Пекарня Чудсов. Чудеса на десерт - Литтлвуд Кэтрин - Страница 1

Кэтрин Литтлвуд

Пекарня Чудсов. Чудеса на десерт

Kathryn Littlewood

Magic By the Mouthful

© 2015 by The Inkhouse

Interior illustrations copyright © 2013 by Erin McGuire

Cover illustration © Noura Books (PT Mizan Publika) by Resoluzy

© Е. И. Колябина, перевод, 2025

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2025

Издательство АЗБУКА®

Моим восхитительным читателям, которым не терпелось узнать, что же будет дальше

Приношу свои извинения Шотландии и шотландцам – пусть на этих страницах немало глупостей, я искренне люблю и этот край, и его народ

Пролог. Первый ботинок

Ранним утром в конце лета Розмарин Чудс в одиночестве катила на велосипеде по сонным улочкам Горести-Фолз. В корзинке у нее подпрыгивала открытая банка из синего стекла.

Мало кто просыпается так рано, не говоря уже об обычных тринадцатилетних девочках. Но хоть Розмарин Чудс и была тринадцатилетней девочкой, ни у кого бы язык не повернулся назвать ее обычной. Она была полноправным пекарем семейства Чудс, и перед ней стояла важная задача.

Мерцающие лучи восходящего солнца закручивались и падали в банку, пока Розмарин крутила педали, разгоняя утренний туман. Сияющие усики лучей, сворачиваясь и сплетаясь, увязали в густом сиропе, который покрывал банку изнутри. Когда Роз добралась до вершины Воробьиной горы, заполненная светом банка уже сияла, как прожектор на сцене.

Роз резко затормозила и торопливо закрутила крышку.

Ее носа коснулся аромат свежих пончиков, и Роз поняла, что остановилась на пустой парковке перед вывеской «Пончики и авторемонт от Стетсона». Может… Нет, было еще слишком рано, чтобы в мастерской кто-то проснулся.

Внезапно дверь с грохотом распахнулась, и Роз от удивления чуть не выронила банку.

Девин Стетсон вышел из мастерской, на ходу вытирая грязные руки о джинсы и некогда белую майку.

– Эй, Роз! – крикнул он. – Что там у тебя?

Девин недавно решил отпустить свои светло-песочные волосы, и теперь они прикрывали уши, завиваясь на концах.

– Да просто… забавный фонарь, который Алфи купил в Париже. – Роз запихала банку в рюкзак, прежде чем Девин успел ее толком рассмотреть. – Сейчас-то, когда солнце взошло, он мне уже не нужен.

Лучи восходящего солнца должны были стать волшебным ингредиентом в партии парфе[1] «Темная ночь, поди прочь», но рассказывать об этом Девину было никак нельзя. Несмотря на то что всю последнюю неделю Девин и Роз катались по парку на велосипедах, пили чай в лавке «Горести-Сладости» и Девин определенно стоял первым в списке претендентов на руку и сердце Розмарин Чудс, пока он Чудсом не был, а значит, Роз не могла раскрыть ему секрет волшебной семейной пекарни.

– Фонарь? Круто. – Он подошел и поцеловал Роз в щеку. – Привет.

– Привет, – прошептала Роз, расплываясь в улыбке. – А ты чего встал так рано? У тебя бессонница? Я могу испечь что-нибудь для легкого засыпания. Вот прямо сейчас поеду и испеку!

Девин накрыл ее руку своей.

– Притормози! Я просто хотел повозиться с мопедом до утреннего наплыва клиентов. – Он смахнул волосы с глаз и улыбнулся. – Все хорошо, правда. Не волнуйся.

«Все хорошо, – попробовала убедить себя Роз. – Я должна быть счастлива!»

Но противное комковатое чувство внутри ее шипело: «Это не может продолжаться вечно». Ее семья вытерпела столько мерзостей и гадостей, оберегая Поваренную книгу Чудсов, что теперь Роз не могла отделаться от мысли, что вот-вот очередной злокозненный ботинок растопчет их хорошее настроение… И скорее всего, это будет туфелька на шпильке, тридцать шестого размера – такие носит ее ужасная тетя Лили. Не важно, как сильно Роз хотела быть счастливой, у нее не шла из головы зловещая записка, которую она получила на свой тринадцатый день рождения.

