Восхождение мага призывателя. Том 1 (СИ) - Ангор Дмитрий - Страница 80

— Слушай, а тебя наш профессор по истории не покусал случайно? — она скосила на меня глаза, поморщив нос. — Ты теперь сам занудным монотонным голосом лекции читаешь, — и я тут же ущипнул вредину за нос.

— Ай! — оскалила она зубки.

— Но в одном ты права — у профессора голос действительно усыпляющий, и самое сложное — не заснуть, — я достал термос с кофе из рюкзака, единственное спасение для нас с Ленкой на этих лекциях.

А тем временем, профессор в серой мантии уже взошёл на кафедру. На его голове был привычный хаос — седые кудрявые волосы торчали во все стороны, словно после бомбежки. И он по обыкновению одёргивал короткую треугольную бородку рукой вниз, а тонкие усики у него шевелились, как тараканьи усы.

— Кхе-кхе, — кашлянув в кулак, он окинул нас пронзительным взглядом чёрных глаз. — Сегодня мы разберём с вами новый раздел — Падение гаваней Магадана в эпоху Разрушения Тройственного Альянса. Подробно остановимся на судьбе беженцев после распада. И, конечно, обсудим саму битву при Магадане, когда бастард Павел Кровожадный и конунг орков Урзул Красная Рука напали на город, чтобы отнять у основательницы оппозиции — княгини Виктории по прозвищу Железная маска — артефактный ключ из драгоценных камней.

Я, едва услышав начало его монотонной речи, уже начал отключаться. И чтобы дослушать до конца, выпучил сильно глаза и налил себе кофе. Ленка же, прикусив язык, уже лихорадочно что-то записывала в тетрадь.

— Зачем ты это пишешь? — спросил я. — Он же ещё не начал лекцию. Это только вводная информация.

— По ней я потом и сдаю экзамены, — она хитро улыбнулась. — В вводной части всё кратко, но самое основное. Так мне легче запомнить.

Кхм… Ну, ладно — у каждого свои методы запоминания. Я сделал пару глотков и продолжил слушать.

— Прошу вас быть сегодня предельно внимательными. Битва при Магадане определила будущее нашей Родины, её политический и экономический курс, — Илья Ефремович — профессор, резким движением руки откинул кудрявую прядь со лба. — Ключ из чистейших алмазов, созданный артефактором Исидором Преподобным, открывал доступ к защищенному магическому храму и хранилищу в нём. А там хранилось главное сокровище — корона истинного правителя, делающая носителя почти неуязвимым, возвышающая его дар до немыслимых пределов. И надень её, не потомок правящей крови, как Виктория, кто знает, что стало бы с нами…

Да, все наши Императоры владели этой короной. Носили редко — слишком могущественна и сильно действует на организм, что потом становится плохо даже мощным Одаренным. У некоторых же она сливалась с даром самого правителя, меняя форму — то обруч, то корона, то царская шапка. И если верить летописям, создал её сам князь Рюрик — первый правитель Руси, величайший Одарённый, чья сила была дарована самими небесами. Так во всяком случае писалось в тех древних письменах. Впрочем, хватит витать в облаках — нужно следить за мыслью профессора.

— Битва у Магадана и падение гаваней — кровавый след в истории. Но она же показала силу духа нашего народа и мощь предков нынешнего правителя. Имя Виктории Железной Маски знают даже младенцы, — Ефремович оперся о кафедру. — И за этот ключ пролились реки крови в одной из самых жестоких битв. Даже воины под командованием бастарда и конунга не выдерживали этой бойни — некоторые переходили на сторону княгини. Но Магадан пал, а подкрепление от дяди княгини Виктории не успело добраться до гавани. Однако, княгиня прыгнула в Охотское море вместе с ключом.

— Похоже, он собрался выдать всю лекцию за раз, — ухмыльнулся я, глядя на Ленку. — Пожалуй, начну тоже записывать, — и взялся за ручку.

— Корабли её дяди были разбиты врагами, а сама княгиня чуть не погибла в море после долгого плавания. Но её спас бедный рыбак и помог добраться до торгового судна. Позже он получил орден и был канонизирован в святые за чудесное спасение Железной Маски. И, разумеется, больше не бедствовал, — улыбнулся Илья Ефремович. — Сегодня же мы разберём причины распада Альянса, конфликт между Викторией и Павлом, и детально изучим ход битвы в гавани и взятие Магадана, — он выдохнул и отпил воды из стакана.

