Законник Российской Империи. Том 6 (СИ) - Ло Оливер - Страница 23

— На что я и рассчитываю, — Аврора подняла взгляд, и в её глазах Дорохов увидел ту же холодную расчетливость, что и у её брата-императора. — Пусть уничтожают друг друга. А мы будем наблюдать и собирать осколки. Когда закончится внутренняя чистка, можно будет представить это как полное уничтожение «Общества» в Российской империи. Я очень быстро встану во главе российского филиала.

Она запечатала письмо и протянула его Дорохову.

— Это конфиденциально. Лично в руки барону, никаких посредников.

Дорохов принял письмо, спрятав его во внутренний карман.

— Будьте осторожны, Ваше Высочество, — произнес он с несвойственной ему заботой. — «Общество» существует столетиями именно потому, что умеет выживать. Они могут распознать вашу игру. И эти трое могут быть далеко не самыми важными людьми.

— В этом вся прелесть плана, — улыбнулась Аврора. — Властные мужчины всегда недооценивают женщин. Они уже думают, что используют меня. Пусть продолжают так думать, пока я использую их.

Когда Дорохов ушел, Аврора вернулась к окну. Эликсир, который дали ей члены «Общества», продолжал действовать — она ощущала необычную ясность мысли и энергию в теле. Но главная битва была впереди. «Общество» обещало ей вечную молодость и власть. Они не подозревали, что её амбиции простирались гораздо дальше.

Поздней ночью мы с Виктором анализировали информацию, полученную после ареста Толберта. Его особняк подвергся обыску, и результаты превзошли ожидания: тайник с документами, шифрованная переписка, списки контактов. Но что по-настоящему зацепило моё внимание — записка о перемещении «груза» из лаборатории, которую мы не успели накрыть под Петербургом.

— Смотри, — я указал Виктору на строчку в конфискованном дневнике. — «Груз подготовлен к отправке через Кронштадт. Судно готово. Распределение должно быть произведено не позднее трёх дней с момента загрузки».

— Кронштадт, — задумчиво повторил Виктор. — Это логично. Морем легче переправить что-то крупное и скрыть от таможни.

— Эликсир для «улучшенных», — я барабанил пальцами по столу. — Дата в дневнике… если всё верно, то отправка должна состояться завтра ночью.

Виктор разложил карту Кронштадта, отмечая возможные точки погрузки.

— Военный порт отпадает — слишком много охраны и документации. Скорее всего, они используют один из торговых причалов или даже рыбацкую гавань.

— Или промышленные склады в восточной части, — добавил я. — Рассеянность внимания хорошо работает — пока все следят за кораблями, они могут использовать склады как временный перевалочный пункт.

Мы составили план операции, распределив людей по всем возможным точкам. Я собирался лично возглавить группу, которая проверит восточные склады — моя интуиция подсказывала, что именно там мы найдём то, что ищем.

Перед рассветом мы были готовы. Людей Судебного Бюро подкрепили имперские гвардейцы, выделенные по личному распоряжению принца Михаила, который проявлял всё больший интерес к моему расследованию. Особенно после нападения на Варвару Марковну, чьи разработки должны были оснастить элитные подразделения армии.

Кронштадт встретил нас промозглым утренним туманом, окутывавшим порт серой пеленой. Идеальные условия для тайной операции — как для нас, так и для «Общества». Моя группа, состоявшая из шести человек, включая меня и Левински, двигалась вдоль складов восточного района порта. Тяжёлые гранитные здания с узкими окнами под самой крышей выглядели заброшенными, но я чувствовал едва уловимые следы магической активности.

— Там, — я указал на самый дальний склад, чьи двери были прикрыты, но не заперты. — Заходим тихо. Левински, твои люди окружают здание, никто не выходит.

Мы проникли внутрь, двигаясь осторожно, с готовыми к активации защитными артефактами. Внутри царил полумрак — лишь тусклый свет проникал через пыльные окна под потолком. Но чем дальше мы продвигались, тем отчётливее становилось странное свечение, исходившее из глубины помещения.

