"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 437

В ответ Терри лишь покачала головой, намекая на тщетность подобной просьбы. Она не сомневалась, что Доминик ответит категорическим отказом. Но профессор выглядел таким воодушевленным, что не стала ничего ему говорить.

Когда Терриана все-таки добралась до нужной палаты, Динара была в сознании и уже не выглядела такой безжизненно серой, хотя все еще оставалась очень слабой. На соседней кровати сидел бледный Доминик, и в его взгляде, обращенном на сестру, отражалась самая настоящая вина.

Заметив застывшую в дверном проеме алхимичку, Динара даже попыталась приподняться. Правда, сил хватило только на то, чтобы повернуть голову и изобразить приветливую улыбку.

– Проходи, Терри, – проговорила Дина, указывая взглядом на стоящее рядом с кроватью кресло. – Присаживайся.

– Как ты? – спросила гостья, разглядывая пострадавшую, которая на самом деле удивительно быстро шла на поправку. Уж кто-кто, а Терриана, ввиду основного профиля своего образования, отлично знала, как трудно излечить последствия отравления подобным ядом.

– Живая, – отозвалась Динара, но тут же вздохнула и добавила: – Только благодаря тебе.

Но Терри лишь отрицательно покачала головой и грустно улыбнулась.

– Увы, моя кровь не смогла бы тебя спасти, – проговорила она тихо. – Я всего лишь нашла твоего брата.

Дина ухмыльнулась и все-таки попыталась сесть. Терриана помогла и, подложив ей под спину подушку, присела в кресло. Судя по тому, как быстро к Дине возвращались силы, регенерация у нее на самом деле очень высокая. Вероятно, как только противоядие окончательно уничтожит отраву, Мелкая снова будет здорова. Хотя на полное восстановление могут уйти месяцы.

– Знаешь, Терри, – сказала вдруг Дина, чей голос теперь звучал, как обычно, звонко, – я прекрасно представляю, что найти моего брата ночью в академии невозможно. Хоть криком кричи, потому что этот… – Она покосилась на Доминика, который отчего-то предпочитал взглядом с сестрой не встречаться. – В общем, он теперь всегда таскает с собой артефакт безмолвия, чтобы не соблюдать тишину. Ему Кери подарил после нашего последнего посещения Карилии. Так что можно было порвать себе горло, зовя его, но он бы все равно не услышал.

Терри поняла, насколько тщетными были ее попытки докричаться до него из коридора. Но… разве она могла сделать что-то другое?

– Но как тогда? – спросила, все-таки решившись поднять взгляд на Доминика, который все это время пристально смотрел на нее.

– Кулон, – мрачно отозвался он. – Ты позвала меня, и я почувствовал.

– Но я же не могла пустить по нему волну магии? Защита академии все блокирует, – попыталась оправдаться Терри, которая использование его подарка почему-то посчитала настоящим преступлением. Он ведь дарил его своей девушке… а воспользовалась им та, которая подобных даров недостойна.

– Но я все равно почувствовал, – уверенно ответил Ник. – Ты звала, и я слышал твой голос в своей голове. Без магии это невозможно, заряда кулона не хватило бы на такое усиление. Но факт остается фактом. И сегодня ты спасла жизнь моей сестре. – Он напряженно выпрямил спину и добавил, не как студент и брат пострадавшей, а как будущий правитель Карилии: – Теперь я твой должник.

Почему-то последние слова Терриана восприняла словно пощечину. Будто, даже выражая благодарность, он сам не верил, что говорит именно ей. Будто она априори не могла сделать ничего хорошего, тем более спасти чью-то жизнь.

– Разве хозяин может быть в долгу у своего раба? – выпалила Терри, прямо встречая его взгляд. – Нет, – сама же ответила на свой вопрос.

Доминик попытался что-то сказать, но она его остановила.

– Я поступила так, потому что считала правильным. Я не могла позволить Мелкой умереть! – Ее голос звучал уверенно, хоть в нем и слышалась скрытая боль.

Но сейчас Терри держалась очень гордо, словно не было между их социальным положением такой огромной пропасти и разговор проходил между равными, а не между принцем и его рабыней.

