Цикл "Идеальный мир для Лекаря". Компиляция. Книги 1-30 (СИ) - Сапфир Олег - Страница 588

Почему бы мне не улыбаться? Тут много полезного, что может пригодиться в дальнейшем. А если не пригодится, будем продавать. Главное, чтобы поток техники не останавливался как можно дольше. Присмотрел для себя орудия для уничтожения стен. Такие ракетницы, которые выпускают мощный залп, и снаряды прошивают до полутора метров камня, после чего взрываются. Такие способны рушить не только здания, но и прочные бункеры. Если их не усилили маги земли, разумеется.

— А чего мы, собственно, стоим и не стреляем? — поинтересовался Черномор. — Они приближаются, если ты не заметил.

— Зачем по ним стрелять? Пусть поближе подойдут, чтобы трофеи далеко не таскать.

— А может лучше поносим? — нервно проговорил Вилли. — У тебя вон сколько людей, пусть поработают! Давайте уже стрелять?

— Виллсон, ты чего так нервничаешь? — глядя на этого мерцающего разноцветными огоньками. Даже не знаю, кажется, форму человека в нем разгадать довольно сложно. Что-то близкое по форме к шару. Так вот, глядя на этот шар, сложно не улыбнуться. По нему можно смело стрелять из гаубицы, подкладывать под него взрывчатку, и Виллсон всё равно останется целым и невредимым. Он создал несколько артефактов даже для того, чтобы создать сферу жизнеобеспечения, на случай, если его забросит взрывом в космос.

— Ладно, я всё понимаю, — Виллсон попытался глубоко вдохнуть воздух, чтобы успокоиться. Но чихнул, и вся его медитация пошла к чёрту. — Но я тут зачем? Понятно, у тебя есть какой-то план, и ты его придерживаешься. Но мое дело создавать артефакты! Понимаешь? Я могу создавать новые, перепрошивать старые для ваших материалов, много чего умею. Но здесь-то я зачем? — мерцающий шар даже подпрыгивать стал от возмущения.

— Ну, я подумал, что тебе в башне будет скучно, — пожал я плечами, а из-под артефактов на меня посмотрели два очень злых глаза.

— Нет! — завизжал Виллсон. — Мне совсем не скучно! Мне очень хорошо в моей башне! Ты ошибаешься!

— Но ведь тут веселее! — перебил его. — Тем более, смотри, сколько врагов. Тебе совсем неинтересно, смогут они победить нас или нет? Где твой азарт?

— Я не азартный! — Вилли сорвал голос, потому пришлось немного его подлечить. Очень уж весело визжит, не могу наслушаться. — Всё! Я ухожу!

— Кстати, я отчасти согласен с Виллсоном, — Черномор поправил шлем, и поудобнее взял тесак.— Не проще ли нам самим на них напасть? Они довольно близко, и скоро откроют огонь.

— Нет! — я помотал головой. — Вон, Нурик в небо смотрит. Значит, еще не время.

Прошло еще минут пять, и за это время через разлом в противоположной стене выбралось еще пять сотен человек и несколько десятков единиц техники. Они не спеша выстроились в боевые порядки, и двинули вслед за остальными, остановившись в трех сотнях метров от нас.

После чего противник дал мощнейший залп из всех орудий. Стена под ногами зашаталась так, словно вот-вот рухнет, а в воздух взметнулись клубы дыма и каменной пыли.

— Это точно наш план? — после такого удара занервничал даже Черномор.

— А что тебе не нравится? — снова удивился я. — Вон, даже Вилли пока не завизжал.

— А я воздух в легкие набирал! — послышался нечеловеческий крик. — Я могу месяц просидеть под завалами, если стена рухнет. Но что будет, если меня не достанут вовремя? Чего ты ждешь? Даже я готов пойти в атаку!

— О, ну, если даже ты, — поднял руки в примирительном жесте. — Нурик, тебе не кажется, что ты засмотрелся в небо? На нас, вообще-то, напали.

— А? Что? Уже? — оживился тот. — Ну, я пошел тогда? Вот эти напали? — указал Защитник на скопившихся внизу врагов. А я в ответ утвердительно кивнул.

Миг, и Защитник уже летит со стены, что-то радостно крича своим противникам.

— Теперь ты! — повернулся к Торену. — Хватит с нас, начинай работать.

Как раз за это время между захваченной стеной и нашей в ущелье собралось порядка тысячи человек. Они продолжают прибывать через проделанную дыру, но с большим количеством справиться будет трудно. Так что пришло время начать следующий этап.

