Ком 6 (СИ) - Войлошникова Ольга - Страница 14

И прыгнула на меня сверху! Я встретил её укусом. И не смог сжать пасть! Маленькая лиса вцепилась в верхнюю и нижнюю челюсти лапками и медленно разжимала захват!

— Вот ты и попался, мишка! — заорала мне прямо в глаза бешеная лиса. — Вот и всё!

«Да ну, конечно!» — подумал я и схватил её за первый попавшийся хвост. Выдернул из пасти — и давай бить обо всё, что под лапы попадалось — о камни, о стены ущелья, о воду… А эта гадина умудрялась во время этой экзекуции подхватывать эти самые камни и пуляться ими в меня! И силы в тех бросках было, мама моя! Ежели мои щиты прям трещали!

Ещё и вопить успевала:

— Пусти хвостик! Не по-честному так! Гадина ты!

Лиса извернулась с нечеловеческой ловкостью и тяпнула меня за заднюю лапу.

— Ар-р-рх!!! — я рванул её от себя и… чисто по наитию рубанул когтями второй лапы по основанию хвоста.

Ущелье огласил просто оглушающий рёв. Даже меня в облике отбросило.

— МОЙ ХВОСТ! ПЯТЬДЕСЯТ ЛЕТ!!! Я уничтожу тебя! МОЙ ХВОСТ!

Лиса стояла от меня в пяти метрах и, словно кошка, рыла лапой гальку перед атакой.

— Чего разоралась? У тебя их ещё табун!

Парни пытались помогать. Лиса покрылась мелкими разрывами от попаданий из крупняка. И совершенно не обратила на это внимания. Потом отбила лапой снаряд главного калибра и прыгнула ко мне. А я от неё, назад. И приземлилась она прям вот туда, куда надо! Прям на мину! Взрыв! Рыжая надоеда опять улетела к входу из ущелья. Сильная, прям до безумия. Но лёгкая.

Я тяжело присел на задницу. Устал я, пень горелый…

Щас она вернётся, и нам кабзда.

А потом с неба упал огненный болид.

ПОМОЩЬ ИДЁТ

Из речки рванул столб пара, и огненная фигура обернулась ко мне:

— Не люблю воду! — а потом в сторону лисы, что уже медленно приближалась к нам, рванулся поток жидкого огня… который совершенно не произвел на неё никакого впечатления! Маленькая рыжая животина спокойно шагала сквозь рыжее пламя. Немного не доходя до нас, она наклонила голову в сторону и протявкала:

— А ты ещё кто? Тоже хочешь умереть?

— Не-е-е, не хочу! У меня ещё столько дел незавершенных! Шла б ты домой, девочка? А?

Лиса почти по-человечески вздохнула:

— Не могу домой, пока вот этого хама не уничтожу!

Его сиятельство князь Дашков обернулся ко мне:

— Еле-еле нашёл, а вы вон как развлекаетесь! Умеешь ты, Коршун!

— Вы закончили? — лиса явно теряла терпение.

— Почти, — произнёс князь.

И на месте лисы в воздух рванулся ослепительный, почти белый фонтан огня. Жар был настолько сильный, что мне пришлось отпрыгнуть назад, к опорам шагохода. И это сквозь щиты!

— Не-ет! — заорала лиса. — ОПЯТЬ ХВОСТ!!!

Она рванулась к нам, и Михаил встретил её ударом кулака. Вот прям по-простому. Только и разницы, что кулак — огненный. Лиса отлетела в мою сторону, и я подхватил тушку когтями обеих передних лап и, упав на спину, задними рванул ещё слабо дёргавшееся тельце. Почти по-кошачьи.

Битва была окончена.

На гальке безвестной речушки, у моих ног, лежала девушка. Платье, которое вначале поразило меня своей белоснежностью, сделалось грязным, окровавленным, в разводах сажи… И только на лице — ни пятнышка. Просто красивая девчонка. И под моей лапой я ощущал медленно затухавшее биение сердца.

Добьём?

В смысле? Она же и так…

Не-е, это она просто перенапряглась! Щас полежит и снова в драку полезет.

А ты откуда знаешь?

Чую!

Есть идейка забавная!

— Хаген! Тащи трос буксировочный!

— Илья, зачем? — повернулся ко мне Дашков.

— А ты молчи, автоген-батыр! Щас тебя будем по прямому назначению использовать! — Я повернулся к подошедшим фон Ярроу и Пушкину, тащившим толстенный металлический трос: — Заматываем её!