До скорой встречи.

Целую, Л.

– Ты вся дрожишь! – заметил Девин. – Вот, возьми мою толстовку. – Он потянулся вниз, но тут сообразил, что на нем нет толстовки. – Хм. Тогда возьми мою майку!

Роз вспыхнула, когда он попытался стянуть через голову испачканную майку.

– Лучше тебе остаться одетым.

– Да, наверное. – Девин сунул руки в карманы и перекатился с пятки на носок. – Хочешь, сходим в кино? В кинотеатре «Горести-Плекс» показывают научно-фантастический мюзикл «Чужой: Ария Армагеддона пришельцев».

– С удовольствием, – сказала Роз.

На этом друзья попрощались, и Роз позволила велосипеду унести ее вниз по склону Воробьиной горы. Она чувствовала себя легкой, будто только что слопала упаковку эклеров «Воздушный, как облачко».

Конечно, тетя Лили не оставит их в покое, как и подлые пекари из Международного общества скалки. Но впервые за много дней, пусть даже всего на десять минут, которые заняла у нее дорога до дома, Роз выкинула их из головы.

Потому что ее позвали на свидание.

Напевая себе под нос, Роз вошла через распашные двери на кухню семейной пекарни «Следуй за чудом».

Парди, ее мама, стояла у разделочного стола и взбивала в огромной миске заварной крем. Ее кудрявые темные волосы были присыпаны белой мукой, а полосатый фартук покрывали шоколадные пятна. В теплой кухне пахло черничными маффинами, облитыми помадкой булочками с корицей и сконами со сливочным маслом.

– С возвращением. – Парди чмокнула Роз в макушку. – Как прошел сбор солнечных лучей?

Роз похлопала по рюкзаку с банкой, потом схватила маму за руку и подняла ее руку вверх, чтобы сделать под ней пируэт, совсем как балерина в розовых шортах.

– Вижу, к Стетсонам ты тоже забежать успела, – догадалась Парди и вернулась к взбиванию крема.

– Может быть! – ответила Роз, распахивая холодильную камеру.

Повернув потайную ручку-скалку, она открыла вход в секретный подвал под кухней Чудсов. Роз поставила светящуюся банку к остальным волшебным ингредиентам. А вернувшись на кухню, обнаружила там свою четырехлетнюю сестру.

Лик стояла на цыпочках на табуретке рядом с Парди, повязав на шею одну из фланелевых рубашек Тима на манер фартука. Сосредоточенно высунув язычок, она раскатывала пласт теста для сахарного печенья.

– Носится туда-сюда все утро, – пробормотала Парди. – В жизни не видела, чтобы четырехлетка так усердно трудилась. Делает все, о чем я ни попрошу. Даже посуду помыла! – Она развернулась и добавила: – Знать бы еще, куда Лик ее потом убрала.

Роз нахмурилась. Лик не любила, когда ей указывали, что делать. Терпеть не могла! С чего это она сегодня такая прилежная и послушная? Червячок беспокойства, которого Девин Стетсон усыпил своим поцелуем, снова принялся грызть Роз изнутри.

Она решила понаблюдать за сестрой. Когда Парди попросила Лик при помощи формочек вырезать из теста десять щенков и двенадцать котят, Лик уже через минуту разложила их на смазанном маслом и присыпанном мукой противне, да так, что не у дел осталась всего пара жалких кусочков теста. А когда Роз вклинилась и попросила достать несколько чистых мисок, то и глазом моргнуть не успела, как шесть мисок уже стояли на столе – от большой к маленькой. Именно так Роз и нравилось их расставлять, хотя она никому об этом не говорила.

Лик щелкнула каблучками:

– Что-нибудь еще?

Роз с мамой встревоженно переглянулись.

Тогда у Роз возникла идея. Она опустилась на колени рядом с малышкой и ткнула пальцем в потолок над огромным промышленным миксером, стоявшим в углу.

– Видишь, сколько там муки?

Лик проследила за пальцем Роз, который указывал на белые холмики на потолке. За миксером водилась привычка устраивать торнадо, если сухие ингредиенты добавляли слишком быстро, а Роз иногда забывала сбавить обороты.