"Фантастика 2025-73". Компиляция. Книги 1-13 (СИ) - Степаненко Сергей - Страница 229

Усыпанное звездами небо стремительно затягивалось тучами, но я все же рассмотрел вдалеке речную гладь. Через час мы уже стояли на берегу, размышляя над тем, как попасть на другую сторону. На сей раз в наличии не было даже радужного моста. Одна надежда — на водяного. Выудив из бокового кармана рюкзака пару цехинов — универсальной валюты миров содружества — я передал один Роме, второй кинул в воду и, глубоко вздохнув, шагнул вперед. Река под ногами тут же покрылась коркой льда. Однако… Шаг, еще шаг — хрустит, но держит! Ромка осторожно ступал след в след и тихонько напевал:

— Гулять по воде, гулять по воде со мно-ой…

— Для водяного стараешься? — сострил я.

— Ага, — не стал он спорить.

Выбравшись на противоположный берег, я обернулся. Ледяной мост растаял, как и не было.

— Чудеса-а… — протянул Ромка.

Я согласно кивнул и направился к темневшему неподалеку лесу. Пора и про ночлег подумать. Все равно идти в темноте — смерти подобно. Облюбовал поросшую густым кустарником полянку, сбросил рюкзак, выставил защитный барьер. Поручив сыну обустраивать стоянку, развел костер из сухостоя и занялся ужином. Гостеприимные чириги за целый день и куска хлеба не принесли.

Разложив карематы и приготовив посуду, Ромка присел напротив меня.

— Пап, я вот чего подумал…

— Ну?

— Мерлин не сообщил, куда именно нам двигаться.

— А карта на что? — удивился я.

— Но ведь компас по-прежнему не работает! К какому из замков идти?

— Не все ли равно? — пожал я плечами. — Тем более что все они — миражи. И только время от времени становятся материальными. Так что развернем карту и тупо попрем к ближайшему. Или есть другое мнение?

Ромка отрицательно помотал головой.

— Самое противное, я не могу просчитать заранее, что ждет нас в пути. Амешт для меня — полнейшая терра инкогнита. Смешно! Это родной мир моего отца, а я о нем ничегошеньки не знаю.

«Ой ли?» — ввернул внутренний голос, но я не понял, что он имел в виду.

— Что значит — родной мир твоего отца? — удивился сын.

— То и значит. Амешт — вотчина Хайвергов, слуг Бесформенного. Мой отец — из их рода. Кстати, и Моргане Амешт тоже дом родной, так что Мерлин ничуть не преувеличивал, что нам придется выступить вдвоем против целого мира.

Ромка промолчал, но сошедшиеся на переносице брови говорили о напряженной работе мысли. Я не стал задавать вопросов: захочет — расскажет.

Лишь устроившись с миской и ложкой возле меня, сын наконец-то подал голос:

— Пап, можно вопрос? Личный.

— Ну?

— Как вы с мамой познакомились?

— Как-как… первого сентября в первом классе.

Ромка хихикнул.

— Да я не о том, — хитро усмехнулся он, — как вы встречаться начали, и вообще…

— Как? Да обычно, в общем, — пожал я плечами и принялся рассказывать. И вспоминать…

Последний день последних школьных каникул…

Лето закончилось, что и обидно. На пару с Царевым мы стояли на залитом солнцем школьном дворе, ждали явления классного руководителя и наблюдали за стайками щебечущих девчонок, оккупировавших все школьные скамейки.

— Корень, ты шо молчишь, как неродной?! — вопросил Серега, закончив рассказ о каникулах в спортивном лагере. — Где тебя все лето черти носили?

Я неопределенно пожал плечами:

— Да так, у дядьки гостил.

— И шо?! Чем занимался?

— А, ничем… Книги читал, на диване валялся. Скука смертная этот их Курск.

— Да, не повезло… А мы тут на Демерджи…

Серега принялся выкладывать очередную малоправдоподобную историю, но я его почти не слушал. Если б можно было, я рассказал бы ему о своих каникулах. Два месяца в Паутине, экскурсия по Академии КС, десяток новых миров. Черт, я даже цверга живого видел! И ничего из этого я не мог рассказать лучшему другу! Даже не потому, что дал слово дядьке. Просто Серега не был «пауком», а потому знания о Паутине ему совершенно ни к чему.

