Кодекс Охотника. Книга XXXIV (СИ) - Винокуров Юрий - Страница 18

— Договорились.

Я услышал последний всхлип, вроде Белла успокоилась. Кажется, Сандр, ты потихоньку учишься обращаться с женщинами…

Глава 9

Многомерная Вселенная

Изнанка Запретного мира

Три тёмные богини сидели на своем любимом пляже. Вот только удовольствия ни в их глазах, ни в их позах сторонний наблюдатель вряд ли бы заметил.

Алкогольные коктейли стояли нетронутыми, а вокруг царило молчание, прерываемое лишь шумом волн, которые ленивым прибоем накатывались на песчаный берег.

— И что будем делать? — Тёмная сидела на шезлонге, подтянув ноги и обхватив колени, как маленькая девочка, встревоженная или испуганная чем-то.

Хотя почему «как»? Богиням было тревожно. Очень тревожно. Ведь они осознали, в какую ситуацию прямо сейчас все они попали.

— Надо идти к Сандру, — Морана закуталась в большой клетчатый плед — так, что только глаза и нос торчали наружу.

— Ага, только его сейчас во Вселенной нет, — сказала Пандора, единственная из всех, которая пыталась показать, что сейчас всё в порядке и чувствует она себя комфортно. Она даже попыталась сладко потянуться на шезлонге, но её привычная кошачья грация отсутствовала, движения были резкими и дёргаными, что говорило о том, что Пандора тоже напряжена. Очень сильно напряжена.

— Да, но он же когда-нибудь вернётся? — возразила Морана.

— А если нет? — хмыкнула Пандора.

И все внезапно замолкли, с ужасом глядя в пространство. Их всех поразила одна и та же ужасная мысль.

А что будет, если действительно Сандр куда-то пропадёт? Их клятва сдерживать непрошеных гостей в этом мире никуда не денется. А то, что сейчас надвигается на Запретный мир, перемелет их без остатка.

Здраво размышляя, три богини пришли к выводу, что и Сандр тут вряд ли поможет. Но уж слишком верили они этому странному Охотнику. Ну, или хотели верить. Ведь если это не так, то они умрут. А умирать им совсем не хотелось.

— Костяной забрал Тириуса и Арона, — тихо прошептала Морана и зябко поёжилась под пледом.

Это были тоже страшные события. Костяной Скульптор забирал их братьев и сестёр к себе в вечное служение, убивая их, воскрешая и пересобирая — как тело, так и душу. Те кадавры, внутри которых хранилась сломанная божественная сущность, внушали реальный ужас — как своим видом, так и фактом своего существования. Существования, которое доставляло боль, как им самим, так и всем окружающим.

— Я не хочу стать костяком, — жалобно добавила Морана. — Я не хочу терять своё тело.

— Ну, ты богиня Смерти, — в первый раз за разговор хмыкнула Пандора. — Ты и так, вроде как, мертва. Тебе чего бояться?

А вот Моране было не смешно.

— Смерти бывают разные. И то, что делает Костяной, — это не смерть, это проклятье. Поверьте, подруги, я вам точно не пожелаю такой участи.

И снова девушки замолкли, погрузившись каждая в свои мысли. И так же одновременно они вытянули головы, заранее почувствовав гостя.

Беззвучно на их пляже проявилась прекрасная воительница в сияющих ледяных доспехах. На голове у неё был фирменный шлем с крыльями.

Фрида, мать всех Валькирий, явила своё присутствие трём тёмным богиням.

— Странно, — её красивое лицо исказила лёгкая усмешка. — Я думала, что вы сейчас бухаете с горя, заливая свою печаль и проблемы.

— Чё припёрлась? — Тёмная мгновенно выпрямилась, встала и вызывающе задрала подбородок. Одно дело — показать свою слабость перед старыми подругами, которые боятся точно так же, как и она сама, а другое — перед этой заносчивой светлой, которая явно пришла сюда поглумиться над ними.

— Я пришла к вам с информацией, — сказала Фрида. — Вы же уже поняли, что творится во Вселенной и что является главной целью всех армий?

— Да, уже поняли, — Морана не спешила вылезти из-под пледа, но скинула его, по крайней мере, с головы, и так же откинулась на шезлонге в более свободной позе. — А вот что собирается делать Один?

