Где кончаются нервы (ЛП) - Секстон Мари - Страница 10

Я сжал руки на коленях, сосредоточившись на них, а не на нем.

- Это звучит нелепо, но иногда, когда мне становится по-настоящему больно, я прислоняюсь к углу или к какому-нибудь выступу. В общем, ко всему острому. Изо всех сил.

- От этого еще больнее, верно?

- Да. - Я кивнул, не поднимая глаз. - Это причиняет адскую боль. Но когда я перестаю...

- Это облегчение, когда боль прекращается, даже если первоначальная боль все еще остается.

- Да. – Наконец, я встретился с ним взглядом. - Именно так.

- И, конечно, первоначальная боль уменьшается из-за выброса эндорфинов.

- Наверное. Все, что я знаю, это то, что бывают ночи, когда либо таблетки, либо стена. Или и то, и другое.

- Вот почему ты здесь. - Он отложил мою карту. - План состоит в том, чтобы избавить тебя от таблеток. И стены.

- Большинство людей сразу сказали бы тебе, что я не в себе.

Майкл рассмеялся.

- Боюсь, с этим я мало что могу поделать. - Он прошел мимо меня к крошечному комоду за столом, на котором я сидел.

- Прежде чем мы начнем, - сказал я, - в прошлый раз ты сказал мне, что для лечения потребуется несколько посещений. Это... все еще реально?

- Хотел бы я сказать, что это мгновенное решение, но это травма, которая давала о себе знать долгое время. На ее устранение потребуется некоторое время.

- Проблема не во времени. - Я сглотнул, гадая, каково это, в буквальном смысле проглотить свою гордость. - Все дело в деньгах.

- Ну, мы могли бы что-нибудь придумать. Как я уже говорил, поскольку страховка не покрывает акупунктуру в большинстве случаев, я часто сталкиваюсь с этим. Мы можем что-нибудь придумать.

- Да, но я не уверен, что ты сможешь это преодолеть, когда речь идет о еде или иглоукалывании. - Горько рассмеялся я.

Майкл появился в поле моего зрения, и когда я посмотрел на него, его брови приподнялись.

- Ты же не откажешься от еды ради этого, не так ли?

- Не в этот раз. Но я могу заложить ровно столько барахла, сколько даст мне заплатить за это.

- Ох. - Он прикусил нижнюю губу, рассеянно теребя обертку на одной из игл, которые держал в руке.

- Правда, ох. - Я вздохнул. - Что в этом плохого? Год назад у меня почти все было под контролем. Я все еще боролся, но уже почти достиг того уровня, когда мог сводить концы с концами. Затем ситуация на рынке жилья ухудшилась, и в довершение всего, как я уже говорил, я потерял своего делового партнера и парня с разницей в несколько месяцев, в результате чего у меня остался бизнес и вся ипотека, и... - Я разочарованно махнул рукой. - Теперь я в полной заднице. - Я сделал паузу. - И по какой-то причине я рассказываю тебе историю своей жизни. Клянусь, я не пытаюсь вызвать сочувствие, я...

- Объясняешь, откуда это пошло, - сказал он, кивнув. - Я понимаю. И мне знакомо это чувство, поверь мне. Стоимость жизни в этих краях непристойна.

- Мягко говоря.

- Я начинаю задумываться, не является ли естественным состояние каждого в этом районе «едва сводить концы с концами».

- Даже для врача?

- Да. Честно говоря, я бы переехал из Такер Спрингс, если бы мог. Мне здесь нравится, но это чертовски дорого.

- Так зачем же оставаться?

- Мой ребенок. - Он провел большим пальцем по краю папки, которую держал в руках. - У нас с его матерью совместная опека, и это как бы… все усложняет. - Он замолчал, его взгляд стал рассеянным. Затем он встряхнулся, возвращаясь к жизни. - В любом случае. Я пытаюсь продержаться. Посмотрим, улучшится ли ситуация в экономике, и сделаю все, что в моих силах, чтобы привлечь больше пациентов. Ты знаешь, как это бывает.

- Да, я знаю.

- Конечно, у меня тоже есть это место. - Он обвел рукой комнату. - Накладные расходы и все такое.

- Боже, я знаю, как это бывает. – Застонал я. - Как бы я не желал этого своему злейшему врагу, иногда приятно знать, что я не один такой.

- Правда? - Он невесело рассмеялся. - И вот еще. В качестве бонуса мне пришлось ежемесячно менять квартиру, что, конечно, обходится дороже, потому что я не знаю, смогу ли я все еще позволить себе это через три, шесть, двенадцать месяцев.

