даже наняли частного детектива. Чтобы он нашел Дон и все успокоились. И знаешь что? Детектив считает, что она нарочно сбежала. От матери. Детектив говорит, в США пропадают шестьсот тысяч человек в год и многие из них не хотят, чтобы их нашли. Он думает, Дон теперь, может, работает официанткой в Лас-Вегасе. Или в Ки-Уэст. За миллион миль от дома, но жива и здорова.