Кодекс Охотника. Книга XXXIV (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 7

Начинается свалка… Самое интересное, что твари Колыбели, кажется, очень довольны. Ведь теперь у них появились враги, которым они могут хоть что-нибудь сделать. А ведь еще совсем недавно они могли и меня удивить, но теперь этот ярус мне не враг, когда я работаю на полной своей мощности.

— Да что же это такое… — разрезать получилось в первый раз, а теперь нет… укрепили, сволочи.

Кстати, там должна быть тонкая, но прочная мембрана, до которой мне пока добраться не получилось, поэтому нужно расширить проём. И только я взялся за это дело, как внезапно отпрыгиваю в сторону и выставляю свой клинок, чтобы принять удар булавы. Заблокировать и погасить инерцию у меня не получилось даже магией.

— ГРЯЗНЫЙ ОХОТНИК… ТЫ ПОЖАЛЕЕШЬ, ЧТО ПОВРЕДИЛ ВЕЛИКОГО ПРОВОДНИКА!!! — закричало существо, похожее на кентавра.

Правда, он лишь отдаленно был на него похож, ведь я раньше встречал кентавров. Кстати, пока я об этом думаю, все еще лечу, настолько большой была скорость и сила удара. Даже рука болит, а мой доспех пробит.

Так вот… Раньше кентавры не были размером с грузовик и не торчали у них на спине в разные стороны кривые руки. А с другой стороны, я ведь отсутствовал в Многомерной некоторое время, возможно, что-то там изменилось.

Приземление, кстати, было мягким. Я врезался спиной в Проводника, а он был именно таким, несмотря на то, что железо берет его хреновенько. Покачал головой, пытаясь понять, откуда он тут появился кентавр.

— Я Кадаваран!!! Я СМЕРТЬ ТВОЯ!!! — заревел он.

Я думаю, что он был повелителем своего яруса. Но сейчас я до конца не был уверен, смогу ли справиться с ним.

Однако, можно ведь попробовать? Ну я и начал!

Мы схлестнулись с ним настолько яростно, что улыбка не слезала с моего лица. Это была та самая битва, которую я искал.

Тварь была такой сильной, каким я был тут в самом начале, когда заходил в Разлом. Но даже так я брал сейчас больше опытом и рациональностью. Не размахивал зря своим оружием и не терял концентрацию, как он.

Стоило мне послать своих призванных на стены туннеля, как он сразу потерял терпение и напал на меня с желанием убить одним ударом. Должен заметить, не самым точным ударом.

Любое сражение имеет своё начало и свой конец, вот и это пора заканчивать. В теории — я мог бы его убить… Или хотя бы попытаться, но зачем? Потом лежать два дня в кровати и рассматривать потолок. Это мне сейчас совсем не нужно… Мне еще с Беллой надо поговорить и сбегать в другую Вселенную. А потому лучше я закончу все без лишних усилий.

— Утомил… Пора умирать! — говорю ему и вижу, как его глаза наливаются кровью.

— Ты не… — не знаю, что он там хотел сказать, но я уже был за спиной кентавра, нанося свой удар, но не по нему, а в место разреза, который сделал чуть раньше.

В этот удар я влил столько силы, что смог бы целую многоэтажку снести. Раздался взрыв, и во все стороны полетели тела тварей, которые погибли здесь, но Проводник вообще не пострадал.

— ХА-ХА-ХА!!! Ты слаб, Охотник! Я сожру тебя, а затем заберу твои воспоминания!!! — ухмыляется кентавр.

— Угу… — спокойно отвечаю ему и продолжаю задумчиво смотреть в разрез.

Ладно, если нельзя сломать, тогда порвем. Решив, как лучше поступить, принялся за дело. Начал формировать тело для Гаргантино — великого черного гиганта. А затем я засунул его прямо в разрез и поместил туда душу. И пока душа входила в его тело, я уже был почти на полпути к выходу из Разлома.

Что ж, было безумно интересно оглянуться, и с этим мне помог Шнырька. Он поместил в один мой глаз картинку, чтобы я смог наблюдать.

Тварь, которую я призвал, воплотилась и стала увеличиваться в размерах.

