Происхождение Второй мировой войны - Тышецкий Игорь Тимофеевич - Страница 193

Но в Лигу надо было еще попасть. Хорошо известно, что Ленин, как и многие его соратники, отрицательно относился к Лиге. В свою очередь, большинство членов этой организации опасались распространения с ее трибуны коммунистической пропаганды и также не хотели видеть СССР в Женеве. Поэтому отношения СССР и Лиги Наций в 20-е годы оставляли желать много лучшего. У большевиков и Лиги были в то время принципиально разные цели. Первые хотели расшатать международную ситуацию и создать условия для коммунистических революций. Лига же, наоборот, — стремилась укрепить послевоенную стабильность, основанную на версальско-локарнской системе соглашений, и создать вдоль границ Советской России «санитарный кордон». Самым большим достижением советской дипломатии в 20-е годы стало подписание Рапалльских соглашений с Германией, но после вступления последней в Лигу Наций СССР снова оказался в международной изоляции. Полоса признаний, о которой так много говорили советские историки, ничего не меняла. Европа признала, что на месте бывшей Российской империи существует теперь другое государство, но по-прежнему не пускала СССР в большую европейскую политику. В начале 30-х годов Советская Россия продолжала оставаться европейским изгоем. СССР, правда, участвовал в работе ряда международных конференций, на которых обсуждались экономические и разоруженческие вопросы, но на позицию советских представителей там обращали мало внимания. В такой ситуации Литвинов надеялся, что многое изменится после вступления СССР в Лигу Наций. К тому времени большинство европейских государств также осознали необходимость членства Советской России в Лиге.

Стать членом Лиги Наций можно было разными путями. Самым простым и быстрым вариантом было приглашение от Ассамблеи, оформленное соответствующей резолюцией. В 1931 году такое приглашение получила Мексика, год спустя — Турция. После подобных прецедентов Советскому Союзу, великой державе, претендовавшей на постоянное место в Совете Лиги, было бы унизительно самому подавать заявку на вступление в эту организацию. СССР вполне мог ожидать приглашения от Ассамблеи. Но здесь был один нюанс. Резолюция с приглашением должна была приниматься единогласно. Любой член Лиги мог ее заблокировать. Между тем Португалия, Нидерланды и Швейцария не скрывали, что проголосуют против 57. Вопрос надо было тщательно готовить и согласовывать, чтобы избежать провала, который мог на долгие годы отвратить Советский Союз от Лиги. Оставался, конечно, традиционный, но менее престижный путь — подать заявку и ждать решения Ассамблеи. В таком случае достаточно было получить две трети голосов. Дальнейшая процедура не сулила сложностей. Став членом Лиги, СССР получал постоянное место в ее Совете. Даже Португалия, бывшая на тот момент членом Совета, обещала проголосовать за предоставление Советской России постоянного места, если СССР получит членство в Лиге. Вопрос, таким образом, упирался исключительно в соображения престижа.

