Восхождение мага призывателя. Том 1 (СИ) - Ангор Дмитрий - Страница 44

— То и значит! Я верю в тебя, пока ты сама в себя веришь. Так уж всё устроено… Когда человек хранит в глубине души, хотя бы кроху надежды и веры, всегда найдётся кто-то, кто тоже в него поверит, — увы, я часто встречал людей, потерявших всю веру в себя, и окружающие быстро переставали лелеять надежды на их успехи.

— Вообще-то, мне казалось, это работает наоборот, — Лена скрестила руки на груди и закинула ногу на ногу. — Твои слова звучат даже обидно. По-твоему, если я перестану в себя верить, то и ты помогать не станешь.

— А как я помогу тому, кто решил больше не бороться? Сила должна идти изнутри, а потом уже подпитываться окружающими. Это, как дрова в печи — если пламя не разгорится, какой смысл подбрасывать дрова? Они так и будут лежать мёртвым грузом, — я пожал плечами. — Но если, есть хоть крошечный огонёк, пусть даже слабый, то с ним можно работать и раздуть настоящее пламя.

— Кхм, — Лисичка задумалась, постукивая пальцем по подбородку. — Пожалуй, в твоих словах есть логика. Тогда решено! Этим летом я обязательно научусь ставить ментальные блоки против мощных атак, и точка!

— Вот это моя Лена, узнаю, — я подмигнул ей. — Так бы сразу!

Сидели мы, в общем, болтали, а Харитонович, тем временем, вызывал студентов одного за другим. И я уже думал, что до конца занятия, очередь до меня не дойдёт и собрался вызваться сам, но препод опередил.

— Ладно, скоро конец занятия, — Харитонович протер очки платочком. — Давайте ещё одного и закругляемся. Царёв, выходи в центр! — он поманил меня рукой.

— Иду, — я поднялся с места.

Когда я остановился посреди аудитории, препод спросил, готов ли я, как и всех остальных до меня. Я кивнул, и началось… Он не дал мне ни секунды на размышления — сразу атаковал. Но я не дурак, выставил основной ментальный щит ещё когда кивал. Его энергия бурным потоком врезалась в защиту, и мы оба ощутили боль. Почему оба? Вот так вот, борьба разумов всегда работает.

Когда реципиент — то есть я, и легилимент — тот, кто пытается прорваться в сознание, сталкиваются, каждый получает свою долю боли. Но Харитонович, конечно, настоящий знаток своего дела. Он без промедления, атаковал одну мою область сознания за другой, и мне приходилось лихорадочно выстраивать щит за щитом. Препод был быстр… Чертовски быстр — сказывался его опыт.

В итоге, ему удалось прорваться в мой разум. Щит я выставил, но не успел укрепить его, и он пробил его без труда. Вот сейчас начинается самое сложное… Что делать, если в твоём сознании уже кто-то есть? Правильно! Главное — не растеряться и действовать четко по инструкции, как нас этому учили.

Я намеренно погрузил себя в транс, чтобы очистить сознание. В таком состоянии, я не чувствовал эмоций, не имел воспоминаний, вообще ни о чём не думал. Харитоновичу, просто не за что было зацепиться, чтобы манипулировать мной.

И на нашей стадии обучения, этого было бы достаточно. Но я рискнул выйти из транса — хотелось, все же, контролировать свои действия, а не стоять истуканом. А это опасный шаг, между прочим, — можно сразу попасться в ментальный захват.

Однако на любой удар найдётся и свой щит. Возвращаю себе обратно мысли, и тут же заманиваю в ловушку часть энергии Харитоновича — окружаю её щитами со всех сторон, создавая нечто вроде тюрьмы. И параллельно видоизменяю представления о своих дальнейших действиях. Проще говоря, бросаю ему приманку-обманку, как на рыбалке. Этому трюку я упорно учился последние полгода, и, на секундочку, это у меня уже близко к профессионализму.

Некоторые Одарённые, кстати, умеют даже изменять свои воспоминания. Из таких, никаким макаром не выбить информацию, даже на высшем суде, но это мне не по зубам. И на этом-то я и попался… Харитонович быстро считал данные о моих прежних тренировках и понял, что я могу заготовить для него подвох. Моя главная осечка была в том, что я не закрыл эти знания щитами. Уж слишком увлёкся устройством ловушек.