Кентавр быстро рванул туда, чтобы защитить Проводника, но было слишком поздно. Гигант увеличивался и… Стенки разреза стали трещать, пока не лопнули. В туннель потекла темная энергия, которая обволакивала и убивала всё живое, до чего добиралась. Когда я запрыгнул в проход, то еще успел мельком увидеть испуганное и гневное лицо кентавра, который осознал, что оказался в ловушке. Ведь туннель сейчас будет полностью уничтожен. И все, кто здесь был, уже обречены.

И если я правильно понимаю, где мы находимся, то у их душ появились большие проблемы.

— Спасибо за угощение, Сандр! Хи-хи-хи! — раздался в моей голове знакомый голос.

— Не за что! — ответил ей и вдохнул свежий воздух, который был в Эпицентре.

Ну вот я и дома… Пар выпустил, теперь можно и поработать!

Глава 4

Где-то в Многомерной Вселенной

Тронный мир Неназываемого

Давным-давно, в течение многих тысячелетий, в этом месте не было так тихо. Обычно в Тронном мире происходили постоянные активности: кричали и стонали поверженные, захваченные души, которым предстояло стать топливом для их тёмного господина; формировались новые армии вторжения; на доклад к Тёмному Богу постоянно приходили его генералы. Сам Неназываемый ежесекундно мониторил состояние Многомерной Вселенной, искусно играя на струнах реальности.

Сейчас же всего этого не было. Тронный мир закапсулировался, полностью отрезав Тёмного Бога от внешнего мира. После недавней битвы Первого Охотника с его Госпожой, Неназываемый боялся. Причём, положа руку на сердце, он сам не мог понять, чего боялся больше: что придёт рассерженная Госпожа и накажет его за трусость, либо же придут Охотники, дабы добить последний очаг Скверны в этой Вселенной.

Да-да, несмотря на то, что погибли все остальные миньоны Скверны, внутри Неназываемого её клочок всё-таки остался. И это внушало определённую надежду.

Неназываемый сидел на троне, погрузившись в свои мысли. Сколько он так просидел? Минуты, часы, дни? А возможно, целые века? Время в Многомерной Вселенной течёт по-разному, это особо не имело смысла. Но в какой-то момент Неназываемый принял решение и начал потихоньку снимать установленные барьеры. Барьеры, на создание которых ушли мириады душ и тысячи лет.

Эта защита должна была стать страховкой Неназываемого на всякий случай, если вдруг дела пойдут совсем не так. В своём сознании Неназываемый думал, что это может быть массированная атака светлых богов, но никак не предполагал, что причиной станет его собственный страх. Жалел ли он, что активировал все свои заначки? Определённо, да. Тем не менее запасы законсервированной энергии, которые должны были восполнить его силы в тот момент, когда враги бьются о непреодолимые барьеры, он всё-таки не использовал. Так что часть заначки у него, можно сказать, осталась.

В итоге Неназываемый начал потихоньку открывать барьеры, поначалу посылая туда своих разведчиков. И то, что он увидел, ему очень не понравилось: след огромной армии, которая стояла около самых его врат. И нет, это не была армия светлых богов, которых во Вселенной практически не осталось. И это даже не была армия Охотников, которые пришли по его душу. И даже не Скверна заглянула на огонёк. А в воздухе витали эманации огромной армии Костяного Скульптора.

А это означало две вещи. Что интуиция у Неназываемого всё-таки сработала, ведь эта армия могла доставить ему огромные неприятности, и, значит, барьеры использованы не просто так. Но второе и главное: что Костяной Скульптор решил избавиться от него.

Какие были у Скульптора на это мотивы? Этого Неназываемый не знал, но обязательно узнает.

Придержав вскрытие следующих слоёв, разведчики Неназываемого полетели дальше по округе. И лишь убедившись, что армия окончательно ушла, а его собственные силы по его зову постепенно стягиваются к столице, Неназываемый начал открывать следующие слои. В первую очередь — узенькие «форточки», ну или лазейки, для того чтобы пропустить своих верных генералов.

Новости, которые они до него донесли, были противоречивы. Миры Скверны (то есть его, Неназываемого, миры) всё ещё были под атакой. Однако основной акцент союзных сил, в ядре которых был Орден Охотников, сместился. Чудесным образом сместился! Угадайте, на кого? Правильно — на войска Костяного Скульптора, который тоже пошёл в атаку.