То, что мы обнаружили, заставило кровь застыть в жилах даже у меня. В центре склада стояли ряды стеклянных капсул, каждая размером с человека. Внутри этих капсул, в голубоватой жидкости, плавали люди — мужчины, женщины, даже несколько детей. Трубки и провода соединяли их тела с машинами, распределяющими странную мерцающую субстанцию, напоминающую жидкое серебро.

Я подошёл ближе к одной из капсул. Внутри находился молодой мужчина, судя по остаткам формы — солдат. Его глаза были закрыты, но под веками я различил быстрое движение, словно он видел кошмар.

— Господи, — выдохнул Левински рядом со мной. — Это люди. Они еще живы.

— Похоже на новую партию «улучшенных», — я внимательно изучал механизмы, подсоединённые к капсулам. — Они проходят трансформацию.

Один из моих людей подошёл к дальнему ряду капсул.

— Здесь дети, — его голос дрожал от ярости. — Им не больше десяти лет.

Я сжал кулаки. Одно дело — эксперименты над добровольцами или даже преступниками, но дети… Это переходило все мыслимые границы.

— Нужно вызволить их, — я начал искать управляющий механизм. — Ищите документы, записи — всё, что поможет понять, как безопасно их освободить.

Один из моих людей нашёл стол с бумагами в дальнем углу. Мы быстро разобрали записи — журналы наблюдений, медицинские отчёты, списки с именами. Среди документов оказался дневник главного исследователя — некоего доктора Штернберга, описывавшего процесс внедрения магических артефактов в тела подопытных.

«День 12. Субъекты 17–32 демонстрируют усиленные регенеративные способности после интеграции кристаллов. Эликсир стабилизирует трансформацию, но требуется еще более эффективный метод поддержания».

Я продолжал читать, пока мои люди искали способ безопасно отключить капсулы.

«День 14. Детские субъекты показывают наилучшую приживаемость артефактов. Их неокрепшие тела и разум легче принимают изменения. Однако морально-этический аспект вызывает сопротивление некоторых членов группы. Напомнил им о высшей цели…»

Высшая цель. Они оправдывали эксперименты над детьми какой-то мифической высшей целью. Ублюдки.

— Максим, нашёл! — Левински указал на большой пульт управления в центре комнаты. — Здесь контроль над всеми капсулами.

Я быстро изучил механизм. К счастью, он был не слишком сложным — типичный артефакт управления жизнеобеспечением, каким пользуются в передовых больницах империи. Постепенно ослабляя подачу эликсира и увеличивая содержание воздуха в жидкости, мы могли подготовить пленников к извлечению.

— Начинаем процесс, — скомандовал я. — Медленно, постепенно уменьшайте дозировку эликсира и…

Договорить я не успел. Воздух пронзил пронзительный звук сирены, и красные огни вспыхнули под потолком склада.

— Защитная система! — крикнул один из моих людей. — Кто-то активировал тревогу!

В тот же момент двери в дальнем конце склада распахнулись, и внутрь влетели трое — два мужчины и женщина в белых лабораторных халатах. Увидев нас, они замерли, но лишь на мгновение. Женщина выхватила из кармана небольшой серебристый шар и швырнула его на пол.

— Щит! — я едва успел создать защитную сферу вокруг нас, когда шар взорвался, выпуская волну зеленоватого газа.

— Эвакуация! Код красный! — выкрикнул один из мужчин, подбегая к пульту управления.

Я понял, что они собираются уничтожить капсулы вместе с пленниками, чтобы скрыть следы.

— Смещение! — мгновенно переместившись к пульту, я оттолкнул мужчину и активировал блокировку системы. — Левински, задержите их!

Началась схватка. Мои люди пытались обезвредить учёных, но те оказались хорошо подготовлены — артефакты ближнего боя, защитные амулеты, даже базовая боевая магия. И всё же в закрытом пространстве у них не было шансов против специально обученных оперативников Судебного Бюро.

Я продолжал работать над капсулами, пытаясь стабилизировать систему и начать безопасное извлечение пленников. Первые капсулы начали дренаж жидкости, готовясь к открытию.