Ашер 5 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 33

— О, здешние сквозняки сводят меня с ума, — с притворной серьёзностью закатила глаза Шелли, а потом попыталась отобрать у меня бутылку.

Я, смеясь, поднял её повыше, не давая схватить, и наклонился к ней, аккуратно подцепил пальцами подбородок, чтобы напоить её прямо из своих рук.

— Нет, серьёзно, — сказал я, глядя ей в глаза. — Хочу, чтобы ты чувствовала себя комфортно. Где бы мы ни были.

Шелли беззаботно рассмеялась и сделала ещё несколько глотков, глядя на меня с нежностью.

— Мне здесь хорошо, — призналась она, и в её голосе прозвучала лёгкая нотка удивления. Видимо, для неё самой это было неожиданно — ведь всю жизнь она провела в роскоши.

Но стоило ей упомянуть Александрийское поместье, как я заметил, как она машинально завела руку за правое плечо. Этот жест был ей привычен: шрам, оставленный после встречи с Бёрнсом, давал о себе знать каждый раз, когда в памяти всплывали тяжёлые моменты.

Я осторожно взял её руку в свою.

— Что ты хочешь сделать с ним? — спросил я тихо.

— С чем? — Шелли моргнула, словно вынырнув из тяжёлых воспоминаний.

— С Александрийским поместьем, — пояснил я. — Мы не обязаны его держать, если оно причиняет тебе боль.

— Но это очень ценная собственность, — словно на автомате ответила она, будто никогда раньше не думала о продаже.

— Мне всё равно, сколько оно стоит, — сказал я твёрдо. — Если оно тянет тебя назад, мы избавимся от него.

Шелли провела ладонью по моей щеке.

— Это уже не больно, правда, — сказала она мягко. — Вы с Ритой сделали для меня больше, чем кто бы то ни было. Вы помогли мне залечить раны, которые оставил Адлер.

Она замолчала на мгновение, словно подбирая слова.

— Медвежий угол — мой дом, теперь и навсегда. А Александрийское поместье… Это хороший актив. Может, когда-нибудь мы захотим начать новое дело. Я не уверена, что хочу продолжать путь, который мне навязал отец. Думаю, жеребенок Победы и Метеора будет последним. Но у этого места есть потенциал. Его просто нужно правильно использовать.

— Сделаем, как скажешь, — коротко поцеловал ее в губы.

— Хорошо, — она с благодарностью посмотрела мне в глаза и несколько раз легко коснулась губами моей шеи.

Я только начал расслабляться и получать удовольствие от ее ласки, как Шелли вдруг оживилась, ахнула и отвернулась к корзине.

— Ты просто обязан это попробовать! — с заговорщицкой улыбкой она вытащила небольшой сверток.

Развернув его, Шелли достала на свет мой любимый перекус: ломтики поджаренного мяса, тягучий плавленый сыр, маринованные корни ясеня — и все это на хрустящем ломте хлеба.

— Ты приготовила бутерброды! — обрадовался я, беря у нее угощение и откусывая солидный кусок.

— Специально для тебя, — с гордостью ответила она и достала второй бутерброд для себя.

— Это ты хорошо придумала, — похвалил я, быстро управившись со своей порцией.

— Угу, — протянула она, откладывая свой бутерброд в сторону. — Но я подумала и о других вещах.

— И о каких же? — спросил я, довольно усмехаясь, когда она, кошкой, подползла ко мне на коленях и уютно устроилась рядом.

— У меня для тебя еще много сюрпризов, Макс Медведев, — пропела она, ловко ослабляя завязки на моих штанах, освобождая полы рубахи и стягивая ее через голову.

— Ты сама лучше любого сюрприза, — успел выдохнуть я, прежде чем она припала к моим губам. Поцелуй был горячим, глубоким, требовательным.

Шелли скользила ладонями по моей груди, по животу, по всем местам, где кожа горела от ее прикосновений. Она уже не стеснялась своих желаний — отдала себя порыву полностью, словно сама была огнем. Даже воздух между нами будто бы стал гуще и теплее.

Я притянул ее крепче, углубляя поцелуй, чувствуя, как учащенно бьется сердце. Но в следующий миг она мягко прервала нашу близость, положив ладонь мне на грудь.

Шелли с легкой улыбкой выскользнула из моих объятий, взяла бутылку, сделала глоток вина и протянула ее мне.

