Восхождение мага призывателя. Том 1 (СИ) - Ангор Дмитрий - Страница 58

— Подходите по одному и выливайте свои зелья на Росянку, — скомандовала куратор.

Мы поднялись с мест и выстроились в очередь. И результаты испытаний у всех разнились — у кого-то монстры мгновенно погибали, у других поражалась лишь часть растения и загнивала, словно её залили водой. У некоторых участки Росянки засыхали, а у иных — зелье оказалось настолько слабым, что растение пережило его без последствий.

Но я-то знал главную фишку в изготовлении гербицидного зелья — во-первых, оно не должно настаиваться больше тридцати минут — многие в этом просчитались; во-вторых, подогревать его следует максимум секунд пятнадцать. Нельзя короче доводить до кипения.

И ещё я применил свой секрет — обычно в него добавляют выжимку из муравьёв-монстров, но я, экспериментируя в лаборатории, понял, что эффективнее использовать перетертую в муку голову клопа седьмого ранга. Гигантских муравьёв сложнее убивать — они четвёртого ранга, что затратнее во всех смыслах. А клопа найти проще, грохнуть легче, да и его башка даёт лучший результат.

Так что, за себя я был спокоен, как и за Ленку, ведь поделился с ней порошком из перетертой сушеной клоповьей головы. Тем временем, очередь, которая сначала двигалась быстро, теперь застопорилась. И как всегда, виновником оказался барон Тарас Шувалов — наш рыжий одногруппник.

— Мальчик мой, что это? — Изабелла Викторовна хлопнула в ладоши, уставившись на склянку с его зельем. — Ты этим собрался поливать монстра? Я даже отсюда вижу, что зелье сварено неверно — оно должно быть зелёного цвета, а у тебя жёлтого. Прости, но минус шестьдесят очков.

Эх, вот так всегда… Я стараюсь для группы очки выбивать, а такие, как Шувалов только их теряют. Впрочем, подобные есть в каждой группе — с этим ничего не поделаешь.

— Но Изабелла Викторовна, какая разница, какого оно цвета? Ведь главное, чтобы было эффективно, — не сдавался Шувалов. И в чём-то он прав — цвет не важен.

Зельеварение — наука точная. Если цвет настолько отличается, значит, что-то явно не так. Даже моё зелье, несмотря на другой компонент, сохраняло зелёный оттенок. Хотя… Хм… Может, Тарас внезапно поумнел и провёл какие-то эксперименты, модифицировав зелье по-своему? Цвет изменился, а эффект, возможно, убойный? Впрочем, верится в это слабо. Остаётся лишь наблюдать, чем всё закончится.

— Тарас, почему ты со мной споришь? — ласково спросила Викторовна. — По одному только цвету ясно, что оно выполнено не по нормам и не сработает должным образом.

— Но Изабелла Викторовна, дайте хотя бы попробовать, прежде чем очки вычитать. Я старался над ним всю пару и, честно говоря, уверен в результате, — барон стоял на своём.

Куратор, смирившись, вздохнула и дала отмашку к действиям. Обрадованный Тарас с энтузиазмом открыл флакон, но Викторовна внезапно одернула его руку.

— Знаешь, мне всё-таки кажется, это плохая идея, — она внимательно взглянула на него. — Почему у твоего зелья такой резкий запах? Оно не должно так пахнуть. Ты всё-таки довёл его до кипения?

— Ну, разве что чуть-чуть, — пожал плечами Шувалов.

— Нет, тогда точно нет, — мотнула головой Викторовна. — Это может быть небезопасно. Садись на место. И минус очки тебе.

— Но почему? Вы даже попробовать мне не дали! Почему опасно-то? — удивленно продолжал настаивать он.

— Реакция от неправильного зелья может усилить монстра или разъярить его, — пояснила Изабелла и снова попросила сесть на место.

Но наш местный тупица, оказался тем ещё упрямым бараном. Нырнув под рукой преподавательницы, он вылил весь флакон в горшок. А дальше… Дальше был трындец для Тараса и веселье для всех остальных.

— Акх-хх-хссс!!! — монстр пронзительно заверещал, пробив корнями горшок насквозь.

Всё произошло в считанные секунды. Монстр стремительно подскочил на своих корешках, словно на ногах, и набросился на Шувалова, прилипнув у него между ног. Тарас сразу запаниковал и заорал на всю аудиторию.

— Ой! Он мне х*й откусил! Помогите! Помогите!