— Один? — Глаза Фриды на секунду сверкнули льдом. Улыбка стала чуть шире, но она была какой-то грустной. — Один вышел из игры. Он будет праздновать в Асгарде.

— Праздновать что? — удивилась Пандора.

— Да вот и я хотела бы знать, что, — развела руками Фрида, на секунду представ не богиней, а обычной уставшей женщиной, муж которой творит несусветную херню. — Но это не важно. Смысл в том, что армии Асгарда поведёт не он. Это будет Ульрих. Урождённый Сигурд.

— Вот как? — Тёмная быстро сообразила, что к чему. — Это получается, по этим человеческим законам он Сандру кто?

— Вроде как тесть, — улыбнулась Фрида.

— А ты, кстати, своего внука видела? — к Тёмной, хоть и ненадолго, но вернулось их обычное игривое настроение.

— Нет, — с грустью покачала головой Фрида. — В отличие от вас, у меня нет времени выстраивать свои проекции. Но я его чувствую. Собственно, именно поэтому я к вам и пришла.

— Тебе принести фотографию? — рассмеялась Тёмная. — Можем обеспечить. Ну а пока лови…

Она бросила мыслеобраз, в котором маленький Сан Саныч заливался смехом своим беззубым ртом, а его голубой и красный глазки взирали на смотрящего с какой-то взрослой иронией.

— Какой красавчик, — умилилась Фрида. — Спасибо. Но я не посмотреть на него пришла. Я — предупредить. Один давно не в себе. Я подозревала влияние инородных сил, поэтому сделала так, что Первородный Хлад ушёл из Асгарда. Ушёл в моём сыне и моей невестке. А вот то, что случилось дальше, вы сможете угадать сами.

— Он в маленьком Сашке? — вскрикнула Тёмная, догадавшись. — Но как это возможно? Как это может удерживаться в одном маленьком тельце? А если… а если он прорвётся? Этот мир ничего не спасёт! Это же… — Тёмная всполошилась и начала бегать по пляжу, заложив руки за спину.

— Спокойно! — Фрида подняла руку. — Спокойно. Он не вырвется. Душа Охотника не даст ему это сделать. Это единственная во Вселенной преграда, которая может удержать всё, что угодно.

— Так это было тобой подстроено? — выпучила глаза Тёмная, резко остановившись.

— Без комментариев, — хмыкнула Фрида. Но, судя по её глазам, прямо сейчас долбаная светлая испытывала какую-то дикую гордость. — Я пришла сказать о другом. Локи сошёл с ума. Он вбил себе в голову, что Первородный Хлад даст ему возможность освободиться от контроля Костяного. При этом его новые силы не только останутся, но и увеличатся. Он метит в высших богов, долбаный дегенерат. И он ни перед чем не остановится, чтобы добраться до этого ребёнка. Так что я предполагаю, что из всех бедствий, которые грозят этому несчастному мирку, первыми придут армии Костяного, и первым будет именно Локи.

— И что ты предлагаешь? — поёжилась Морана, снова машинально накинув на голову часть пледа.

— Нам надо его остановить. Остановить на подступах. Ведь если армия Костяного прорвётся в этот мир, то, даже несмотря на то, что там будет Сандр, этот мир может умереть. Поэтому, девочки, слушайте сюда!

Как только я и Первый Легион Земли вернулись в наше измерение, я почувствовал, как вокруг моего воинства начала закручиваться спираль самого Мироздания, определившая гуляющих вдали от «дома» детей, как инородные сущности. Встречавшие нас гвардейцы рефлекторно похватались за оружие, несмотря на то, что глазами видели — это пришли их боевые товарищи.

— Чёрт! — прорычал я, накрыв войско защитным куполом. — Белла, это что за хрень?

Эльфийка невесело улыбнулась.

— Это бонус для путешественников между мирами, если они не являются Странниками, как я, ну или Охотниками, как ты. В первом случае нас Вселенная вообще не видит, мы для неё нейтральны. Ну а у тебя слишком пластичная душа. Что касается обычных людей, ну, даже таких сильных, как легионеры… — Белла кивнула на моих бойцов, которые оружие не доставали, но были на всякий случай в боевой готовности. — … то Вселенная воспринимает их, как чужеродных микробов, которых нужно уничтожить. Ну или, если хочешь использовать другое выражение, — вылечить.