"Карильский цикл". Компиляция. Книги 1-18 (СИ) - Зинина Татьяна - Страница 321

Послание он вскрыл только во дворце, закрывшись ото всех в своих покоях. Разрывал конверт очень медленно, словно старался оттянуть момент истины… словно всё ещё надеялся, что там простое сообщение о срочной поездке к какой-нибудь родственнице.

И всё же нашёл в себе силы развернуть листок.

«Прощай, — значилось первым словом. — Нам было хорошо вместе, но теперь наши пути расходятся. Пожалуйста, не ищи меня. Я хочу начать новую жизнь. Не с тобой…»

Вот именно на этом моменте у него и зародились первые сомнения. Подобное не было похоже на Катарину. Для прощания она бы выбрала другие фразы. В них бы точно чувствовались её эмоции, а это… оказалось написано абсолютно пустым тоном, хоть и её почерком.

Будто она писала под чужую диктовку.

И Деми уже знал, кто именно приложил руку к исчезновению его любимой девушки. И сразу бы рванул к отцу, но всё же решил дочитать.

«Мы оба понимаем, что у нас нет будущего. И пусть я люблю тебя, но своё решение не изменю. Прости меня. Будь счастлив».

В кабинет императора Дамир ворвался, даже не подумав постучать. К счастью, Его Величество был один и, судя по серьёзному взгляду… ждал именно сына и этого разговора.

— Отец! — прорычал принц, упираясь ладонями в поверхность его широкого рабочего стола. — Где Катарина?! Я знаю, что это ты сделал так, чтобы она уехала!

— Да, я, — совершенно спокойным, уверенным тоном ответил его родитель. — Причём, заметь, лично.

— Зачем?! Отвечай, где она?

— Далеко, — бросил император. — Но, заметь, жива, здорова, и очень богата. Тебе интересно, за сколько она тебя продала?

Дамир застыл, подобно гранитной статуе. Замер на месте, не в силах пошевелиться. Просто стоял и смотрел на своего отца, который сейчас точно говорил чистую правду.

— Девочка оказалась довольно сообразительной, — бросил Его Величество. — Даже торговаться не стала. Так сказать тебе, сколько стоила её вечная и чистая любовь?

Принц всё ещё молчал, не в силах уложить в голове эту информацию.

— Пятьсот тысяч золотом и новое имя, — безразличным тоном ответил правитель империи. И так как его сын никак на это не отреагировал, то решил продолжить: — И не вздумай её искать. Она дала мне клятву, подкреплённую кровью. Если ты приблизишься к девочке… она умрёт. Мгновенно.

Дамир сглотнул и, с силой сжав кулаки, медленно опустился в ближайшее кресло.

— Я люблю её… — проговорил он, опуская голову. Ведь осознавал, что такие клятвы обратной силы не имеют. Теперь ничего уже не исправить. — Люблю! Ты в состоянии это понять?! — закричал, глядя в глаза отцу. — Ты хоть понимаешь, что разрушил мою жизнь?!

— Твоя любовь уж больно похожа на одержимость, — зло ответил Дерилан. — Истинная любовь — светлое чувство. Оно призвано нести гармонию, созидание, добро. А эта любовь тебя разрушает. Тебя и всю империю! Ты хотя бы понимаешь, что из-за этой девицы едва не отправил на тот свет своего брата?!

Вот теперь император был почти в бешенстве. Его напускное спокойствие испарилось, а в глазах снова разлилась тьма.

Дамир замолчал, просто не найдя подходящих слов для ответа, да и побаивался он родителя. Тем более, когда тот почти не контролировал свою странную магию, которая к стихийной точно не имела никакого отношения.

— Я долго не вмешивался в твои личные дела. С уважением относился к твоему выбору. Считал тебя благоразумным, но случай с Эдином стал последней каплей, — продолжал отчитывать сына Дерилан. — Эд… поступил глупо. Но он хотел, как лучше. Хотел показать тебе, какая на самом деле твоя… любимая девушка.

— Принудив её?! — рявкнул Дамир.

Но император не ответил. И пусть знал правду, знал, что вся вина Эдина состояла в том, что он принёс вертийское вино и капнул на сыр пару капель сильного афродизиака, а после и сам не смог остановиться… Увы, младший сын сам попросил оставить это в секрете. Он не хотел, чтобы Катарина упала в глазах Дамира ещё ниже. Но ему было жаль не её, а брата… Который умудрился полюбить шлюху.

