Книжник (СИ) - "Котэ-Детектив" - Страница 8

Пока я размышлял о том, стоит ли мне снова собрать больше двухсот книг серии, если они здесь есть, а если нет, стоит ли самому заняться распространением одной из любимых саг, Северус Снейп осторожно осматривал место своего расположения сквозь неплотно прикрытые глаза. Настороженное внимание мужчины не ускользнуло от моего взгляда:

— Хватит прикидываться спящим! — может, я был несколько грубоват? Но из-за этого пьяницы я не посмотрю каноничную историю такой, какой она задумывалась!

— Где я и кто вы? — сухо прохрипел зельевар и неторопливо принял вертикальное положение.

Пристально вглядываясь в узкое бледное лицо нового вампира, я молчал. В голове не было ни одной идеи, как сообщить Снейпу «радостную» новость. У меня отлично получилось отвлечь себя от придумывания диалога и накручивания себя сверх меры чтением старого доброго Холмса. Так что я понятия не имел, что сказать этому мужчине, чтобы он не пытался заавадить меня на месте. Думаю, вряд ли у него выйдет, но зачем рисковать. Между тем Снейп хмурился в ожидании ответа. Он уже осмотрел помещение, и увиденное ему явно не очень понравилось.

— Что последнее помнит мистер пьяница из вчерашнего вечера? — саркастично спросил я, принимая решение потянуть время.

Мужчина нахмурился еще сильнее и отвёл взгляд, явно припоминая вчерашний вечер. Судя по сжатым в тонкую линию губам, вспоминалось плохо, а то, что вспоминалось хорошо, его совсем не радовало. Оставив Снейпа копаться в себе, я собрал ловушку душ и генератор и отнес на склад, закрыв Снейпа на полигоне и дав магу немного времени для того, чтобы собраться с мыслями. Догадываюсь, что после пьянки, наполненной сожалениями о своей паршивой жизни, жалостью к самому себе и раскаянием за несделанное, очнуться в незнакомом месте было, мягко говоря, неприятно. Осознание собственного падения на дно явно больно ударит по самолюбию Снейпа, заставив беднягу еще сильнее залезть в свой панцирь.

Судя по воспоминаниям, Снейп был не только гениальным зельеваром и магом, придумавшим уйму заклинаний помимо знаменитой Сектусемпры, но и имел некоторые черты вечной жертвы. Не то чтобы он никогда не пытался дать сдачи обидчикам — напротив, огрызался он всю свою жизнь, внутренний гриффиндорец в нем был весьма отважен и силен. Вот только и жалел он себя сильнее многих. Впрочем, маг давно уже не показывал никому свои слабые стороны, заставив слушаться себя даже заносчивых слизеринцев. Он позволял себе слабость напиться до беспамятства только раз в год, в день смерти той, которую, как ему казалось, он любил.

Не знаю почему, но мне виделось, что внутренне он уже смирился с этой утратой и заставляет себя скорбеть из принципа. Потому что чувство вины терзало его как бы не сильнее всех прочих. В общем, Северус Снейп был хлопотным персонажем, и мне совершенно точно не хотелось возиться с его тараканами. По правде говоря, голова подкидывала подлую мыслишку вручить Снейпу заколдованный на защиту от солнца парасоль, сказать, чтоб приходил, как проголодается, и выставить его из дома к чертовой бабушке. И с каждым шагом, приближающим меня к двери на полигон, эта мысль казалась мне все более заманчивой.

В комнате меня ожидал напряжённый Снейп. Его черные глубокие глаза весьма цепко следили за каждым моим шагом, и только выработанная с возрастом сдержанность не позволяла мне расплыться в счастливой фанатской улыбке. Страшненький он, но это же живой, ну, в смысле, настоящий Северус Снейп! Парень, про которого Сириус Блек потом скажет, что тот на первом курсе знал больше заклинаний, чем иной семикурсник! Гроза Мессии Волшебного Мира! Носитель самой знаменитой в мире «развевающейся» мантии.