Литвинов находился во время решения этого вопроса в Женеве и участвовал во всех закулисных переговорах о вступлении Советского Союза в Лигу Наций. Для него, конечно, не было никакой другой альтернативы Лиге, как об этом иногда пишут российские историки, и Литвинов никогда серьезно не опасался, что СССР может остаться за бортом этой организации 58. Вопрос заключался в том, как СССР вступит в Лигу. В конечном счете обе стороны, желая избежать конфуза и никоим образом не уронить престиж друг друга, пришли к компромиссу. Было решено, что приглашение Советскому Союзу будет исходить не от имени Ассамблеи, а от имени государств — членов этой организации. Список подписантов приглашения должен был быть максимально большим и авторитетным. После его получения Советское правительство обратилось бы к Лиге с просьбой принять СССР в эту организацию 59. Приглашение было подписано тридцатью четырьмя государствами, среди которых были все великие державы (Англия, Франция, Италия), остававшиеся членами Лиги. На основании этого приглашения Советский Союз 17 сентября 1934 года подал свою заявку, и в тот же день состоялось ее обсуждение в рамках одного из комитетов Лиги, что было необходимой частью процедуры приема. Против принятия СССР выступили представители Швейцарии, Португалии, Бельгии, Нидерландов и Аргентины. Они опасались, что СССР будет использовать женевскую трибуну для пропаганды коммунистических идей. Принятие СССР поддержали Франция, Италия, Польша, Чехословакия, Канада и Турция. На следующий день прошло голосование в Ассамблее. 39 государств проголосовали «за», 3 — «против» и 7 воздержались. СССР стал пятидесятым членом Лиги Наций. Вслед за этим состоялось голосование о предоставлении Советскому Союзу постоянного места в Совете Лиги. 40 государств поддержали такое решение и 10 воздержались 60. Литвинов и, косвенно, Сталин получили все еще авторитетную женевскую трибуну, с которой они могли теперь говорить о любых вопросах мировой политики, рассчитывая быть услышанными. Но это еще не было возвращением Советской России в большую европейскую политику. В 1930-е годы Россия продолжала оставаться «державой, в значительной степени игнорировавшейся другими странами Европы» 61.

СССР вступил в Лигу Наций на исходе «золотого периода» этой организации. Япония и Германия уже покинули Лигу, но Англия, Франция и Италия еще пытались решать вопросы сохранения в Европе версальской структуры, поддержания мира и укрепления системы коллективной безопасности с помощью этой организации. Невилл Чемберлен пока не возглавил британское правительство, а Эдуард Даладье лишь осваивался в высших эшелонах власти Третьей республики. Политика умиротворения нацистской Германии делала только первые шаги. Луи Барту был еще жив и готовился заключить с Советской Россией пакт безопасности, чтобы в дальнейшем способствовать реальному возвращению Москвы в большую европейскую политику. Артур Хендерсон сохранял сильные позиции в Женеве и во многом определял подход Великобритании к вопросам разоружения и укрепления системы коллективной безопасности. Бенито Муссолини был далек от того, чтобы стать союзником Гитлера, и смотрел на новоявленного германского фюрера как на временного выскочку. То есть СССР вступал в организацию, которая казалась способной решить хотя бы некоторые из стоявших перед ней задач. Однако уже совсем скоро Барту будет убит, Хендерсон умрет и Лига быстро потеряет свой авторитет. Смертельный удар Лиге, как это стало ясно впоследствии, нанес в конце 1933 года Гитлер, когда Германия покинула женевскую организацию, а заодно и конференцию по разоружению. Участие Третьего рейха в их структурах оказалось несовместимым с борьбой против версальской системы — главной целью, которую в тот период ставил перед собой Гитлер. Муссолини, Хор и Лаваль своими закулисными маневрами и манипуляциями, о которых говорилось в предыдущих главах, лишь окончательно добили Лигу Наций.

В последние годы на Западе появилось много сторонников разрабатываемой в основном политологами теории нарушения баланса сил в Европе в промежутке между двумя мировыми войнами 62. В самых общих чертах она выглядит следующим образом. До Первой мировой войны мир поддерживался за счет сохранения баланса сил, существовавшего между противостоявшими друг другу военно-политическими союзами. Версальский мирный договор полностью разрушил старую систему, предложив создать вместо нее систему коллективной безопасности, ядром которой должна была стать Лига Наций. Но Лига, никогда не включавшая в себя все великие державы, оказалась неспособной выполнить возлагавшуюся на нее миссию. Один из основателей концепции политического реализма Ганс Моргентау вскоре после Второй мировой войны писал: «Международная организация, основной задачей которой является поддержание порядка и мира, не обязательно должна быть всеобъемлющей и включать в себя все страны вообще. Такая организация, однако, должна быть всемирной в том смысле, что все могущественные державы, способные нарушить миропорядок, находились бы под ее юрисдикцией» 63.