Видели бы вы глаза лисы, когда она очнулась. Замотанная, как кокон! Она болталась на боковой панели «Пантеры», вместо правого манипулятора. Как она ругалась! Плевалась! Шипела! Вот только обмотки так порвать и не сумела. Я сначала опасался, но Зверь сказал не беспокоиться.

Не хватит у лисы силов. Даже у меня не получилось бы — столько слоёв! А это, на минуточку, трос в руку Серафимы толщиной!

Всё равно побаиваюсь я!

Не волнуйся, ей просто есть щас не давать, чтоб силы полные не вернулись. Она, конечно, очень сильна. Но не настолько, как была вначале. Вымотали мы её. А ещё Дашков… Тот огонь — он был ОЧЕНЬ силён!

А потом Дашков с помощью подсказок Пушкина и Швеца помог нам запаять радиатор. По-моему, он слегка обалдел от подобного утилитарного способа применения своей силы.

Мы очень аккуратно и скрытно покинули место боя. Хотя, судя по тому, что мы по пути к линии фронта не встретили вообще никаких сколь угодно сильных частей японцев, нас просто… отпускали? Это было совершенно невероятно. Но других внятных объяснений я не придумал.

Мы с Дашковым сидели на крыше «Пантеры» и разговаривали.

— Ты вообще как нас нашёл?

— А я и не искал! — Михаил посмотрел в моё недоумённое лицо и пояснил: — Я обычный дежурный по нашему квадрату. Она, — он кивнул на болтающуюся лису, — такое возмущение магического поля учудила, что меня послали проверить. Очень на мощный телепорт было похоже. Лечу, смотрю по сторонам, а тут такой знатный махач! Вот ты скажи, как я в одной компании встречу и СБШ «Пантеру» и белого Высшего медведя?

— Это ага, мы уникальные.

Он ненадолго задумался.

— А может, и не она всплеск устроила. Слишком мы её легко уработали. — Князь уставился на мою протянутую руку. — Чего ты?

— Дарю! Талисман сделаешь или Есении подаришь.

— А это что такое, не пойму? — Михаил крутил в пальцах изогнутый голубоватый клык.

— А вот такое! — Я криво улыбнулся, показывая щербину на месте правого верхнего клыка. — Должен отрасти, но пока я кусать этой стороной нормально не могу. А ты говоришь — легко!

— С-спасибо, конечно, за подарок. Но ты понимаешь, возмущение было слишком велико. Не показала она той силы в нашем бою. Непонятно. — Он покачал головой, вздохнул: — Ты, кстати, что собираешься с лисой-то делать? Или куда пристроить придумал?

Рыжая в коконе притихла, аж дыхание затаила. Прислушивается, сто пудов!

— Да мне-то она нахрена? Я её императору подарю! Забавная зверушка.

— Илья Коршунов, может, не надо меня никому дарить, а? Я тебе самому пригожусь. Я полезная! — Лиса вновь дёрнулась, но тросы держали крепко.

— Не-не-не! Такого даром не надоть, и даже с доплатой! Знаем мы такую пользу…

— И вовсе неправда, я хорошая!

— Ага, когда спишь носом к стенке… — обрубил я этот бессмысленный спор.

— Илья Алексеевич, внимание! — внезапно раздался голос Пушкина. — Новый объект!

Я спрыгнул в кабину.

— Чего у тебя?

— Смотрите сами. — В приборы наблюдения я увидел стоящую на мосту женщину. Или девушку, с такого расстояния не различить.

Чего-то у меня в последнее время паранойя развилась на одиноких девушек. Опасаюся я их.

— Дай-ка я на неё в прицел гляну. У него кратность повыше.

Японка. Белоснежные одеяния, теперь с голубыми цветами на груди. И одна. Стоит улыбается. Прям дежавю какое-то!

— Антон, а другого моста тут нет?

— Есть, в шести километрах правее. И левее в трёх. Но они нас не выдержат. Или тут переправляемся, или брод в двадцати километрах.

— М-да. Далеко.

Да и дадут ли нам уйти?

08. ЭТОТ СЛУЧАЙ ИШШО ЗЛЕЕ ПРЕДЫДУЩЕГО

БУДЬТЕ ЛЮБЕЗНЫ, ДАМОЧКА…

Я вылез наверх.

— Ну что, Миша, кажись, нам с тобой вперед идти. Парни только с расстояния нам помочь смогут. Ты огонь, я медведь. Может, справимся? Как тогда на дуэли, на противоходе?

— Может, и справимся, — кивнул он каким-то своим мыслям. — Илья, если живы останемся, пойдешь сватом? Ты ж у нас этот, Свадебный Коршун?

— Иди ты! Вот же прилипло!

— Ну, не сватом, хоть дружкой, а?