— Я могу покинуть это место, сэр? — вежливо уточнил Снейп, напряженно сжимая палочку в руке. Я не сомневался, что, ответь я отрицательно, он не постесняется выбраться из дома своими силами.

— А узнать, что с вами приключилось, вы не хотите? — я не выдержал и слегка ухмыльнулся.

— Сначала я хотел бы услышать ответ на свой вопрос, сэр. Я могу отсюда уйти? — настойчиво попросил он. О! Сразу видно — привык общаться с хитровыделанными людьми, отвечающими вопросом на вопрос.

— Конечно, мистер Снейп, вы вольны покинуть это место и мой дом в любое удобное время, — улыбка предательски лезла на лицо, но я держался. — Я перенес вас сюда, так как беспокоился о вашей реакции на некоторое случившееся с вами… Кхм. Назовем это несчастным случаем.

Снейп прищурился и бегло осмотрел себя. Видимо, еще не осознал, что не дышит и не ощущает многих вещей. А никаких критичных изменений в его внешности не произошло. Вампиры, увы и ах, не становятся привлекательнее после своего обращения: если был кривой или горбатый, так таким и останешься.

— Я бы посоветовал вам попробовать вдохнуть для начала, — зельевар нахмурился еще сильнее, хотя, казалось бы, его брови и так уже стали одним целым. Его глаза изумленно расширились, и, резко вскинув голову, от вкрадчиво спросил:

— Вы превратили меня в вампира? — медленно, будто цедя слова, спросил он.

Хах! Нельзя забывать, что этот мужчина умнее меня, я как-то привык, что, в основном, маги бывают более бестолковыми. А он изучал защиту от темных искусств и сами искусства вместе с возможностями темных тварей, когда это было мейнстримом. Однозначно, надо выгнать его из дома, а то я того и гляди начну хвастать библиотекой, и он тут останется! В конце концов, может, алхимия моего мира не слишком подходит к здешней, но там хватает интересных книг про зелья без магических ингредиентов.

— Увы. Я думал, вы бродяга, валяющийся в Лютном Переулке. Но спешу вас утешить: ваша магия осталась при вас.

— Вампиры не способны к магии, — Снейп не спрашивал — он это утверждал. И хотя маг говорил очень негромко, каждое его слово четко доносилось до слуха.

— Кто вам такие глупости наговорил! — я замахал руками. — Все можно оставить при себе, если знать, как. Правда, солнце вам теперь противопоказанно, а диета на какое-то время станет жидкой, но, уверяю, и это вполне поправимо, — маг выразительно вздернул бровь. — Перед вами живой пример того, что можно отыграть назад часть необратимых изменений, которые появляются при вампиризации, — Снейп все еще недоверчиво смотрел на меня. — Вот, пощупайте мой пульс, если не верите! — я протянул ему запястье.

Не то чтобы я доверял этому магу, но так как он мой вампир, ни черта он мне ближайшие сто лет сделать не сможет. Тихо, едва слышно фыркнув, маг все же прикоснулся к моему запястью. Руки у него были ледяные, как, впрочем, и у всех вампиров. Насколько я знаю, пульс у меня медленный, но ощутимый, так что почувствовать его не составит труда. У вампиров кровь довольно густая, и она движется по телу только благодаря жизненной силе, добытой из выпитой крови. Если вампир голодает, то он теряет возможность двигаться, однако даже пара капель, пролитых на такого вампира, способна заставить его напасть и поесть.

Лично я предпочитал донорскую кровь: добыть не сложно, хлопот, связанных с охотой и сокрытием жертвы, нету, можно преобразовать магию в жизненную силу и зарядить ее хорошенько. Получается даже лучше, чем из живого человека. Кровь животных я не любил. Домашние звери были слишком терпкими, а диких мне было жалко. Люди их и так убивают сверх всякой разумной меры. Если еще и вампиры начнут жрать всяких медведей, то их вообще не останется!