Ашер 5 (СИ) - Шиленко Сергей - Страница 27

— С тех пор, как к ним подсадили новую королеву Лулу, они с нетерпением ждали нового дома, — объяснила Шелли.

— Можно взглянуть на королеву? — глаза Грэга загорелись от любопытства.

— Конечно, — с улыбкой сказала Шелли, ставя клетку на землю. — Я даже надеялась, что именно ты окажешь нам честь и переселишь её в центральный улей.

Она указала на один из ульев, свисающий со средней балки.

— Что нужно делать? — с готовностью спросил Грэг. Мы с Шелли переглянулись через его голову, обменявшись нежной улыбкой.

Она опустилась на одно колено, аккуратно открыла клетку и вынула на ладонь самого крупного шмеля.

— Иди сюда, — тихо позвала она мальчика, показав ему жестом протянуть руку. — Держи Дебору нежно, но крепко. У неё осталось всего одно крыло.

— Что с ней случилось? — Грэг моментально погрустнел.

— Бывает, что люди собирают шмелей ради красоты и удаляют им крылья, чтобы не улетели. Эти создания стоят дорого, и жадные Ашеры не хотят терять своё золото, — объяснила она и осторожно переложила королеву на раскрытую ладонь мальчика.

Дебора неуверенно переступила на тонких лапках, посмотрела на Грэга огромными пурпурными глазами и медленно хлопнула длинными ресницами.

— Почему нельзя просто получше за ними следить? — ахнул Грэг, прижимая Дебору к груди так бережно, словно она была самой хрупкой драгоценностью в мире. Его голос задрожал от возмущения и горя.

— Думаю, ещё потому, что многих раздражает звук их полёта, — тихо ответила Шелли, усмехнувшись как-то грустно и потерянно.

Грэг замер, глядя на шмелиху в своей ладони, будто хотел одной силой мысли уберечь её от всех обид, какие только можно представить. Он осторожно погладил её подушечкой пальца по макушке, и я видел, как дрогнули его ресницы — ещё чуть-чуть, и он бы заплакал.

— Но давайте не будем о грустном, — быстро встрепенулась Шелли, выдергивая нас обоих из этой ямы печали. — Теперь у неё есть дом. И люди, которые о ней позаботятся.

В этот момент Ной притащил стремянку и поставил её аккурат под центральным ульем. Всё было готово.

— Ты очень добрый мальчик, — с нежностью сказала Шелли. — Давай, отведи её домой.

— Хорошо, — ответил Грэг, собираясь с силами. Он поднялся по ступеням осторожно, как рыцарь, несущий в руках потерянную принцессу. Я видел, как он шепчет что-то Деборе, успокаивая её, словно понимая, что для неё это тоже важный момент.

Я почувствовал, как Шелли сплела свои пальцы с моими. Взглянул на неё — её глаза блестели, полные чувства.

— Я знала, что ему это понравится, — шепнула она. — В последнее время он стал очень тревожным. По ночам ходит без сна. Мы с Ритой стараемся занять его чем-то добрым, пока ты весь в тренировках.

— Серьёзно? — удивился я, глядя, как Грэг осторожно опускает шмелиху в новый улей. Его движения были полны почти священного трепета. — Даже не заметил. Вы с Ритой большие молодцы. Но всё равно… это знак. Мне надо больше времени проводить с ним.

— Он всё понимает, — Шелли крепче сжала мою руку. — Он гордится тобой.

— Я знаю. Но… — вздохнул я, чувствуя, как внутри поднимается знакомая тяжесть. — Я хочу, чтобы он чувствовал себя моим сыном. По-настоящему. А не просто каким-то приложением к моим делам. Я сам когда-то был на его месте. Когда на тебя не смотрят, не слушают. Когда ты для них — просто мебель…

Слова застряли в горле. Воспоминания были свежими и горькими, будто только вчера.

— Я не понимаю, как можно было не заметить такого человека, как ты, — прошептала Шелли и прижалась ко мне щекой. — С того самого дня, как я тебя увидела, ты живёшь в моём сердце. Даже когда я сплю.

Я поцеловал её в макушку, пряча улыбку в её тёплых золотистых волосах.

— Фу, паааап! — донёсся снизу возмущённый голос Грэга.

Я расхохотался и, не теряя ни секунды, бросился к нему, поймал и прижал в медвежьи объятия.

— Эээй! — заорал он, брыкаясь и смеясь.

