Император Пограничья 5 (СИ) - Астахов Евгений Евгеньевич - Страница 57

— Охотно, — я был приятно удивлён её интересом. — В борьбе с Бездушными важно использовать все доступные средства, поэтому мы действовали следующим образом…

За обедом разговор продолжился в том же духе. Виктория задавала вопросы о тактике, организации обороны Угрюмихи, подготовке к предстоящему Гону. Граф иногда вставлял свои комментарии, ненавязчиво подчёркивая таланты дочери.

— Виктория закончила Смоленскую академию с отличием, — сообщил он между делом. — В выпускном испытании показала лучшие результаты за последние пять лет. Особенно в боевой магии.

— Папа… — девушка закатила глаза.

— Что? Я горжусь тобой, — Горчаков повернулся ко мне. — Знаете, Прохор Игнатьевич, в наше время редко встретишь настолько серьёзную молодую барышню. Никаких глупостей, никаких легкомысленных увлечений. Даже мне иногда кажется, что она слишком сурова к себе.

— Я просто знаю, чего хочу, — спокойно ответила Виктория. — Боярин Платонов понимает это, не так ли?

— Безусловно, — кивнул я, с трудом сдерживая улыбку.

Было очевидно, что отец надеется на перспективное знакомство, а дочь интересуется исключительно моим опытом и не собирается флиртовать.

Мы проговорили ещё около часа. Виктория оказалась умным и приятным собеседником, с острым аналитическим умом. Она собиралась поступать на службу к Стрельцам — редкий выбор для аристократки её положения, и проговорилась, что мечтает основать свою собственную ратную компанию

— Был рад познакомиться с вами, Виктория Константиновна, — сказал я на прощание. — Если когда-нибудь решите посетить Угрюмиху, буду счастлив показать вам нашу систему обороны.

— С удовольствием воспользуюсь вашим предложением, — твёрдо кивнула она, и я поверил, что это не дань вежливоасти, и она действительно планирует ответный визит.

Вернувшись в представительство, я получил звонок от Коршунова с просьбой встретиться в той же конспиративной квартире, что и раньше. По его тону я понял, что дело срочное.

— Начнём с мелочей, — без предисловий начал Родион, как только я вошёл в комнату. — Результаты проверки Левинсона, как вы и просили. Чист, как слеза младенца. Сорок два года в торговле, безупречная репутация. Среди купцов его уважают. Бывший собственник лавки поставил на его место собственного сыночка, и сейчас дела у них идут не очень.

— Отлично, — я пролистал документы. — Значит, нанимаем его управляющим. А теперь о важном.

— Да, — серьёзно кивнул разведчик, — удалось установить слежку за Елецким. За последние сутки он встретился с несколькими видными магами Сергиева Посада. Один из них — известный в прошлом бретёр, прославившийся серией магических дуэлей в молодости.

— Позвольте угадать, — хмыкнул я. — Лев Осокин?

Коршунов удивлённо вскинул брови:

— Нет, Леонтий Осокин, глава рода. Хотя… — он склонил голову набок. — Откуда такая догадка? А, правильно, — что-то вспомнив, протянул он, — вы же имели «счастье» скрестить клинки с Львом Осокиным на вечере у Бутурлиных, а потом и в ночном клубе.

Немудрено, что мой собеседник наводил обо мне справки, когда заступил на должность.

— Верно.

Я усмехнулся и добавил:

— Похоже, у Осокиных не слишком богатая фантазия в выборе имён.

— Верно подмечено. Оба имени означают «лев». Что важнее, — продолжил Коршунов, — у Леонтия есть все причины недолюбливать вас, боярин. Вы дважды унизили его сына. Репутация Льва в высшем обществе теперь изрядно подмочена, над ним открыто смеются.

Я задумчиво потёр подбородок:

— И теперь Елецкий встречается с Осокиным-старшим… Интересно.

— Именно, — кивнул разведчик. — Полагаю, они готовят какую-то провокацию на предстоящем балу. Возможно, попытаются втянуть вас в конфликт, который закончится дуэлью. На этот раз с более опытным бойцом.

— Классический сценарий, — я покачал головой.

— Не буду отговаривать вас от посещения бала, — Коршунов подался вперёд, — но будьте крайне осторожны. Не поддавайтесь на провокации, держитесь в стороне от Осокиных. Если они что-то затевают…

— Знаете, Родион Трофимович, — я улыбнулся, обнажая зубы в хищном оскале, — есть одно преимущество в знании о готовящейся ловушке.

