Битва за надежду (СИ) - Хай Алекс - Страница 7

— Вон из дворца! Всех к черту — наружу! Гвардия, помогите вывести персонал и гостей! Денисов, вы курируете защиту ценностей!

— Я иду дальше, — сказал я.

— Позвольте отправить с вами гвардейцев.

— Нет, — отрезал я. — Миних только мой.

Я двинулся дальше, во дворец, чувствуя, как ноги вязли в мелких осколках стекла. Пол под ногами дрожал — перекрытия словно держались на честном слове. Да уж, Зимний дворец, сердце империи… И экономят на спичках.

У ближайшего коридора дорогу мне перегородили двое гвардейцев с алыми перевязями на груди.

— Проход закрыт! — крикнул один из них. — Выходите на улицу, сударь!

— Я прибыл по приказу великого князя Федора Николаевича! — рявкнул я, перекрикивая шум паники в залах. — На подмогу майору Елинскому. Где апартаменты первого лейб-медика Миниха?

Они обменялись взглядами.

— Третье крыло, — сказал один. — Второй этаж, ближе к внутреннему двору.

— Благодарю.

Я кивнул и побежал дальше.

Чем ближе я был к третьему крылу, тем сильнее пахло гарью и чем-то химическим, обжигающим носоглотку. Ярко-оранжевые всполохи отражались на мраморных колоннах.

— Быстрее! — кричал кто-то вдалеке. — Там уже все горит. Маша, да брось ты сумку, уходим!

Мимо меня пробежали двое придворных, окутанных магическими щитами. Один из них, молодой, с копной светлых волос, поднял руки, пытаясь разогнать дым магией воздуха.

— Ты что творишь, болван? — закричал я. — Прекрати!

— Я пытаюсь очистить воздух! — ответил он.

— Ты создаешь тягу! Огонь разгорится сильнее! Хочешь, чтобы весь дворец полыхнул, идиот⁈

Молодой маг побледнел и растерянно опустил руки. Я шагнул к нему и схватил за плечо:

— Убирайтесь отсюда. Немедленно. Хотите помочь — выводите неодаренных из горящих помещений.

— Да, конечно…

— Все, бегом, орлы!

Они кивнули и исчезли в клубах дыма.

Я двинулся дальше. Вокруг кричали люди. Придворные в дорогих нарядах спотыкались о ковры, в панике толкались и сбивали с ног слуг. Один лакей, совсем молодой, лет шестнадцати, прижимал к груди обезумевшего от ужаса полосатого кота, кашляя от дыма.

— Васька, тихо ты, не царапайся… Нам только до лестницы добраться…

Я остановился, уставился на парня… И в этот момент в конце коридора рухнула балка, перегородившая путь к выходу.

— Черт! — взвыл лакей. — Лестница…

Кот на руках у паренька дернулся и заорал.

— Иди за мной! — бросил я. — Я помогу вам выбраться.

Он кивнул и побежал следом.

Остановившись, я призвал стихийную магию и связал эфир с водой. Просто залил горящую балку — от нее пошел густой дым. Все зашипело. Я выбил ногой дверь и выскочил на лестницу.

— Прыгай, не бойся! — я протянул руки.

— Ваську возьмите, господин… Пожалуйста… Я без него не уйду!

Кот не хотел идти ко мне на руки — они вообще слишком остро чувствовали магию и магов обычно не любили. Но инстинкт выживания у полосатого сработал — Васька так сильно вцепился мне в куртку, что острые когти достали до кожи.

Лакей перелез через балку, и я протянул ему кота.

— Сейчас беги сразу вниз — и на улицу. Сюда не возвращайся.

— Я ж не бессмертный, господин… Спасибо вам…

Крепче перехватив кота, паренек бросился вниз по лестнице — по ней уже спускались и другие слуги.

Я вышел к лестнице третьего крыла. Она была покрыта осколками стекла. Стены уже трещали от жара — пожар охватывал перекрытия.

На верхней площадке, в тени колонн, я увидел лежащего человека. Темные с проседью волосы, форма гвардейца, пропитанная кровью.

— Елинский! — рванулся я к нему.

Он был без сознания, но, кажется, жив. Я приложил руку к его груди, вбирая в себя биение эфира. Магия откликнулась слабо, но стабильность сердечного ритма сохранялась.

В этот момент воздух зашевелился. Вдоль стены скользнуло что-то темное, и я почувствовал знакомый холод — магия Искажения.

