Академия Дарк-Роиз. Исчезнувшая магия (СИ) - Кис Ксения - Страница 42

— Упала.

— Правда?

— Да.

Я даже не поздоровалась, просто поплелась дальше в свою комнату, желая поскорее принять душ, пусть и холодный. Но не успела закрыть дверь, как в нее постучались, и дверь, не дожидаясь моего ответа, самовольно распахнулась. Естественно, так она помогла себя повести только перед ректором, который и обнаружился с той стороны.

Глава 19

— Я осмотрю твою ногу, — скорее не спрашивает, а утверждает ректор и без приглашения проходит, внимательно меня разглядывая. — Мда… Ладно, садись.

Я послушно сажусь на кровать, так как стоять очень больно. Ректор присаживается рядом и аккуратно берет мою лодыжку в свои руки. Сначала медленно проводит под фалангами пальцев, а потом резко надавливает, и я вскрикиваю от боли.

— Что тут происходит? — раздается голос Фабиана, который появился в дверях со скрещенными руками и с ненавидящим все живое взглядом.

— Попытка безмагического лечения, — безэмоционально отвечает Ганондорф.

— И многим студенткам ты ноги самостоятельно массируешь? — не унимается мой напарник, а я краснею, только сейчас осознавая, что передо мной на коленях стоит сам Ганондорф Таркенсон и держит в своих руках мои грязные ноги, которыми я только что шла босиком по мокрой улице… Господи, какой позор…

— Нет, до отключения магии вообще подобным не занимался, — снова безэмоционально отвечает ректор. — Хорошо, что ты пришел, подойди.

Фабиан смотрит на нас все еще зло, но молча выполняет приказ брата и приближается.

— Встань рядом с Энрикой и положила руки ей на плечи.

— Зачем? — испуганно спрашиваю я.

— Что б не дергалась!

Произнеся последнюю фразу, Ганондорф поднимает взгляд на брата, и, видимо, получив какой-то знак понимая ситуации, резко дергает ногу и сжимает ее.

Я громко вскрикиваю и инстинктивно пытаюсь вырваться, но Фабиан не позволяет мне этого сделать.

— Все хорошо, сейчас боль станет меньше, — тем временем говорит ректор и поднимается на ноги. — Я бы мог отправить тебя к лекарю, но какой смысл? Просто попрошу передать тебе мазь, чего-то большего он все равно без магии не сделает…

— Ой, так у нас же еще и медицина в мире встала… — только сейчас с ужасом осознаю я.

— Еще и медицина, — вздыхает ректор. — А теперь рассказывай, что случилось?

— Не подумала, что дороги размоет дождем, пошла на каблуках, поскользнулась и упала.

— И куда же ты в таком виде пошла? — а это уже Фабиан.

— В один из клубов по интересам.

— И как? Интересно? — не перестает ехидничать он.

— Не очень. Я там немного не вписалась в компанию… — задумавшись, ответила я. — Что, впрочем, не удивительно.

— Ладно, нам пора, тебе скоро занесут мазь. Завтра один день без тренировок, я передам Кристиану, — вмешивается ректор и машет Фабиану рукой.

Оба брата удаляются, и я наконец могу принять душ, а когда выхожу, около двери уже стоит небольшой тюбик с чем-то вонючим, но, надеюсь, действенным.

Удивительно, но манипуляции ректора и мазь подействовали отлично, поэтому вечером я лишь немного похрамывая отправилась в кафе.

— Девочка, что с тобой? — спросила тетушка Мо с беспокойством.

— Поскользнулась, все нормально.

— Ты у лекаря была?

— Ну… — задумалась я. — Можно и так сказать. Не переживайте, ногу осмотрели, мазь выдали, от тренировки на завтра освободили.

— Ой, ну хорошо. Может тебе и сегодня дома отлежаться? Я и одна справлюсь.

— Нет! — отвечаю слишком резко, вызвав еще больше удивления тетушки.

Но не объяснять же ей, что оставаться со своими мыслями наедине мне сейчас вообще категорически противопоказано. Поэтому я нарочито бодро направляюсь на кухню.

До открытия оставалось еще пол часа, когда новый колокольчик над дверью, который недавно повесила тетушка, сообщил о первом посетителе.

— Да, она здесь! — услышала я голос тетушки и выглянула в зал.

