Родословная. Том 4 (СИ) - Протоиерей (Ткачев) Андрей - Страница 14

Пока что складывалась ситуация, когда я просто гарантированно не мог достать своего противника и поэтому нацелился на его копьё. Я отбил то, что было справа от меня, так, чтобы оно влетело в одну из ветхих построек гоблинов и у моего противника не было возможности его быстро вернуть. А вот второе копьё я перехватил рукой и тут же ударил по нему мечом, рядом с рукой гоблина-переростка.

Он предпочёл отпустить копьё, чем лишиться пальцев, но главное — я избавил его от одного из копий и теперь гоблин не мог использовать это преимущество. После этого сам бой стал куда веселее.

Монстр Разлома, продолжая демонстрировать свою жуткую улыбку, всё пытался добраться до меня своим копьём, а вот я время от времени доставал его мечом, постоянно выворачиваясь во время очередной атаки. Скорость и сила гоблина сейчас была как раз на том уровне, когда он вполне мог и достать меня, если бы я совершил ошибку.

В этом плане хорошо, что я сначала избавился от всех его соплеменников и только потом встретился с ним. Вроде и не так страшно, но мешались бы где-то на фоне, да и не хотелось бы, чтобы вновь появились шаманы. С таким противником мне медлить точно нельзя.

И вот в какой-то момент монстр Разлома, видимо, подумал, что достаточно хорошо изучил меня, чтобы попытаться атаковать активнее. Он взорвался серией ударов, чтобы в следующий миг отскочить от меня к своему трону и схватить оттуда изогнутый меч, который в его руках зажёгся незнакомыми мне символами на лезвии.

Артефактное оружие? Чем ещё меня удивит этот странный гоблин?

И он не заставил себя долго ждать, так как до того, как я успел добраться до противника, он воткнул меч в землю и оттуда в мою сторону понеслась волна каменных копий, вырастающих прямо из земли. Пришлось броситься в сторону, чтобы избежать этой атаки, но гоблин этого как раз и ждал, встав на моём пути и замахнувшись клинком.

Не знаю, на что он там рассчитывал, но я легко принял его удар на свой меч и скользящим шагом оказался сбоку от него, чтобы ударить свободной рукой монстра Разлома по рёбрам. Здесь я уже не сдерживался, так что он отлетел в сторону и затормозил, опять же, с помощью своего артефактного клинка.

В мою сторону понеслась новая волна копий, но я видел, как гоблин сплёвывает кровь, а значит, мой удар достиг цели.

Он сорвался с места, вновь пытаясь добраться до меня, но каждый раз на пути клинка монстра Разлома появлялся мой меч. Уж в этом я точно был сильнее какого-то существа, порождённого магией. И тем не менее, пусть он не знал основ фехтования, но компенсировал всё силой и скоростью. Татуировки на теле гоблина начали активнее гореть и одновременно с этим он усиливал свой напор.

Вот только у магии и, в целом, у чародейства есть неприятная вещь — у всего есть цена. Так и у моего противника просто не могло это усиление длиться вечно. Тем более я всё равно продолжал наносить ему небольшие раны, которые вытягивали из него силы, ведь гоблин терял кровь, которую я забирал себе.

По сути, в очередной раз, чем дольше шёл бой, тем в более выгодных позициях находился я. И тем не менее недооценивать своего противника я тоже не мог. Его удары были сильны, и порой он даже вынуждал меня спешно отступать, чтобы не попасться в ловушку. И тем не менее…

Стремительный удар по руке и вот отрубленная конечность вместе со всё так же удерживаемым ею мечом летит в сторону, а я хватаю гоблина за горло.

— Ты меня знатно повеселил, — улыбнулся я, смотря прямо в его нечеловеческие глаза. — А сейчас ты удостоишься чести быть моей пищей.

Монстр Разлома сначала пытался сопротивляться, но действие ритуала, проведённого на нём, к этому моменту как раз закончилось и сил в нем осталось не так много, да и не мог он своими когтями пробить мою броню.

Поэтому я просто стал втягивать кровь этого существа в себя.

Да, хорошо бы было это сделать в тот момент, когда он не был в таком истощённом состоянии, но тем не менее бой того стоил, да и кровь сильного существа всё равно есть кровь сильного существа. Я в этот момент чувствовал, насколько сильно его тело было пропитано магией, и кровь гоблина давала мне сил больше, чем от сотни его соплеменников.