Препод, само собой, не повёлся больше на ловушки и, вместо атаки прямо в лоб, пробил старые щиты. Потом, взял и высвободил другую часть своей энергии, и разбомбил меня в пух и прах. Мне было за ним уже не угнаться, так что, буквально через пару минут, я отжимался от пола по его воле. Можно было, конечно, продолжать бороться, чтобы изгнать его из своего разума, но энергии затрачено было, и без того немало.

— Всё, довольно! — Харитонович хлопнул в ладоши и оставил мой разум в покое.

— Всё-таки, вы меня сделали, Эдуард Харитонович, — я одобрительно кивнул. — Это был познавательный бой разумов.

— Царёв, то, что ты сейчас выкинул, заслуживает сразу двухсот очков. Я обычно, столько никогда не ставлю, максимум сто пятьдесят. Но ты меня поразил, — он с уважением похлопал меня по плечу. — На втором курсе, уметь такое вытворять! У меня слов нет, только гордость за таких студентов!

— Но я сглупил.

— Зато сейчас, ты научишься на своих ошибках и, возможно, не умрёшь в будущем, когда столкнёшься с серьёзным противником, — подметил Харитонович. — И если, так и дальше будешь стараться, то, возможно, даже к концу третьего курса, сделаешь меня.

— Я так не думаю, — помотал я головой.

— Чего это? — он искренне удивился. — Ты ведь один из лучших студентов. И только что, наглядно показал, чего стоишь.

— Я думаю, что я сделаю вас раньше… Где-то в первой четверти третьего курса, — улыбнувшись, я пошёл садиться на своё место.

А Харитонович разразился довольным хохотом.

— Буду с нетерпением ждать, — крикнул он вслед.

— Подождите, вы за него одного, только двести очков дали? — это вдруг некоторые «умники» возмутились. — Это, разве нормально вообще?

— Вот-вот! Можно подумать, Царёв у всех любимчик, или вовсе Академии денег приплачивает за то, чтобы ему очки накинули! — выкрикнул следующий аристо.

— Он, в отличие от некоторых, чтоб вы знали, серьёзно и с упорством подходит к учёбе! И мыслить нестандартно умеет во время атак, — Харитонович рявкнул на них в ответ. — Вы бы, на его месте, столько не продержались, так что, он заслуженно принёс своей группе очки.

— Царев, а попросись к нам перевестись! Нахрен тебе с лохами из твоей группы тусоваться? У нас будет веселее и девчонки покрасивее, — выпрямился во весь рост граф Щукин. — Я тебе за это лично заплачу!

Я же, молча посмотрел на этих завистливых шакалов и выпустил ауру.

— Оу-оу, полегче, не кипятись, Костян, — Щукин замахал руками. — Я просто пошутил, — он обернулся к остальным. — И вы заткнитесь тоже. Видели, какие от него энергетические потоки, во время схватки с преподом исходили. Ни у кого из нас таких не было.

После этого, больше никто уже не возникал, так что пусть остаются при зубах. И я спокойно взял рюкзак и пошёл с Леной выпить кофе перед следующей парой.

— Ты, как всегда, звезда — все рекорды побил, — Лена толкнула меня локтем.

— Не все.

— Но тебя, я смотрю, даже чёрт не остановит? Эдуарду Харитоновичу, ты вон, как смело ответил, — улыбнулась она.

— Я лишь сказал ему правду. Так что, не только ты, летом будешь тренироваться, но и я. Тормозить нельзя, хотя отдыхать тоже нужно, но недолго. Завтра вот, как раз и отдохнём, — напомнил ей. — У Нурбека вечером бой в клетке, надо после пар успеть приехать.

— Хорошо, а ставки делать будем?

— Лена!

— Что, Лена?

— Какие ставки? Деньги надо зарабатывать руками и головой! — закатил я глаза.

— Так, чтобы поставить ставку, как раз нужно головой подумать, — хихикнула хитрая. — К тому же, мы на Нурбека поставим. Или ты в него не веришь?

— Я верю лишь в то, что мой денежный успех, должен зависеть только от меня самого. Вот и всё, остановимся на этом. Пошли лучше быстрее, перерыв короткий, опоздаем.

— Ну, как знаешь, — развела она руками.

Возле автомата я взял нам по капучино, мы выпили и снова учёба-учёба… Так, собственно, пролетел этот и следующий дни. И вечером я поторопил девушек собираться на бой.

— Дашу тоже надо позвать, — одеваясь за ширмой, проговорила Лола. Лиса же, уже была в элегантном брючном костюме с минимумом макияжа, но вся в украшениях. — Мы с ней на одном курсе, и, как я поняла, друзей у неё здесь нет, как и у меня. Сидит в четырёх стенах целыми днями.