— Алексей… Иоаннович… — Елинский захрипел и попытался подняться на локтях. — Он… Он взорвал здесь все. Мы уже взяли его под стражу… Миниха. Он активировал артефакт. Простите… Мои парни… Мертвы.

На миг я замер. Если Елинскому сейчас не помочь, он не успеет до прибытия подмоги. Да и кто его вытащит отсюда? Если оставлю его, то подпишу ему смертный приговор.

— Оставьте меня, — прохрипел Елинский. — Вы в прошлый раз поймали его… Справитесь и в этом, ваша… светлость…

Елинский снова дернулся, силясь приподняться на локтях.

— Алексей Иоаннович… — голос его был хриплым, каждое слово давалось с трудом. — Миних… Он ушел… в северное крыло… Взрыв отрезал его о нас. Он специально все взорвал… Вся его комната взлетела на воздух.

Я склонился ближе, стараясь разобрать его слабый голос сквозь шум и гул пламени.

— Северное крыло, понял. Сколько там выходов? Я хочу понять, откуда он выйдет.

— Ближайший… Ближайший выходит на набережную… Поймайте гада… — Елинский сжал пальцы на моем рукаве. — И прибейте его… За моих ребят.

Миних, конечно, та еще тварь. Не просто сбежал, а отправил на тот свет неизвестно сколько невинных людей. Я снова провел рукой нал грудью майора и нахмурился. Если сейчас оставлю Елинского, то упущу возможность раз и навсегда разобраться с этой мразью. Миних знал слишком много.

Но Елинский умирал. Даже собственный магический эфир не мог его спасти.

Я стиснул зубы. Разум подсказывал — нужно догнать Миниха. Но сердце не позволяло бросить Елинского умирать на холодных мраморных плитах. В моем Ордене товарищей не бросают.

— Идите, — прошептал Елинский, его пальцы слабо разжались. — Вы знаете, что нужно сделать…

— Офицеры своих не бросают, — ответил я жестко.

Но я мог сделать и то, и другое. Решение пришло мгновенно.

Я прикрыл глаза, погрузившись в эфирный поток, и мысленно потянулся к Чуфте. В глубине сознания разлилось тепло, тонкая серебряная нить протянулась в пустоту. Через мгновение в голове раздался тихий голос — легкий, как взмах крыла.

«Хозяин позвал. Внимаю».

Чуфта возникла в моем разуме, ощущалась, как горячая искра света.

«Найди Миниха». — Я мысленно передал ей образ: невысокое худощавое тело, худое лицо, острый нос, седые волосы. — «Следи за ним. Не нападай. Просто сообщай мне, куда он пойдет. Преследуй и не теряй из виду».

«Преследовать. Не нападать. Сообщать». — В голосе Чуфты прозвучала деловитая уверенность. — «Выполняю».

Я почувствовал, как связь с Чуфтой растворилась в потоке эфира, и ее присутствие исчезло за гранью сознания.

Теперь можно было сосредоточиться на Елинском.

Я положил ладонь ему на грудь, коснулся потока его личного эфира. Пульс едва заметно дрожал, почти затухал. Я глубоко вдохнул и осторожно направил часть собственного эфира в его тело.

Тепло разлилось под моими пальцами, дыхание Елинского стало ровнее, губы окрасились слабым румянцем.

— Алексей… — Его голос прозвучал чуть крепче. — Иоаннович, ну зачем…

— Мне нужно вывести вас. — Я подтянул его руку себе на плечо. — Держитесь за меня.

Я подхватил его, закинул одну его руку себе на шею, и, напрягая мышцы, приподнял с пола.

— Оставьте меня… — прохрипел Елинский. — Я приказал вам…

— Я вашим приказам не подчиняюсь, ваше благородие. Офицерами не разбрасываются, — отрезал я. — Тем более верными лично государю.

Елинский попытался возразить, но я не стал его слушать. Подтянул его плотнее к себе и, напрягая ноги, потащил по коридору.

На лестнице было полно дыма, в воздухе стоял едкий запах гари и химии. Где-то наверху трещал огонь. Мы спустились на одну площадку — Елинский был тяжелым грузом, но я не собирался его бросать. Мимо нас пробегали служанки — девушки догадались приложить мокрые платки к лицу.

— Помощь нужна? — одна из них задержалась возле нас.

— Сами справимся, — вяло отмахнулся Елинский. — Бегите, барышни.

Я ступил на последнюю ступеньку и вытащил майора в широкий мраморный холл.

— Остановитесь! — крик раздался от входа.