Ещё небольшой шаг к тому, чтобы вернуть всю полноту своих сил.

— Ты был интересным противником, — хмыкнул я, отбрасывая прочь высушенное тело.

Каких-то чувств по этому поводу я не испытывал. Монстры Разлома будто созданы для того, чтобы убивать людей. С ними не договориться, а зная повадки гоблинов, они бы с радостью закусили моим телом, если бы смогли меня убить. Так что борьба между нами была вполне естественным процессом и не стоит удивляться, что Стражи и монстры Разлома с таким остервенением уничтожают друг друга. Ведь что люди, что монстры являются друг для друга источником развития.

А вот артефактный меч я подобрал. Он мне не особо нужен, но Елена может выставить его на аукционе и мы неплохо заработаем на этом.

И всё же довольно странно, что Разлом, который системами Гильдии Стражей регистрировался не как слишком уж опасный, породил подобного монстра. Я бы даже не стал его называть гоблином, потому что его возможности были на совершенно другом уровне. Да и эти татуировки… их ведь кто-то наносил.

Я, конечно, понимаю, что большинству Стражей такие вопросы вообще не сдались, их дело — ходить в Разломы и зарабатывать. Да и что уж говорить, они просто привыкли к этому, так как все живут в мире, в котором Разломы уже находятся давно. Это, наверное, такой древности, как я, кроме разумеется, учёных, интересно, почему это происходит. Разломы не потеряли для меня эффект новизны и поэтому мне до сих пор интересно в них ходить.

Тем более кровь монстров, обитающих здесь, куда более «питательная», чем что-то ещё. Поэтому я совмещаю приятное с полезным, когда хожу сюда.

— Ну как развлёкся? — спросил я у Салема, который спокойно дожидался меня рядом с полем, в своей боевой форме.

Шерсть его так и блестела, а глаза лучились довольством. Вот что значит — кровь противников. Как-никак Салем — мой фамильяр и он просто не мог не перенять часть моих особенностей. Так что, по сути, он был котом-вампиром и мог спокойно для своего существования использовать кровь. Это не считая той мистической связи, что была между нами и не давала коту умереть до тех пор, пока жив я.

— Иногда поохотиться бывает полезно, — довольно улыбнулся кот. — В этом ты был прав.

— Конечно, я прав, — хмыкнул я. — А то совсем разленился и забыл, что ты не просто домашний котик, а хищник, которому надо выходить наружу и ловить добычу. Иначе совсем когти затупятся.

— Вообще-то, ты ничего не понимаешь, — фыркнул Салем. — В бытности котов есть столько радостей, которых обычному человеку не понять.

— Угу, понимаю, — не смог сдержать я улыбки. — Когда тебя тискают красивые девушки, это должно быть приятно.

— Подобное может понять только кот! — гордо поднял свою огромную башку Салем.

Да уж, в этом облике он совсем не напоминал того милого домашнего котика, которого полюбили все слуги моего рода. Хорошо, что он хотя бы ест как обычный кот, а не как огромная пантера, иначе всех запасов пищи не хватило бы.

— Ладно, можно возвращаться и приглашать сюда добытчиков, — махнул я рукой. — Пусть люди займутся делом, за которое им платят.

Глава 8

Каждый раз, когда Елена приносит мне кипу документов, которые требуют моего рассмотрения и подписи, мне становится очень грустно. Я совсем не понимаю, как вообще кто-то может желать такого положения в обществе, чтобы потом столько времени тратить на организацию дел рода.

Тут, по сути, надо вникать во все мелочи, чтобы понимать, чем вообще дышит род и каково его положение сейчас. Да, конечно, есть слуги, которые как раз занимаются обработкой всех этих данных, но, увы, как бы мне ни хотелось обратного, но Елена была права — всё это я должен контролировать лично, а не полагаться только на слуг.

И да, я уже не раз внутренне жаловался на это, но всё равно ситуацию подобное не изменит. Даже если кого-то официально ввести в род, то как его глава я обязан этим заниматься. Поэтому, увы, только если кому-то передать права по управлению родом, но это же означало, что формально кто-то был бы выше меня, а этого я уже позволить себе не мог.