— Какое же? — нахмурился бывший разведчик.

— Можно подготовить свою собственную, — ответил я, думая о предстоящем бале с неожиданным предвкушением.

Пять дней пролетели незаметно в подготовке к балу. Я был словно фехтовальщик, предвкушающий поединок.

Закат уже окрашивал небо в багровые тона, когда наш «Муромец» подъехал ко дворцу князя Оболенского. Полина сидела рядом, облачённая в изумрудное платье, подчёркивающее её стройную фигуру. На обнажённых плечах гидромантки поблёскивало ожерелье с аквамаринами, идеально сочетавшееся с оттенком её глаз.

— Нервничаешь? — спросила она, когда мы вышли из автомобиля, выискивая во мне хоть какие-то следы волнения и не находя их.

Девушку я заранее предупредил о возможных провокациях.

Если в глазах остальных она выглядела просто красивой спутницей, говоря светским языком «Платонов+1», то для меня была полноценным членом команды.

— Не более чем перед битвой, — я улыбнулся и предложил ей руку. — Ты выглядишь потрясающе.

Щёки девушки покрылись лёгким румянцем, и она опустила глаза.

— Спасибо. Я старалась соответствовать… обстановке.

Княжеский дворец сиял тысячами огней — хрустальные люстры, высокие канделябры, лампы в витражных абажурах. Мраморные колонны, подпиравшие высокие своды главного зала, были увиты живыми цветами. Вдоль стен располагались столы с угощениями: изысканные закуски на серебряных подносах, пирамиды из фруктов, фонтаны с шампанским и пуншем.

Пока мажордом объявлял наши имена, я окинул взглядом гостей. Бальный зал был заполнен цветом местной аристократии — дамы в роскошных нарядах, кавалеры в строгих костюмах с наградными лентами. Некоторые знакомые лица с вечера у Бутурлиных, но немало и новых.

Мы не успели сделать и десяти шагов, как к нам подлетела полноватая дама средних лет в кремовом платье с обилием кружев.

— Боярин Платонов! Какая радость! — она схватила меня за руку с такой силой, что едва не опрокинула бокал с шампанским, который я только что успел взять у проходящего мимо лакея. — Помните ли вы меня? Боярыня Светлова! Мы мельком виделись на вечере у графа Бутурлина.

— Разумеется, помню, — соврал я, пытаясь высвободить руку.

— Моя племянница Наталья так и не дождалась вас на нашем скромном музыкальном вечере! — дама понизила голос до интимного шёпота. — Но ничего, у нас будет ещё много возможностей… если вы понимаете, о чём я.

Полина, стоявшая рядом, внезапно сделала шаг вперёд, закрывая меня плечом.

— Боярыня Светлова, не так ли? Полина Белозёрова, — её голос звучал мягко, но в глазах промелькнула сталь. — Я слышала, ваша племянница восхитительно играет на фортепиано. Быть может вам стоит заняться устройством её личной жизни?

Боярыня смутилась, словно только сейчас заметила мою спутницу.

— Ах, графиня Белозёрова! Я… не знала, что боярин Платонов сопровождает вас сегодня.

— Напротив, — Полина улыбнулась, сверкнув глазами, — это я сопровождаю его.

Смысл этой тонкой игры слов не ускользнул от Светловой, и она поспешно ретировалась, пролепетав какие-то извинения. Едва мы отошли, гидромантка наклонилась ко мне и прошептала:

— Она просто невыносима. Представляешь, прислала тебе приглашение на «интимный ужин при свечах»!

Я рассмеялся:

— Так вот кто этот «свечной заводик и два парохода»!

Её лицо озарилось пониманием, а затем она рассмеялась вместе со мной, прикрывая рот ладонью.

— Ты читал эти письма!

— Ещё бы, — подмигнул я ей.

Наш путь к буфету превратился в настоящий «парад невест». Казалось, каждая незамужняя дама Сергиева Посада считала своим долгом перехватить меня, представиться или напомнить о прошлой встрече и обязательно упомянуть какую-нибудь деталь, говорящую о её состоятельности или связях. Одна хвасталась дядюшкой в княжеском совете, другая — доходным имением с конезаводом, третья — окончанием Смоленской академии с отличием.