Цикл "Идеальный мир для Лекаря". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 804

На самом деле, я раньше знал немало оборотней. Они бывают самыми разными. Например, некоторых когда-то создали химерологи. Зачастую эти магические твари обладают совсем слабым разумом, и с людьми не имеют практически ничего общего. С такими можно общаться, но лишь с позиции силы. Бывают просто мутанты или обращенные, те, кто стали оборотнями не от рождения, но и без использования целенаправленной магии.

Но эти ребята совсем другие. Они рассказали свою историю, и мне даже стало их немного жаль.

— А чего вы не выбрались, если так переживаете о своей общине? — задал я резонный вопрос, когда они поведали мне свою печальную историю, как они здесь оказались.

— Из греха? Выбраться? — усмехнулся кто-то из них.

— Михаил, ты настолько силен, насколько и странен, — прокряхтел старейшина. — Истинно говорят в племени, настоящая сила бывает лишь у безумцев.

— Да в чем проблема, не понимаю? — возмутился я.

— Ты думаешь, мы не пытались? — как-то уныло проговорил Тош. — Как будто ты сам можешь выбраться отсюда в любой момент.

— Эмм… — поднял я палец, но в последний момент решил не отвечать на этот вопрос.

— Вообще-то, он одолел нас, и сейчас спокойно использует магию, где использовать её невозможно, — метко подметил старейшина, за что я захотел почесать его за ухом. Даже несмотря на то, что сейчас он в облике человека.

— Видите? Мудрость! Она приходит с годами! — похвалил его, а они посмотрели на меня как-то странно. Видимо, надо было рассказать им о своем возрасте, а то звучит как-то странно. Все в этой комнате выглядят значительно старше меня. — Впрочем, ладно. Если я скажу вам, что вы прямо сейчас можете покинуть «Престол Грешника» и отправиться домой? Что вы скажете на это?

— Я скажу, что это бред, а ты безумец! — ответил молодой оборотень.

— А я бы сказал, что мы будем тебе благодарны, и не забудем о твоей помощи до конца наших жизней, — старейшина ответил куда более сдержанно.

— Вы же понимаете, что вашего племени уже может не быть? — прищурился я.

— Нет, они должны были спастись! — воскликнул Тош. — Своей жертвой мы дали им достаточно времени! — он даже зарычал от переполняющих его эмоций.

— Это же бред, Альфа… кхм… то есть, Тош. У него ничего не получится! — молодой оборотень подскочил на ноги.

— Ну да, конечно… — протянул я. — А знаешь? Ты же тут самый смелый, и видишь во всем плохое? Садись, превращайся! С тебя и начнем.

— Если бы я мог превратиться, я бы давно откусил твою глупую голову! — оскалился он, за что сразу же получил от меня звучную затрещину.

— Превращайся давай, балабол!

Он сразу начал терять контроль, у него начали удлиняться руки, появились острые когти. Тело покрылось шерстью, и стало увеличиваться, отчего ошейник сдавил ему шею и впился в нее шипами. Но это не проблема, ведь я контролировал процесс, и постоянно исцелял его раны до тех пор, пока сдерживающий ошейник не лопнул.

— Отлично! — хлопнул я в ладоши. — А теперь… — в этот момент огромный черный волк рыкнул и рванул ко мне, за что снова получил звучную затрещину и рухнул на пол. — Не балуй мне тут! — пожурил пальцем. — А теперь посмотри, сколько я показываю пальцев, и отвечай.

— Гр-р-р… — прорычал он и, поднявшись на лапы, снова рванул в атаку. Но опять получил подзатыльник и отправился в полет.

— Повторю свой вопрос! Сколько пальцев? Ты в сознании? — Нет, опять напал. И опять получил неприятный подзатыльник. Таким нормальному человеку легко можно проломить череп. — Ты же понимаешь, что я могу продолжать хоть всю ночь?

Эдвард понял это далеко не сразу. Следующие минут двадцать стая с удивлением наблюдала за тем, как их товарищ летает по камере. А удивило их то, что такие затрещины раздает маг. Просто в их прошлой жизни маги сражались с оборотнями исключительно магией, и не могли потягаться с ними в физической силе. Но это не страшно, увидеть что-то новое в жизни всегда приятно и познавательно.

