Кодекс Охотника. Книга XXXIV (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 29

— Слушаю, брат.

Чтобы не терять время на слова, весь мыслеобраз, подготовленный мною, я отправил Кодексу.

Ответом мне было молчание. Минут через пять я осторожно уточнил:

— Ау? Ты здесь?

— Я думаю, брат… Я думаю…

По спине у меня побежали холодные мурашки. Это первый раз за всё общение с Кодексом, когда он не находил мгновенного ответа. Я всегда считал, что у Кодекса есть ответ на всё и всегда. Да, не всегда чёткий, но он есть. А прямо сейчас он думает. И что-то мне от этого стало немного стрёмно.

— Большая игра началась давным-давно, — осторожно начал Кодекс, и я замер, впитывая каждое слово. — Дети Вселенной осознали себя отдельными личностями, и некоторых не устраивал их родитель. Несмотря на то что он их породил, они хотели быть первыми и единственными. Вселенная терпелива и многогранна. Она находится в постоянном движении и развитии: плодятся новые сущности, умирают старые. И ей некогда думать о власти, да она и не умеет. Единственное, что её волнует, — это равновесие. Именно его она поддерживает, даже тогда, когда это самое равновесие нарушают её собственные творения.

— Вы так и не получили ответа на то, кто я есть, — тихо продолжил Кодекс, и внутри у меня ёкнуло: неужели я получу прямо сейчас ответ на самый главный вопрос? — Но дело в том, что у меня у самого нет на это ответа. Я просто в один момент осознал себя, осознал таким, как есть, — в полной силе и с чёткой целью. Подозреваю, что я всего лишь один из инструментов Вселенной, который должен поддерживать равновесие, как и все остальные: Свет, Инферно, Кодекс, некоторые другие явления… Ближе сюда подходит ваше определение «высшие энергетические сущности». Более правильного человеческого слова даже я подобрать не могу. Мы просто существуем, и мы просто помогаем поддерживать Вселенной равновесие. Но иногда Вселенная берёт в свои руки решение вопросов. Это случается редко, но эта информация от Хранителя… Я думаю, что это один из тех моментов, именно такой случай.

— Мы можем помешать этим планам? — осторожно вклинился я в монолог.

— Конечно, можем, — с лёгкой грустью ответил мне Кодекс. — Решение Вселенной не абсолютно, и действовать она так или иначе будет через других своих созданий. В этом случае, скорее всего, через Хранителей. Сможем ли мы справиться с Хранителями? Мой ответ: возможно. Надо ли нам это делать? Я не знаю.

И снова сердце упало у меня в пятки. Как же так? Кодекс, который всё знает и который вёл за собой наше братство в течение многих тысячелетий, не знает, что делать?

Конечно же, он считал мои мысли и эмоции, и в воздухе возник лёгкий смех.

— Ты знаешь, почему Охотники не становятся богами?

— Ну, очевидно, что мы этого просто не хотим, — буркнул недовольно я. — Да и ты сам запретил нам это делать, — добавил я, ещё более раздражённо.

— Ой ли? Действительно запретил? Гхм…

Тут я задумался, проворачивая в голове все те умные фразы старейшин, которые вбивались нам, когда мы были учениками.

— А… прямого запрета нет.

— Да вообще-то там никакого запрета нету!

Я задумчиво почесал голову.

— Почему это?

— Да потому что его действительно нет, — ответил Кодекс. — Это ваше и только ваше решение — не становиться частью настроек Вселенной.

— Настроек Вселенной? Это как?

Повеяло от этих слов чем-то странным и непонятным, но, кажется, я уже начал догадываться, о чём.

— Каждый бог получает новый инструмент от Вселенной. Все его силы, возможности — это уже другой уровень. Хочет он или нет, но божественная сущность встраивается в управляющую настройку и начинает участвовать в большой игре под названием «Сохрани равновесие». Вы же, оставаясь людьми, всё ещё имеете свободу воли. Несмотря на то, что сил у вас гораздо меньше, ваша воля принадлежит вам и только вам.

— Нормальный такой прикол, — хмыкнул я. — А почему ты нам об этом не рассказывал раньше? Возможно, услышав это, мы получили бы дополнительную причину не пробиваться в боги.

— А вам эта причина не нужна. Вы и так поступаете, как велит ваше сердце и ваша душа.