- Ох. Что ж, просто радуйся, что ты не застрял с этой проклятой ипотекой.

- Я радуюсь. Поверь мне, радуюсь каждый день. - Его взгляд стал отстраненным. - Но, полагаю, у каждого из нас есть свой крест, который нужно нести.

- Да. - Мне стало интересно, что еще давит на его плечи. - Думаю, да.

Наши взгляды встретились.

Затем Майкл прочистил горло и положил папку на сиденье рядом со столом.

- В любом случае. Снимай рубашку и ботинки и ложись на спину.

- На этот раз без автомобильного аккумулятора?

- Пока нет. - Он рассмеялся. - Ты просто немного расслабишься с помощью нескольких игл, а потом я переверну тебя лицом вниз, чтобы провести электростимуляцию лопаток.

«Шоковая терапия» подумал я.

- Не могу дождаться.

Майкл только усмехнулся.

Он, должно быть, всадил больше дюжины игл, и они не были сосредоточены на моем плече. Руки. Ноги. Две у меня на голове. Видимо, это как-то связано с успокоением печени и работой желчного пузыря. Я слушал его объяснения вполуха; его пальцы были на мне, и никакие разговоры или втыкание острых предметов в мою кожу не могли отвлечь меня от них. Я почти не чувствовал уколов. Когда он осторожно раздвинул мои волосы, по моим нервным окончаниям пробежал электрический разряд, и мне было все равно, увидит ли он, как я покрываюсь гусиной кожей. Пока я мог сдерживать себя от того, чтобы заметно возбудиться, у меня все было хорошо, и каким-то образом я оставался спокойной в этом плане.

На самом деле, я был спокойнее, чем когда-либо за долгое время. Да, я ощущал его присутствие и его прикосновения, но... спокойный. Расслабленный. Никогда не думал, что буду чувствовать себя так, хотя, наверное, выглядел как подушечка для булавок, но после прошлой ночи я смирился.

Я смутно осознавал, что Майкл двигается рядом со мной. Он встал - очевидно, он сидел? Черт, я сбился со счета и отошел от стола.

- Удобно? - спросил он.

- Очень. - Всего одно слово, и мне потребовалось невероятное усилие, чтобы выговорить его. - Могу заснуть.

- Хорошо. Я вернусь минут через двадцать.

Он приглушил свет, пока не превратился в невыразительный силуэт на фоне стены. Когда он открыл дверь, из коридора хлынул яркий холодный свет, осветив его на мгновение, прежде чем он вышел. Дверь за ним захлопнулась, и в комнате снова стало почти темно.

Мои веки отяжелели, поэтому я позволил глазам закрыться.

Какое-то время я то приходил в себя, то отключался. То ли дремал, то ли позволял своим мыслям блуждать. Сначала я старался лежать как можно тише, потому что не мог вспомнить, где были все иглы, но вскоре у меня все равно пропало желание двигаться. Мне было слишком комфортно. Слишком расслабленно.

И пока я наслаждался этой мирной сонливостью, мои мысли вернулись ко всему, что мы с Майклом обсуждали ранее. Хотя сама мысль о деньгах могла бы легко свести на нет все это расслабление, на этот раз этого не произошло.

Я уже не чувствовал себя таким жалким неудачником, когда понял, что не я один испытываю трудности. Или это, или просто в этой лодке было достаточно места для всех нас.

Мои глаза распахнулись. Майкл был в такой же ситуации, как и я. Едва сводя концы с концами, борясь с прожиточным минимумом.

Что, если...

Что бы подумал гетеросексуальный парень о жизни с геем? Что бы я подумал о жизни с потрясающим сексуальным парнем, к которому я не мог прикоснуться? Тем не менее, отчаянные времена, как правило, требуют отчаянных мер, и привлечение незнакомцев в качестве соседей по комнате квалифицировалось как отчаянная мера. Переезд такого парня, как Майкл, в мой дом, возможно, и не сильно облегчит сексуальную неудовлетворенность, но, несомненно, немного уменьшит боль от вида моего банковского счета.

У меня было свободное место. С тех пор как Уэс уехал, комната для гостей вообще не использовалась. Единственными ночными гостями, которые у нас бывали, были его родители, которые приезжали к нам каждые пару месяцев, и я почти не заходил в свой домашний офис теперь, когда у меня был ноутбук. Я мог бы легко освободить эту комнату для Майкла или его сына.