— Ломай! — приказал магу земли, и тот, положив руки на специально заготовленные проводники энергии, активировал заложенные в старой стене заклинания.

А в следующий миг послышалось несколько приглушенных хлопков, после чего тридцатиметровая стена, толщиной в десять метров, просто рассыпалась на крупные куски, и обрушилась вниз, накрывая собой сотню противников и несколько единиц техники.

Теперь подкрепление явится нескоро. В стене возможно пробить проход, в который пролезет даже боевая техника, не говоря уже о людях. А вот в куче острых глыб это сделать непросто. Потому следующего подкрепления враг может не ждать, у него теперь есть лишь один путь, к нам.

Пока я наблюдал за подрывом стены, смотрел на то, как Защитник врывается в строй врага, и противники начинают разлетаться в разные стороны, Торен создал удобную лестницу, по которой мы спокойно спустились вниз. Я шел последним, и потому заметил, как Виллсон спешно переделал один из своих артефактов и попытался полностью слиться с местностью. Думал, что я про него забуду?

— Я знаю, что ты здесь, — посмотрел прямо на него. — Пойдем вниз, самое интересное пропустишь!

— Не хочу! Отсюда вид лучше, и кто-то же должен остаться защищать стену, — Артефактор появился недалеко от лестницы, и надо сказать, маскировка у него получилась отличная. А когда я просил маскировочные артефакты, он сказал, что нет нужных для этого материалов. Некоторое время я стоял и смотрел на него, и тогда Вилли не выдержал. — Я не боевой Артефактор! Обычный! Чувствуешь разницу? — артефакты аж зазвенели на нем от негодования.

— Ладно, так и расскажу твоему племяннику, — вздохнул я. — Что его дядя струсил.

— Вот же ты сволочь! — выкрикнул Виллсон, и побежал догонять остальных. — Я тебе это ещё припомню!

И чего это он обижается? Да, давно заметил, что Вилли хочет быть для своего племянника примером подражания. Относится к нему, как к своему сыну, старательно обучает, воспитывает. И вечно требует от меня предоставлять ему лучших учителей, лучшие условия проживания, самую вкусную еду. Очень мило наблюдать за этим, но за подобное отношение к родственнику можно лишь похвалить.

С одной стороны, может показаться, что я поступил с Вилли некрасиво, манипулировал им. Но он такой же маг, как и я! Ему иногда нужно участвовать в сражениях, чтобы развиваться. Иначе так и будет сидеть на одном уровне, и что-то действительно стоящее в своей жизни никогда не создаст. И какой это будет пример для племянника?

С каждым шагом звуки боя становились всё громче. Противник заранее увидел, что мы спускаемся вниз, и устроил нам горячий прием. Загрохотали пулеметы, иногда можно было услышать выстрелы из пушек. Всё вокруг накрыло огнем, но нас защитил созданный Вилли барьер. Мы просто собрались вокруг него, и ни одна пуля не пролетела внутрь.

Но со временем этот барьер иссяк, правда этого хватило, чтобы занять выгодные позиции. Гвардейцы открыли ответный огонь, а мы, действуя единым ударным кулаком, ворвались в строй врага.

— Сво-лочь! Сво-лочь! — злобно рычал Виллсон. Наверное потому, что мы с Черномором подхватили его и, прикрываясь им словно щитом, бежали вперед, пробиваясь сквозь многочисленных врагов.

И если Черномор остался позади, начав орудовать своим тесаком и уничтожая пехоту, то я продолжил прорываться дальше.

— От-пус-ти! — теперь уже взмолился Вилли. Несколько защитных артефактов лопнули от перенапряжения и он заметно нервничал. — Всех пор-ву!

От удивления я остановился и поставил Артефактора на ноги.

— Ну, давай! — развел руками. — Начинай!

— А я уже! — я даже вздрогнул от его звериного оскала. Вот такой Виллсон мне нравится!

В руках Артефактора появилась уже знакомая серебряная палочка, что с громким хрустом разломилась на две половинки. Всё вокруг заволокло черным дымом, но это было лишь началом. Один за другим артефакты вспыхивали и направляли в разные стороны разнообразную магию. Ветром сдуло сразу двадцать штурмовиков, что пытались пробиться сквозь черный заслон. Волна пламени обратила в прах пулеметчика, который только успел занять выгодную позицию. Земля под ногами еще тридцати бойцов обратилась в зыбучий песок, и они провалились вниз, по самую шею. После чего земля снова затвердела.