— Мисс Арлироут не сопротивлялась. Она вполне могла найти способ избежать этого, — чуть более спокойным тоном ответил Его Величество. — Могла убежать из дома, вызвать тебя, пожаловаться на Эдина. И всё бы решилось иначе. Но она предпочла смириться. Поддалась на простую провокацию. Последствия её слабости ты видел сам.

— Я не прощу Эдина! — уверено выпалил Дамир. — И тебя, отец! Ты… забрал у меня ту, кого я не смогу разлюбить! Понимаешь вообще, что сделал?!

— Клятва будет действовать десять лет, — ледяным тоном ответил император.

Услышав это, Деми встрепенулся. Его потухшие глаза вспыхнули, будто в них загорелся призрачный огонёк погибшей было надежды.

— Значит… — с воодушевлением начал принц, но был остановлен властным жестом отца.

— На этом мы закроем тему, — заявил Его Величество. — И я всё же надеюсь, что ты сможешь понять, насколько достойна тебя девушка, чья любовь изменяется в количестве золотых монет. Но это ещё не всё, что я хотел тебе сказать. Ты поднял руку на собственного брата. И тебя ждёт наказание.

Дамир покорно кивнул и сел ровнее. Этого следовало ожидать… хотя сейчас, после сообщения, что клятва Каттиши имеет срок, он был готов принять любое наказание.

— Один год заточения в Астор-Холт, — озвучил своё решение император. — Можешь продолжать учиться, не забывая о маске. Но в течение двенадцати месяцев я запрещаю тебе покидать границы академии. Даже на минуту. А теперь иди.

— Вот так…

Это оказалось слишком неожиданно. С одной стороны, Деми был готов благодарить Богов за такое наказание, больше похожее на награду. Но с другой, всё же понимал, что точно взвоет в заточении, прячась за чужим лицом и именем.

— Встретимся через год, — холодным тоном бросил император. — И я очень надеюсь, что за это время ты хоть немного поумнеешь.

Деми ушёл. Собрал минимум необходимых вещей и, не прощаясь, направился в свою тюрьму. Тогда он ещё не понимал до конца, что именно произошло в его жизни.

Осознание пришло позже. Через недели, месяцы. Когда тоска в душе стала нестерпимой, а мысль о том, что его просто продали, заполнила его существо без остатка. Чем больше он думал о Катарине, тем ярче видел, какой именно она была на самом деле. Без её присутствия рядом он словно начал просыпаться от этого странного сна, выбираться из тумана, в который угодил.

Нет, он всё ещё продолжал любить её, но теперь это чувство всё чаще приправлялось обидой… тихо перерастающей в ненависть. Ведь он был готов для неё на всё, а вот её любовь, оказывается, всегда имела свою цену. Как простой товар.

Да, наверное, у продажных людей даже душа — предмет торга и осуществления сделок. А Деми угораздило связаться именно с такой девушкой.

Шли месяцы, за ними годы. Его чувства к бывшей куртизанке горели всё тише, и однажды совсем погасли. В его жизни появилась другая девушка — совершенно не похожая на Катарину. Та, которая смогла заставить его сердце познать истинную любовь. Та, которая не была способна на предательство.

Хотя не сказать, что Великая Судьба была к нему благосклонна. Он в полной мере заплатил за все свои глупые поступки. Ощутил на своей шкуре и чужую ненависть, и чужое презрение. И даже то, как пагубно могут влиять на будущее отголоски прошлого.

…Но это уже совсем другая история.[1]

Эпилог

Весна в этом году наступила даже раньше, чем обычно. Казалось бы, только растаял снег, а уже все окружающие луга покрылись юной сочной травой, на деревьях появились первые листочки, а оставаться в пределах особняка оказалось просто невозможно. Меня тянуло на улицу, словно какой-то волшебной силой, и я даже не пыталась этому противиться. Да и моей малышке тоже нравилось гулять.

Облачившись в лёгкую накидку, я распорядилась, чтобы наша няня Грета собрала Мариэллу, а сама направилась в сад — просто не смогла больше сидеть в доме. Мне отчаянно хотелось выйти, полной грудью вдохнуть свежий весенний воздух, посмотреть на голубое небо. Настроение зашкаливало за все мыслимые пределы. Сейчас на душе так хорошо, что хотелось просто раскинуть руки и кружиться на месте, ощущая переполняющее меня счастье.