Пока я пил, не отводя от нее взгляда, она медленно, с нарочитой ленцой, стянула с плеч тонкие бретельки. Платье плавно соскользнуло вниз, задержавшись на крутых бедрах.

Я допил вино в два глотка и отшвырнул бутылку в сторону. Одну жажду утолил — пришло время заняться другой.

Моя жена-феникс водила ладонями по своему обнаженному телу, нежно сжимая полную, налитую грудь, и смотрелась так, что у любого бы голова пошла кругом.

А потом она сделала кое-что совсем неожиданное: поднялась на ноги, элегантно, словно танцовщица, и повернулась ко мне спиной.

Покосилась через плечо, и, поймав мой взгляд своими сверкающими изумрудными глазами, медленно стянула платье с бедер, оголив тело до конца.

Чистая магия! От одного только вида можно было потерять контроль.

— Присоединишься ко мне? — кокетливо спросила она, покачивая бедрами в сторону озера.

Я поднялся, будто под гипнозом, и, торопливо сбрасывая с себя остатки одежды, пошел следом. Хорошо еще, что Шелли заранее развязала шнуровку — иначе точно бы застрял в этих веревках.

Небольшая передышка в прохладной воде явно бы не помешала. Я весь горел изнутри, как на углях.

Она даже не подозревала, насколько сильно на меня действовали ее движения — как легко могла одним лишь взглядом взвинтить меня до безумия.

Я осторожно вошел в воду.

— Такая теплая, — удивленно пробормотал я.

— Это природный горячий источник, — пояснила Шелли.

Действительно, стоило присмотреться, как над гладью воды клубился легкий пар.

Ладно, даже если охладиться не получится — поплескаться в горячем источнике в такую ночь было отличной идеей.

Я медленно заходил глубже, пока вода не достигла шеи, и с наслаждением закрыл глаза. Все тело, ноющие мышцы, уставшие суставы — все в одно мгновение расслабилось, отпустило. Настоящее блаженство.

— Как ты нашла это место? — спросил я, чувствуя, как тепло окутывает меня со всех сторон. Странно, не помню, чтобы Рита или Бруно что-то говорили о нем.

Ответа не последовало. Я нехотя приоткрыл один глаз.

— Шелли?

Огляделся, но вокруг было пусто. Жены-феникса нигде не было видно.

— Ш… — хотел было еще раз окликнуть ее, но не успел даже произнести имя, как что-то неожиданно обвилось вокруг моих лодыжек и резко дернуло вниз.

Я с головой ушел под воду, захлебнувшись удивлением. К счастью, через пару секунд меня отпустили, и я, отплевываясь, вынырнул на поверхность, жадно хватая воздух.

— Ахаха! — раздался заливистый смех Шелли, прежде чем она, как настоящая разбойница, набросилась на меня сзади.

— Ах ты!.. — уличил я подлую шалунью и тут же схватил ее, намереваясь как следует наказать за такую выходку.

Она радостно визжала, вырываясь, а я не отпускал. Мы вместе плюхнулись под воду, отчаянно борясь, как два озорных подростка.

Так началась настоящая битва без правил: мы топили друг друга, визжали, смеялись, барахтались, пока не выбились из сил. Непонятно было, отчего сильнее захватывало дух — от смеха или от бурной возни в теплой воде.

Когда силы окончательно иссякли, я притянул Шелли к себе на руки. Она с легкостью обвила мою талию стройными, упругими ногами, прижимаясь всем телом. Мы просто стояли в горячей воде, ощущая тепло друг друга, слушая, как бешено колотятся сердца, и ловили прохладные струи ночного ветра, которые лишь усиливали близость.

Все напряжение после нашей игривой схватки постепенно рассеялось, но возникло другое — более глубокое, томительное.

Я посмотрел в глаза жене и сказал почти шепотом:

— Ты такая красивая…

Шелли только улыбнулась и ласково провела руками по моей шее и плечам. В свете луны ее движения казались замедленными, завораживающими. Капельки воды, оставшиеся в волосах, переливались серебром, а щеки и губы порозовели от смеха и возбуждения.

Я ощущал каждое ее прикосновение кожей, словно волной проходило через тело. В ответ на ласку ее груди прижимались к моему торсу, и я чувствовал, как через тонкую пленку воды передается тепло твердеющих сосков.