Желанное сокровище орков (СИ) - Влади Мира - Страница 15

Второй, Рагни, названный в честь Рагнара, был его копией — светло-зелёная кожа, тёмные волосы и серьёзный взгляд, но его крошечные ручки всегда тянулись ко мне, цепляясь за мои волосы, когда я пела ему колыбельные.

Рагнар смотрел на него с такой нежностью, что я иногда ловила себя на мысли, что этот суровый воин тает, как воск, рядом с нашими детьми.

– Он будет сильным, как ты, – сказала я однажды, глядя, как Рагнар качает Рагни на руках.

– Но добрым, как ты, – ответил он, его голос был низким, но полным любви, и он поцеловал меня в лоб, пока Рагни посапывал.

Кирон и Рагнар были невероятными отцами. Кирон плёл для мальчиков крошечные корзинки для игрушек и рассказывал им сказки о звёздах и лесах, а Рагнар вырезал деревянные мечи и учил их держать их, хотя они едва могли поднять оружие.

– Кайрон, выше меч! – командовал Рагнар, стоя на поляне, пока Кайрон размахивал палкой, смеясь.

– Он ещё маленький, Рагнар! – кричала я, качая Рагни, но не могла сдержать улыбку, видя, как сын старается угодить отцу.

Деревня, откуда я родом, больше не была угрозой. После того нападения, что едва не разрушило наш мир, договор был укреплён. Торин, ставший старостой после смерти отца, изменил деревню. Он и Лейн рассказали правду о моём счастье, о чести орков, и страх перед племенем сменился уважением. Они присылали зерно, ткани, даже яблоки, которые я любила с детства, в обмен на меха и оружие. Конфликты ушли в прошлое, и на рынке я иногда видела Лейна.

Однажды он подошёл, молча протянул корзину яблок и сказал:

– Это для твоих сыновей, Эйвери.

Я взяла корзину, мои пальцы дрогнули.

– Спасибо, Лейн, – ответила я тихо, и он кивнул, впервые за годы посмотрев мне в глаза.

Мы не сказали больше ничего, но я знала, что он жалеет. Этого было достаточно.

Наша жизнь была полна любви, и каждое утро я просыпалась между Кироном и Рагнаром, их руки обнимали меня, их дыхание согревало мою кожу. Их страсть не угасала, их пальцы и губы всё ещё находили мои чувствительные места, заставляя меня дрожать, но теперь в нашей любви было больше. Нежность, доверие, понимание, что мы — единое целое.

Однажды вечером, когда осень окрасила лес в золото и багрянец, мы сидели у реки всей семьёй. Кайрон, которому едва исполнилось два, сидел на коленях у Кирона, указывая на звёзды и лепеча:

– Папа, это светлячки? В небе?

Кирон рассмеялся, его золотые глаза сияли.

– Нет, малыш, это звёзды. Они охраняют нас, как мы охраняем тебя.

– А мама тоже звезда? – спросил Кайрон, поворачиваясь ко мне, его маленькое лицо было серьёзным.

Я улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по груди.

– Может, и так, Кайрон. Но вы с Рагни — мои самые яркие звёзды.

Рагни, ещё совсем малыш, спал у меня на груди, его крошечные пальчики сжимали мой локон, а его зелёная кожа блестела в свете луны. Рагнар, сидя рядом, обнял нас всех, его зелёная рука покоилась на моём плече, а его тёмные глаза смотрели на сыновей с такой нежностью, что я почувствовала ком в горле.

– Они растут так быстро, – сказал он тихо, его голос был глубоким, но мягким.

Кирон повернулся ко мне, его рука нашла мою, и он сжал её, его глаза блестели.

– Ты дала нам всё, шайра, – прошептал он. – Этот мир, эту семью, это счастье. Что мы сделали, чтобы заслужить тебя?

Я покачала головой, слёзы счастья щипали глаза.

– Это вы дали мне дом, – сказала я, моя рука коснулась щеки Кирона, потом Рагнара. – Я никогда не думала, что могу быть так счастлива. Вы, Кайрон, Рагни — вы мой мир, мой смысл жизни.

Рагнар наклонился, его губы коснулись моего лба, тёплые и твёрдые.

– Мы твои навсегда, любимая, – сказал он, и его голос дрогнул, как будто он боялся, что этот момент растает.

Мы сидели так, окружённые теплом друг друга, пока звёзды сияли над нами, а река пела свою вечную песню. Кайрон заснул, уткнувшись в грудь Кирона, его золотистые волосы смешались с туникой отца. Рагни тихо посапывал в моих объятиях, его пальчики всё ещё сжимали мой локон.

Я посмотрела на своих мужей, на их лица, полные любви, и почувствовала, как моё сердце переполняется. Это был наш мир, наша семья, наша любовь — нерушимая, вечная, как каменная арка, что стала свидетелем нашего начала. Кирон сжал мою руку, Рагнар обнял нас крепче, и я закрыла глаза, зная, что впереди нас ждёт только счастье, а этот момент — тёплый, живой, полный любви — останется со мной навсегда.

Конец