— Тебе не обязательно ждать таких моментов, чтобы звать меня папой, — сказал я, прижимая его крепче. — Правда. Чем чаще будешь это говорить, тем роднее это станет.

Он замер у меня на руках, будто обдумывая каждое слово.

— То есть… мне правда можно? — наконец выдохнул он, такой растерянный, что я сам чуть не растрогался до слёз.

Я опустил его на землю, встал на колено, чтобы быть на одном уровне с ним, и положил руки ему на плечи.

— Только если ты сам захочешь, — ответил я спокойно и уверенно.

Его лицо светилось внутренним теплом. Я знал: этот момент он запомнит надолго.

Мы развернулись к Шелли, и я спросил:

— Что дальше?

— Теперь — переселить остальных, — улыбнулась она.

И тут в теплице раздался звонкий голос Риты:

— Шмели? Только не говорите, что я всё пропустила!

Шелли, смеясь, махнула ей рукой:

— Как раз вовремя, дорогая. Хочешь помочь?

— Только скажи, что делать! — Рита вспыхнула радостью, как девчонка.

— Встань под ульем, — скомандовала ей Шелли, показывая рукой. — Теперь подними клетку повыше и открой дверцу.

Рита всё сделала аккуратно, хотя в её глазах плясали искорки волнения. Когда дверца приоткрылась, Дебора, сидевшая уже в улье, вытянула шею и издала высокую звонкую трель, похожую на хрустальный перезвон.

В ответ в клетке вспыхнуло движение — один за другим шмели начали расправлять свои прозрачные крылышки, похожие на витражное стекло. Их звонкие голоса откликались на зов королевы, и один за другим они вылетали наружу, взмывая к потолку, словно капли света.

Теплица наполнилась музыкой крыльев и тихим, живым светом.

Все мы, затаив дыхание, с каким-то детским восторгом наблюдали, как величественные маленькие шмели пели и кружились под самой крышей. Они плавно спустились к ульям и начали сновать вокруг, словно выстраивая в воздухе невидимые узоры. Всё это походило на парад мыльных пузырей: их крошечные крылышки мелькали так быстро, что в солнечных лучах вокруг каждого из них появлялись переливающиеся ореолы, мерцающие всеми цветами радуги.

Я поймал себя на том, что не могу оторвать взгляд — настолько завораживающим было это зрелище.

Но даже оно меркло на фоне того искреннего восторга, что светился на лицах моей семьи, собравшейся рядом со мной.

— Красиво… — мечтательно вздохнула Рита, обвив руками плечо Шелли.

— Прекрасно, — согласился я, но говорил уже совсем не о шмелях.

— Пап, — прошипел Грэг и боднул меня локтем в бок. — Ты похож на желе, сейчас расплавишься.

Я усмехнулся и лениво толкнул его в ответ:

— Однажды ты встретишь девушку, которая покорит тебя с первого взгляда, и вот тогда моя очередь будет посмеиваться над тобой.

Он тут же надулся, скрестил руки на груди и завел старую песню:

— Никогда.

— Ну-ну, — продолжил я его дразнить, за что сразу получил ответный толчок в бок.

Мы перекидывались лёгкими ударами, как два щенка, проверяющие друг друга на прочность.

— Милый? — позвала меня Шелли, прерывая нашу с Грэгом возню.

— Да, дорогая? — ответил я, одновременно ставя ладонь на лоб мальчишки, чтобы тот не мог дотянуться до меня своими тощими руками, пока мы разговариваем.

— Мы с Ритой собираемся заглянуть к Энджи, — доложила она, с трудом сдерживая смех. Грэг, словно заведённый, продолжал махать руками и ногами, старательно пытаясь меня достать. — Она уже почти поправилась и скоро сможет приступить к своим обязанностям.

— Нужно мне идти с вами? — спросил я, всё ещё удерживая мальчишку на расстоянии.

— Нет-нет, — засмеялась Шелли. — С управлением домом мы как-нибудь справимся без тебя. Лучше отдохните и проведите время вместе.

— Как раз можешь поспарринговаться с Грэгом, — подмигнула Рита и, переглянувшись, наши озорные девчонки, весело хихикая, выскочили за дверь.

Я убрал руку с головы сына и только проводил их взглядом.

— Куда это они? — наконец спросил Грэг, отдышавшись от безуспешных попыток прорваться ко мне.

— Пошли заниматься женскими делами, — пояснил я, оглядывая пустеющую дорожку.