На пороге стоял Саймон.

— Ты что тут делаешь?

— Я хотел поговорить.

— Мне некогда, я на работе.

— Ой, да мы уже закончили все приготовления. Разговаривайте, а я пока на кухне приберусь! — улыбнулась тетушка Мо и быстро удалилась, а я осознала, что не всегда доброта и радушие — хорошо.

— Энри, что с тобой? — парень только сейчас заметил, что я немного хромаю, и пошел мне навстречу. Но я жестом его остановила и села на стул, а ему ничего не осталось, кроме как сесть рядом.

— Все хорошо, поскользнулась, — в очередной раз объяснила я.

— Ты у врача была?

— Да. Так о чем ты хотел поговорить?

— А, ну так, это… Я хотел извиниться…

— За что?

— За то, что было между мной и Диеной.

— Ты свободный парень и можешь делать с кем хочешь и что хочешь, — после этой фразы я задумалась и добавила. — Ну если они не против, разумеется. Но, как я понимаю, Диена против не была.

— Пойми, я поверил Диене, потому что и сам замечал, как ты смотришь на Фабиана, ты как будто ищешь его в толпе взглядом.

— Я искала его от страха и от нежелания пересекаться. Об этом ты не думал? Да и какая теперь разница.

— Энри, я понимаю, что ты меня не особо воспринимала как парня, а, скорее, как друга. Так может попробуем все заново?

— Что? Дружить? — устало спросила я.

— Ну ты дружить, я продолжать тебя добиваться, — попытался улыбнуться парень, но быстро уловил мое настроение.

— Нет Саймон, это так не работает. Да, ты прав, я действительно не воспринимала тебя как парня, поэтому как таковой измены и не было. Ты можешь спать с кем угодно, и, если бы тебе понравилась девушка, и ты начал с ней встречаться, я бы, наверное, за тебя порадовалась. Но ты это все сделал потому что меня оклеветали, а ты так легко поверил. И это совсем другое. И даже дружбы у нас теперь не получится. Я тебе больше не смогу поверить, не смогу быть уверенной в тебе, как в друге. Но это не единственная проблема. Твой друг мне сказал, где тебя найти, он хотел, чтобы я увидела вас с Диеной, и объяснение этому может быть только одно — ему не нравилось наше общение. Ведь кто ты, и кто я. Знаешь, почему я не воспринимала тебя как парня? Да потому что я реалистка. Приютская реалистка, которая понимает, какая максимальная роль ей уготована рядом с наследником одного из кланов оборотней. А я не хочу быть игрушкой. И лучше бы ты изначально не играл в ухаживания, потому что в какой-то момент я начала во что-то верить. Если бы ты изначально проявлял знаки внимания к Диене, я бы за вас только порадовалась. А так… Так ты меня легко предал. И я в один момент лишилась и тебя, и подруги, а больше у меня в этой академии никого не было, не считая тетушки Мо.

В этот момент я вспоминал Лимончика, и слезы подкатили к горлу, но Саймон про фальклира не знал, поэтому воспринял слезы на свой счет.

— Энри, прости. Я не думал, что все так получится. Я привык, что девушки воспринимают всех парней, как парей, и для них любовь и отношения главное. И ты мне нравишься, я не вижу ничего плохого в студенческих отношениях, и даже я не знаю, к чему бы они привели, но ты так уверена…

— Уверена, — не дала договорить ему я. — Прости, мне пора работать.

— Энри, я не буду с Диеной. То, что она мне наврала и не помогла Тейле — низко, мне это…

— Мне это не интересно. Мне правда пора.

Саймон не стал меня останавливать, и я в тишине вернулась на кухню, где с грустью констатировала, что чай, который я собиралась выпить, уже остыл, да и времени не осталось, посетители вот-вот придут.

Тетушка Мо меня все-таки жалела из-за ноги, поэтому большую часть вечера я проводила на кухне намывая посуду и ставя новые пироги в духовку, а она обслуживала столики. Иногда я ее сменяла, ведь в ее возрасте тяжело было столько времени бегать с подносом.

Когда до закрытия оставалось не так много времени, мы с тетушкой снова поменялись местами, и я принялась отмывать кулинарные формы. Именно поэтому я пропустила, как в кафе пришли ребята из приюта и остались до самого закрытия.