Наверное, именно тогда я впервые ощутил барьер, отделивший меня от других людей. Но тогда это не казалось мне проблемой. Впереди ждала жизнь, полная приключений, так стоит ли заморачиваться по мелочам?!

Из-за угла вывернула троица новых персонажей, и мое внимание тут же переключилось на них. Двое — признанные школьные красавицы, Натка и Вероника, как всегда действовали на психику с убойной силой: одинаковые микрошорты на бесконечно длинных ногах, майки в облипочку, подчеркивающие аппетитные формы. Длинные локоны развеваются на ветру. Впрочем, эта красота не про нас: «звезды» предпочитали парней постарше и побогаче. А вот третью их подружку я увидел впервые и теперь с интересом разглядывал загорелую до шоколадного оттенка блондинку, чьи волнистые выгоревшие локоны рассыпались по острым плечикам. Спортивную фигурку подчеркивало строгое платье до колен, а каблуки, как мне казалось, здорово ей мешали.

— Глянь, — я ткнул Царева локтем в бок, — у нас новенькая?

— Где? — оживился товарищ, но тут же поскучнел: — Ну ты чайник, Корень! Это ж Сагирова!

— Юлька?! — обалдел я. — Ну ни фига себе!

Царев хлопнул меня по плечу и заорал на весь школьный двор:

— Эй, Сагирова! Богатая будешь! Корешок тебя в упор не узнал! — Тут он сделал вид, что только сейчас заметил ее подруг: — Опа! Дубль-Барби! Где своих Кэнов посеяли?

Он двинулся навстречу подружкам, а я шел следом, действительно чувствуя себя полным идиотом. Не узнать девчонку, с которой три года просидел за одной партой — это талант иметь надо! Вот только еще весной Юлька была серой мышкой со смешными хвостиками, наряженная в бессменные джинсы и простенькие клетчатые рубашки. Мы всегда неплохо ладили, но как девушку я ее никогда не рассматривал. До сегодняшнего дня.

— Привет, Юль. — Я подошел прямо к ней, как бы невзначай оттеснив плечом балагура-товарища. — Слушай, давай в кино сходим?

— Кино? — Она слегка задумалась. — А давай! Хичкока любишь?

— …Ну, как-то так оно и было, — закончил я рассказ. — А теперь — спать. Денек предстоит долгий.

Ромка не стал спорить, замотался в одеяло и быстро засопел.

Я же остался у прогоревшего костра и вспоминал, вспоминал… Картины из давно минувшей юности вставали передо мной как живые…

Музыка гремела, гирлянды мигали, всеми забытая елка сиротливо жалась в углу спортзала. Старшеклассники с приглашенными гостями лихо отплясывали, празднуя скорый приход нового года.

Я топтался на «подиуме» возле Царева, бессменного школьного диджея на протяжении последних трех лет. Сейчас место рядом с ним занимал восьмиклассник Колян Шкурко, которого Серега обучал своему великому искусству.

Я высматривал в толпе Юлю, но ее нигде не было. Моя девушка еще полчаса назад ушла «пошептаться» с подружкой и пропала. По этому поводу я медленно закипал, посылая на бестолковую голову подружки незамысловатые проклятия. В конце концов, время идет, а мы с Юлькой едва парой слов перекинуться успели.

— А сейчас — белый танец! — разнесся над залом знаменитый царевский баритончик, от которого млела половина школьных дурех. — Дамы приглашают кавалеров. Диджея не трогать, он на работе, — тут же добавил Серега, но его это не спасло: от Иришки так просто не отобьешься. Тем более что за пультом сидел Колян, которого приглашать никто и не собирался.

Я еще раз обвел взглядом зал, не обнаружил Юльку и нацелился в дальний угол, дабы не смущать неокрепшие умы (как лучший друг диджея, я тоже пользовался определенной популярностью). Не успел сделать и трех шагов, как дорогу мне заступила вторая красавица школы Вероника.

О, эти бесконечные ноги в сочетании с каблуками и мини-юбкой, эти соблазнительные формы и волнистые волосы, огромные глаза… убийственный арсенал, которым красотка умела пользоваться в совершенстве.

— Потанцуешь со мной, Артурчик? — спросила она, взмахнув длинными ресницами.

— Э-э… — Я растерялся. С одной стороны, не каждый день тебя такая красавица на танец приглашает; с другой — Юлька, которая мне этого так не оставит.