Мозг у меня уже начинал закипать, хотя это была только вводная. Но впрочем, всё было предельно ясно — вечная борьба за власть и ресурсы. Имена же и даты я только запоминать не особо люблю, но разобраться в тактике боёв и их последствиях — довольно интересно. И я уже думал, что профессор сейчас погрузит нас в детали, но не тут-то было…

— Прежде, чем мы начнём изучать новый раздел, — объявил Илья Ефремович, — я проведу выборочный опрос по прошлой теме и проверю, как вы усвоили материал о последней битве на Ишимской равнине. За ваши ответы начислю соответствующие очки. Или, наоборот, вычту, — профессор зловеще ухмыльнулся.

Бл*ть! Только бы не Шувалова спросил! Рыжий опять ляпнет какую-нибудь чушь, а Ефремович озвереет и снимет кучу очков. Так что, с кислой миной я наблюдал, как профессор поднимает одного за другим из моих одногруппников. И пока всё шло гладко, но тут очередь дошла до неё — нашей раздолбайки-княгини…

— Очина, — Ефремович жестом поднял кудрявую княгиню Ярославу, — твой черёд! Но закрой тетрадь и убери телефон, чтобы я видел, а то я тебя знаю.

— Илья Ефремович, — надула та губки, — я вообще-то никогда не подглядываю.

— Да что ты? А на прошлом тестировании, когда у тебя телефон со стула упал, ты чем занималась? — профессор пронзил её взглядом.

— Он просто упал, и всё, — Очина уставилась на него своим привлекательным, но глуповатым личиком.

— Убирай, я сказал! Или очки у группы вычту, — проворчал Ефремович, и она всё же подчинилась. — А теперь ответь на элементарный вопрос — сколько успешных наступательных кампаний провёл царь Борис Первый, чтобы очистить Тюменское графство от змеелюдей и медведей-оборотней?

Ярослава часто захлопала ресницами, погрузившись в размышления. Думала она, правда, слишком долго, и профессор её поторопил.

— Отвечай уже!

— Ох, — тяжко вздохнула она и с унылым видом произнесла, — три.

И мы все опешили — ответ оказался верным.

— Правильно, Очина! Неужели и вправду готовилась, или просто наугад ляпнула? — хмыкнул Ефремович. — Хотя неважно — получай тридцать очков и садись.

— А почему так мало? — княгиня тут же включила режим недовольства.

— Потому что, твой вопрос был легким, а очки я начисляю в зависимости от сложности. Или хочешь заработать побольше? Тогда давай спрошу что-нибудь посложнее, — профессор хитро улыбнулся.

— Нет-нет! — Ярослава тут же замахала руками. — Меня всё устраивает, Илья Ефремович! — и плюхнулась на место, а по аудитории разнеслись лёгкие смешки.

— То-то же, — лицо профессора светилось довольством от удачной шутки над княгиней. — Так, а теперь, Царев, — он почти сразу указал на меня.

Я поднялся с места, чувствуя уверенность — всё-таки переписал все Ленкины конспекты и перечитал их по нескольку раз.

— Назови мне причины, почему царь Борис Первый проиграл битву на Ишимской равнине, — задал вопрос профессор.

И мне пришлось напрячь немного извилины. Поражение точно складывалось из нескольких факторов. Я помню, как сглупил тогда царь Борис — слишком он самодовольный был, решил, что раз не проигрывал раньше, то и впредь не проиграет. А к умным советам из своего окружения не прислушивался. И разложив все эти мысли по полочкам, я был готов отвечать.

— Во-первых, частыми вылазками из крепости Курган, царь мало чего достиг — убивал не так много оборотней и змеелюдей, зато позволил врагам хорошо оценить силу и возможности своей армии. Во-вторых, он не послушал советников и вместо дальнейшей обороны из крепости и набегов решил сражаться в открытом бою, хотя там преимущество было у врагов, а не у людей, — я ненадолго замолчал, вспоминая ещё одну причину. — В общем, Борис Первый слишком понадеялся на предыдущие успехи, а враги специально к этому его и подводили, подставляясь малочисленными группами под удары. И в-третьих, он не позаботился о защите на равнине от оборотней — не было никаких переносных ограждений и прочего.