Встреча выпускников магической академии (СИ) - Кострова Кристи - Страница 4

Майли приобняла меня за плечи, и от этого дружеского прикосновения на душе полегчало. Призраки прошлого отступили, истаяли, как кошмары поутру. Необходимость сделать новый вздох уже не казалась такой сложной задачей.

—  Они не над тобой смеются, — понизив голос, добавила Майли и мотнула головой в сторону дверей. — Просто ржут над чем- то, кони.

—  Или над кем-то, — пробормотала я и, несмотря на внутреннюю дрожь, все же расправила обнаженные плечи. Кожи ласково коснулся ветер из открытого настежь окна в коридоре. Весна в этом году выдалась теплой. — Как бы там ни было, сегодня я точно не позволю кому-либо превратить себя в посмешище.

Майли отстранилась, оглядела меня с головы до ног и фыркнула:

—  Хотела бы я посмотреть на слепого придурка, который осмелится посмеяться над тобой сегодня. Ты же выглядишь как светлая богиня, спустившаяся к смертным!

За что я любила Майли, так это за высокую самооценку и за умение поднять ее другим. За показной жесткостью Майли скрывала доброе и любящее сердце, которое, впрочем, открывала далеко не всем.

—  Готова? — спросила она. Ее ладони легли на ручки дверей. — Ну?

—  Да, — хрипло ответила я и на мгновение зажмурилась, чтобы потом резко распахнуть глаза. — Давай!

То ли Майли не рассчитала силы, то ли сделала это специально, но тяжелые двери с треском раскрылись и врезались в каменные стены так, что с потолка посыпалась штукатурная крошка. Пролетевший по залу шум привлек внимание всех присутствующих не хуже ритуального удара в гонг. Разговоры за многочисленными столами стихли и на меня уставились сотни заинтересованных взглядов. Мысленно выругавшись, я сохранила на лице невозмутимое выражение и не спеша направилась по коридору между столов к своей группе, занявшей место в углу, поближе к сцене. С нее когда-то ректор произносил все официальные речи, в том числе, и последнее напутствие на выпускном. На том самом выпускном, который я пропустила, рыдая из-за разбитого сердца в лазарете академии.

Каблуки роскошных, темно-зеленых туфель из змеиной кожи несли меня вперед уверенно и легко. Негромкий, но отчетливый звук шагов походил на обратный отсчет: десять, девять, восемь… Где-то позади шла Майли, я спиной ощущала ее одобрительный взгляд. Но все внимание было приковано ко мне одной.

Я постаралась увидеть себя будто со стороны: ультрамариновое платье из прошедшего магическую обработку атласа (последняя коллекция известного дизайнера, одевающего знаменитостей) подчеркивало все достоинства фигуры и скрывало недостатки. Юбка-русалка облегала бедра, сужалась к коленям и расширялась к низу, чтобы оборваться волной воздушных воланов на два оттенка темнее самого платье. Жесткий корсет приподнял грудь и обозначил ее привлекательную форму.

Обнаженные плечи и тонкие ключицы слегка мерцали, присыпанные жемчужным порошком из рога единорога. Благодаря этому порошку на моей коже мягкими бликами проступали сложные, витиеватые узоры. Они сменяли друг друга, как в калейдоскопе, но неторопливо и тягуче. Мода на такие узоры, поцелуи луны, как их называли, только-только зарождалась, а потому вызывала любопытство у мужчин и жгучую зависть у женщин.

В волосах, уложенных в пышное каре, сверкали нанизанные на нити золотистые драконьи чешуйки: украшение настолько же редкое, сколько и дорогое. Их чарующий свет играл на моих ярко-красных, как пламя, волосах, притягивая взгляд и завораживая. Ненавязчивый макияж от ворожеи в третьем поколении обещал продержаться весь вечер, несмотря на духоту зала для торжеств.

Вслед мне оборачивались так, что еще немного и свернули бы себе шеи. Кто-то приподнимался с места, жадно рассматривая то ли меня, то ли мой наряд. Кто-то с недоумением спрашивал у соседей «Кто это? Мы ее знаем?». Несмотря на внешнее спокойствие, внутри я умирала от страха и волнения. Я ощущала себя смелым зайцем, идущим мимо лениво развалившихся львов.