— Тарас! — ахнула Викторовна, приложив руку ко рту, а вся аудитория погрузилась в громкий хохот. — Как тебе не стыдно так выражаться при мне? Прекрати немедленно паниковать, она же маленькая! — притопнула каблучком куратор. — Росянка априори не могла ничего тебе откусить.

— Так у него, может, и хер маленький, — донеслось откуда-то с конца очереди. — Вот он и боится, что такая крошечная тварь его весь откусила, ха-ха!

Боже, с кем мне приходится учиться? Я смотрел на всё это с каменным лицом, пока Лена тоже давилась от смеха, согнувшись по полам. И чего им всем так весело? Сейчас нам всем к чертям, очки повысчитывают.

— Ну знаете ли, это уже слишком! — произнесла Викторовна своим неизменно мягким голосом, глянув в конец очереди, но погрозив пальцем. — За такое поведение и шутки, Чумаков, я вычитаю сто очков! — и самое стрёмное, что если она вычитает у него, то это отразится на общей сумме в табеле группы.

— Мой член! У меня больше нет члена! А-а-аа! Отцепите эту дрянь от меня! — Шувалов же уже почти рыдал, катаясь с монстром по полу, не в силах оторвать его от себя.

— Тарас, — куратор переключила внимание на него. — Тебе уже минус сто пятьдесят очков. Знаешь почему? Ты не ведаешь об элементарных вещах — у Росянки Парадокса нет зубов, ей попросту нечем кусать. Её стебли оканчиваются пастью в форме пластин, покрытых липкой росой, действующей, как клей. Такие монстры ловят жертв на эту липкую субстанцию и лишь потом постепенно переваривают.

— Да? — Тарас мгновенно успокоился и перестал хныкать. — А за что тогда, минус сто пятьдесят очков? Незнание монстров никак не относится к зельеварению, — шмыгнул он носом.

— Ошибаешься, — куратор поправила свои очки на носу. — Я имею полное право снять очки за отсутствие знаний о монстрах. Или ты забыл, в какой Академии учишься? Здесь любой преподаватель по любому предмету может спросить о характеристиках монстров, и если не ответите — потеряете больше сотни очков, — усмехнувшись, Викторовна добавила, — А теперь лежи спокойно и не дёргайся. Я полью монстра разжижающим отваром из листьев берегового лопуха с примесью крови гарпий.

Куратор поцокала на высоченных каблуках к полкам со склянками и банками. А я наблюдал, как у студентов впереди все еще подрагивали плечи от еле сдерживаемого смеха — все тихонько хихикали, прикрывая рты руками. И куда только наша староста смотрит? Ей бы заранее всех утихомирить, чтобы лишние очки не списали. Всё-таки, это входит в её обязанности.

Но увы, наша староста, хоть и ботаничка-гений, но тихая мышка и почти ни с кем не общается. Вечно ходит молча, скрывая лицо за длинными тёмными волосами, а когда напялит наушники с музыкой — вообще никого вокруг не замечает.

Впрочем, чего жаловаться? Мы сами её старостой выбрали. Честно говоря, никому не хочется быть старостой — слишком ответственно и скучно, постоянно нужно заполнять отчеты для деканата. Я точно этим страдать не собирался. А те, кто хотел выступать в этой роли, явно не знали, куда девать своё время. Вот и приходится теперь пожинать плоды того голосования за такую старосту.

Ну ладно, чёрт с ним — мы с Ленкой точно для группы набьём больше очков. Что касается Тараса, то ему все штаны залили отваром, и выглядело это так, словно он обоссался. Над этим-то и захотел пошутить стоявший впереди виконт Худяков, но я мгновенно положил руку ему на плечо и строго сказал.

— Даже не думай, шутник! Еще нам сверху не хватало сотни очков лишиться за поведение.

— Ладно-ладно, помалкиваю, — хмыкнул тот, но Шувалова в мокрых штанах, всё же на телефон заснял.

— Иди переодеваться, Тарас, — вздохнула Изабелла Викторовна, помогая барону подняться.

А он надулся как мышь на крупу и вылетел из аудитории, не сказав ни слова. В этом весь Тарас — сначала сам косячит, а потом дуется, будто все вокруг виноваты. А ведь куратор его по-хорошему предупреждала, что этого делать не стоит.

Дальше же очередь вновь быстро продвигалась и, наконец, дошла до меня. И я заранее предупредил Викторовну, чтобы отошла подальше, дабы не испачкаться.