— Запахло пафосом, — хмыкнул я, пытаясь разрядить обстановку, в первую очередь — для себя самого, потому что-то, что я слышал, мне не нравилось. Абсолютно не нравилось.

— Так вот, все эти силы — высшие энергетические сущности, вроде меня, — мы чувствовали, что грядут перемены. И мы договорились выбрать этот Запретный мир полигоном для одного эксперимента. Правда, мы не ожидали такой реакции Вселенной. Думали, что угроза придёт с других эшелонов этого… как вы называете сами… межвселенского лифта. В общем, многие великие души вашего народа перевоплотились не в этом мире, в других. Каждый — в своём варианте. Сделано это было, дабы исключить возможность внезапного уничтожения всех сразу. Но на самом деле причина была в другом, — в голосе Кодекса послышался смех. — Мы переживали, что, окажись вы в одном мире, вы поубиваете друг друга.

— Так, стоп! Я попробую догадаться, — внезапно меня осенило. — То путешествие через Вселенные… И те энергетические всплески… Лекарь, Демонолог, Архитектор… Кто ещё? — спросил я быстро.

— Кое-кто ещё, — уклончиво сказал Кодекс.

— Кто конкретно из них воплотился?

— Скажу лишь, что практически всех из них ты знаешь лично. Больше сказать не могу. Это не моя тайна. И опасность уничтожения вас всех никуда не делась.

— Так, стоп! А про Охотников ты сказать сможешь? Артемис, Райнер, верно?

— Верно, — снова ответил Кодекс, но сделал это с какой-то грустью. — Ваша связь более сильна, поэтому в будущем, возможно, вы сможете встретиться.

— Возможно? — усмехнулся я. — А что мне мешает прямо сейчас позвать Беллу и рвануть в межмирье, собирая всех этих долбаных перерожденцев в одну армию?

— Что помешает? — печально сказал Кодекс. — Да практически всё. Все они находятся в Закрытых мирах с ограничениями, как у тебя. И выйти оттуда смогут только самостоятельно, когда доберутся до сути и найдут каждый свой ключ. У тебя это были мечи Рода Галактионовых. У них… Ну кто знает? — внезапно задумался Кодекс. — Хотя некоторые из них вряд ли будут этим заморачиваться. Парочка из этих весёлых товарищей всего лишь наслаждаются жизнью и отрываются по полной. Я думаю, что, если они вдруг попадут в изоляцию, они даже ничего и не поймут. Ведь новая жизнь так прекрасна!

— Кажется, я начинаю подозревать, про кого именно ты сейчас говоришь, — хмыкнул я. — Если моя теория верна, то каждый из вас, энергетических сущностей, блин, специально выбрали самых отмороженных последователей.

— Без комментариев, — сурово кивнул Кодекс.

— Хорошо, — сказал я. — Но что мне делать с Хранителями?

— Я не могу тебе ничего советовать. Я — творение Вселенной, созданное для её управления и поддержания Равновесия. Ты — человек, рождённый, чтобы жить и принимать решения своим сердцем и своей душой. Решай мудро, брат!

Кодекс исчез из моего сознания, а у меня в голове остались только слова — очень нехорошие, матерные слова. Вот только если я начну выкрикивать их сейчас, то, в отличие от глубокого уровня, где встречался с Хранителем, здесь вокруг находятся мои гвардейцы, и они подумают, что их господин поехал кукухой. Нервно как-то всё это в последнее время. Решай душой и сердцем, блин. Решай мудро…

Ну ладно, так и сделаю, но! Заметьте, не я это предложил…

Глава 14

— Думай сердцем, решай душой — говорили они. Будет весело!

Тут я хмыкнул. Ну да, такого они не говорили. В смысле, не говорил он. Кодекс.

Прямо сейчас Пашка паковал очередного Хранителя в пространственную тюрьму своего «приемного отца», также Хранителя и бывшего графа Дорничева.

Кодекс сказал мне решать, и я решил. Да, знаю, Многомерная Вселенная будет раскачиваться достаточно долго. И убирать мир Земля в пространственный канал она бы собралась через год-два, а может быть, и через сто. Но, что-что, а этим рисковать я не хотел, ведь малейшая ошибка, минутное опоздание — и всё. Как выйти из пространственного кармана Вселенной, лично я точно не знал, поэтому решил действовать превентивно.