Семь… Шесть…Пять…

Когда до стола с одногруппниками осталось всего несколько шагов, я вычленила в толпе нужное лицо. С возрастом оно потеряло большую часть своей магнетической красоты, но все еще оставалось довольно привлекательным. Его обладатель, как и все присутствующие, смотрел на меня со смесью удивления, восторга и плохо читаемой зависти. Губы, о которых я грезила все шесть лет учебы, сложились в потрясенную улыбку.

Четыре… Три… Два…

Кто-то назвал мое имя, и Дилан растерянно повторил:

—  Эви? Эви Хоуп?

Один.

Я встретилась взглядом с Диланом, с первым красавцем академии, когда-то укравшим мое сердце.

Глава 3.2

Эви Хоуп. Десять лет назад

На улице валил снег. Пушистые хлопья облепили серый плащ с меховым подкладом, налипли на невысокие сапожки и перхотью рассыпались по ненавистным русым волосах. Я предпочитала закручивать их в «гульку» на макушке и украшать заколками с разноцветными перьями, чтобы хоть немного придать яркости тому мышиному цвету, который по недоразумению достался мне в магическом мире.

Я пронеслась по холлу с высокими колоннами и купольным потолком, остановилась ненадолго у подножия лестницы и протерла запотевшие очки. В этот момент рядом, едва не задев лицо, пролетело что-то легкое и небольшое. Водрузив очки на нос, я присмотрелась: у ног лежал смятый в ком лист, вырванный из тетради. Чуть выше, на первом из пролетов круговой лестницы, стояла компания Дилана и горячо что-то обсуждала. Меня они не заметили.

Поколебавшись, я неуверенно расправила смятый лист с чужой контрольной по алхимии. Кое-где чернила расплылись, будто их пытались вытравить магией, но я все равно прочитала фамилию Дилана и разглядела оценку с припиской нашей преподавательницы: «Три балла из десяти, Норк. Займитесь учебой, мое терпение не безгранично».

Я вновь вскинула голову и прищурилась. Дилан, стоящий у витых перил, скрестил руки на груди и мрачно глядел куда-то в даль. Широкие плечи поникли, а мужественная челюсть, которой восхищалась половина академии (половина ее женской части, во всяком случае) напряглась. Его дружки, которых и я, и другие за глаза называли, подпевалами, что-то оживленно ему втолковывали.

Я перекинула сумку с учебниками с одного плеча на другое, и, держа в ладони лист с контрольной, принялась подниматься по высоким ступеням. Мне навстречу неслись студенты, и этот поток напоминал стадо буйволов, бегущих на водопой. Приходилось лавировать в этом хаосе, поэтому до Дилана и его компании я добралась не сразу. Сначала до меня донеслись голоса его дружков:

—  Да эта мымра исключит тебя, к пророку не ходи!

—  Дилан, бро, тебе надо что-то делать.

—  Реально! Экзамен уже через два месяца.

На слове «экзамен» я замедлила шаг и позволила обогнать себя паре первокурсников (их легко было вычислить по форме, необходимость носить которую более взрослые студенты игнорировали). Что-то, возможно, надежда, шевельнулась в душе и заставила призадуматься. Мысли в панике замелькали, быстро сменяя одна другую. Прежде чем я успела все обдумать, ноги сами принесли меня к перилам, возле которых стояла компания Дилана.

—  Чего тебе, Хоуп? — раздраженно бросил Энтони, самый задиристый из всех них. – Перепутала нас с кем-то?

Мы с Энтони учились в одной группе, так что мое имя он знал. А вот Дилан, хоть и был с нами на одном факультете, но выбрал другую специализацию, потому мы виделись с ним лишь на общих парах, таких как алхимия.

—  Я бы сказал с друзьями, — фыркнул второй подпевала, Марк. Он тряхнул фиолетовой челкой, томно падающей ему на глаза, и добавил: — А, погоди, у нее и друзей-то нет, не с кем перепутать!

Взрыв мужского смеха почти оглушил и заставил втянуть голову в плечи. Но на чистом упрямстве я протянула Дилану подобранный лист с контрольной.

—  Это твое, — негромко проговорила я.