— Три! Три пальца! — прорычал огромный пес, когда я замахнулся в очередной раз. Но я что, зря, что ли, замахивался? Так что ударил его еще разок. — За что? — взвыл он.

— Для профилактики! — усмехнулся я. — А теперь будь хорошим песиком и лежи, а я начну работать, — присел рядом с ним и сформировал несколько заклинаний. — Если хоть одна блоха перепрыгнет с тебя, и атакует меня, я тебе голову оторву! Понял? — намекнул ему на последствия неповиновения.

Оборотни, и правда, бывают самыми разными, и я встречал многих из них. Таких, как этих, например, называют истинными. Очень и очень редкие существа, их не заразили, не создали. Они такими появились сразу. Такие оборотни действительно уникальны, и они даже сами не подозревают, насколько.

— Вы спрашивали у меня, как вам выбраться? — продолжил колдовать над Эдвардом и заметил, как все следят за нами, затаив дыхание. — А я отвечу. Ваша особенность в том, что вы можете превращаться в животных. И вервольф — это не только запредельная регенерация и чудовищная мощь. Дело в том, что весь ваш организм уникален, в том числе и кости. Потому на вас и охотятся!

Не стал говорить, что во многих мирах подобных им, или истребляют, или просто разводят, словно скот. В моем мире тоже было подобное, но не буду показывать пальцем, кто смог побороть это явление.

— Ваши кости обладают магической гибкостью и возможностью трансформироваться, — в этот момент в Эдварде что-то хрустнуло, и он тихонько взвыл. Но не дернулся, помня, что я ему обещал за неповиновение. Хороший мальчик. — Так что ваши кости могут складываться, и… Ладно, сейчас покажу.

Последнее заклинание набрало необходимое количество силы, и вся цепочка пришла в действие. Над телом вервольфа сверкнуло несколько вспышек, загорелся сложный магический круг, и в него потянулись тонкие нити энергии жизни. После чего Эдвард начал меняться прямо на глазах. И под удивленные вздохи буквально за пару минут превратился в чихуа-хуа… Такая миниатюрная, но очень злющая собачонка. И она сразу кинулась на меня, вцепившись зубами в ногу.

— Щелбан хочешь, да? — посмотрел на нее и взял на руки. — А ведь забавно вышло, сам не ожидал… — задумался, и на автомате начал гладить мерзкую собачонку по голове. — Так, а теперь внимание! — поднял зверька над головой. Хотя внимание и так было к нам приковано намертво. — Я обещал вам свободу, и дам ее!

Подошел к небольшому зарешеченному окну и посмотрел на улицу. Почему я думал, что мы на втором этаже? Тут, минимум, метров тридцать. Впрочем, это неважно.

— Запомни, маленькая злобная псина, — обратился к чихуа-хуа. — В таком состоянии ты пробудешь не более двух часов, а потом испытаешь сильнейшую боль в своей жизни и вернешь себе свой нормальный облик. И когда выберешься, тебе нужно будет жрать. Очень много жрать, ведь сработают регенерационные печати. Готов?

— Тяф! Тяф! — отрицательно помотала головой собачка, но я засчитал это, как согласие.

— Такова цена свободы!

Замахнулся, прицелился, и что есть силы метнул скулящую тварюшку в окно.

— Куда? Там тридцать метров лететь! — оборотни, толкаясь и сбивая с ног друг друга, рванули к миниатюрному окошку. — Ты же его убил!

— Смотрите, — с довольной улыбкой и скрестив руки на груди, я наблюдал за их реакцией. Особенно бурно они отреагировали, когда увидели, что собачонку поймал и унес голубь. — Ну как?

— Это самая позорная смерть в истории всех вервольфов, — обреченно пролепетал Тош. — Хищный голубь… Братья, запомните! Никогда! Никогда не рассказывайте родным Эдварда о случившемся. Скажите лучше, что он разбился о камни, выпрыгнув в окно.

— Ой, да хватит! Это свой голубь! Он высадит вашего Эдика подальше отсюда! — воскликнул я. — Ладно, времени мало. Кто следующий?

Не знаю как, но все они разом сделали шаг назад. Даже те, кто стоял у стены.

— Михаил, если это — цена нашей свободы и возможность вернуться к родному племени, — пробасил Тош, выйдя вперед. — То я не готов! Давай мы тут посидим, всё нормально. Ты нам ничего не должен.