– Несмотря на то что она моя сестра? – недоверчиво выдал Ник. – Согласись, Терри, у тебя есть сотня поводов меня ненавидеть. С чего тебе вообще спасать Мелкую?

Почему-то этот вопрос окончательно вывел Терриану из себя, попросту стерев все эмоциональные барьеры. Ведь по всему получалось, что Брис не просто считает ее предательницей, а видит в ней низшее существо, способное спокойно пройти мимо умирающей.

– С того, что она моя подруга! – заявила Терри, теперь уже на самом деле глядя на принца с ненавистью. – С того, что, несмотря на все случившееся, она мне дорога! И пусть вы, уважаемый хозяин, уверены в моей ничтожности и никчемности, пусть вашими силами я лишилась всего, что было мне дорого, но я никогда не стала бы вымещать свою обиду на вашей сестре.

От того, с какими эмоциями была произнесена тирада, Доминик опешил. Он смотрел на Терри и все отчетливей понимал, что все обрушившиеся беды ни на каплю не смогли повредить ее чувство собственного достоинства. Даже сейчас леди Брайт уверенно встречала его взгляд и не думала отворачиваться. В ней не было ни крупицы покорности, а в глазах отражалось истинное бесстрашие человека, которому больше нечего терять, кроме разве что собственной жизни.

Дина же, глядя, как эти двое убивают друг друга взглядами, не смогла сдержать улыбку. Сама она давно простила Терриану. Отец прав, девочка просто ошиблась. Оступилась… приняла неверное решение. За что заплатила очень многим. Она была герцогской дочерью – а стала бесправной рабыней. Раньше в ее распоряжении находились огромные покои родового особняка, а теперь только комната в общежитии и несколько платьев. Но, что хуже всего, от Терри отказались самые родные люди: отец и брат, а тот, кого она любила, теперь даже смотреть на нее не желал.

– Терри, – позвала Динара, привлекая ее внимание и вынуждая отвернуться от Доминика. – Я очень рада, что в том коридоре меня нашла именно ты. Лекарь уже рассказал мне, что и яд тоже ты смогла определить раньше своего куратора. Да и братца моего привела. Ведь никому другому это бы оказалось не по силам. И знаешь еще что… – Дина кривовато улыбнулась и все-таки сказала то, что давно собиралась: – Мы ведь ни разу не говорили с тобой после того, как вы с Ником посещали твою родину. Но я хотела бы, чтобы ты знала – я не виню тебя. Сама не знаю, как бы поступила, окажись на твоем месте.

Вот после этих слов в палате повисла поистине жуткая тишина. Терри смотрела на Дину и не могла поверить собственным ушам. Она вообще даже не надеялась хоть когда-то услышать от нее такие слова. Ведь лучше многих знала, насколько Дина любит брата. Да она бы скорее прикончила любого обидчика и уж точно не стала бы задумываться о его мотивах.

Доминик и вовсе от слов сестры впал в настоящий ступор. Он смотрел на Дину с непониманием, и тогда она решила пояснить.

– Просто представь, – сказала она, обращаясь к брату, – что жизни нашего отца угрожает опасность и ты можешь ему помочь. Но для этого тебе нужно отказаться от любимой девушки. Ее жизни ничего бы не угрожало. Скажи, что бы ты выбрал?

Терри тоже смотрела на Ника, с трепетом ожидая ответа. Почему-то сейчас она не сомневалась, что если бы он оказался на ее месте, то, не задумываясь ни секунды, выбрал бы лорда Мадели. Да что говорить? Теперь, после личного знакомства, она бы и сама его выбрала. Супруг карильской королевы поразил ее своим участием, хотя должен был ненавидеть. Сейчас Терри была благодарна судьбе хотя бы за то, что на ее пути встретился такой человек.

– У вас замечательный отец, – сказала она. – Знаешь, Дин, ради него я б сама в пекло бросилась. Ведь когда от меня отказались все, он был единственным, кто не прошел мимо.

Дина виновато улыбнулась и кивнула.

– Ты папе понравилась, – проговорила, с удивлением ощущая, как просыпается темная магия, которую до сего момента она совершенно не чувствовала. А это могло означать лишь то, что ее организм почти полностью избавился от блокирующего действия яда.