Где кончаются нервы (ЛП) - Секстон Мари - Страница 1

ГДЕ КОНЧАЮТСЯ НЕРВЫ

Автор: Л.А. Уитт

Серия: Такер Спрингс #1

СПАСИБО Мэри Секстон за то, что терпела меня в те выходные, когда я вывихнул а запястье и решил а сбежать из Небраски на несколько дней, что дало нам возможность пофантазировать о том, каким в конечном итоге станет Такер Спрингс.

Добро пожаловать в Такер Спрингс, штат Колорадо, где вас ждут прекрасные виды на горы и возможность учиться в одном из двух престижных университетов - если вы сможете позволить себе там жить.

Джейсону Дэвису больно. Все еще переживая тяжелый разрыв отношений, он изо всех сил пытается выплатить обе половины долга по ипотеке и свести баланс в своем захлебывающемся бизнесе. Как будто эмоциональной и финансовой боли было недостаточно, мучительная травма плеча, которую он пол учил несколько лет назад, не дает ему спать по ночам. Когда перед ним встает выбор между медикаментозным лечением и бессонницей, он прислушивается к совету друга и пробует иглоукалывание.

Иглотерапевт Майкл Уитман - отец-одиночка, пытающийся свести концы с концами, а его домовладелец только что повысил арендную плату. Когда новый пациент Джейсон, рекомендованный общим другом, предполагает, что совместное проживание может принести пользу им обоим, Майкл не упускает возможности.

Найти соседа по дому был о бы лучшей идеей, которая когда - либо приходила Джейсону в голову, если бы не его влечение к Майклу, у которого, похоже, аллергия на ношение рубашек в доме. Тем не менее, небольшое сексуальное напряжение - небольшая плата за боль и финансовое облегчение. Он будет держать свои руки и чувства при себе, так как Майкл натурал... не так ли?

Глава 1

ОДНА ночь без боли казалась мне не такой уж большой просьбой. Всего восемь проклятых часов непрерывного беспамятства. Никакого обжигающе-горячего душа в три пятнадцать. Не нужно было сдерживать тошноту, чтобы проглотить несколько таблеток. Я не просыпался с мыслью, что меня переехал грузовик.

Одна. Ночь.

Либо я действительно просил слишком многого, либо обращался не к тому божеству, потому что я снова проснулся. А сегодня ночью боль была невыносимой.

Раскаленное добела лезвие, протянувшееся от моей левой ключицы к задней поверхности плеча, вырвало меня из полузабытья. Не имело значения, сколько раз это происходило, это всегда пугало меня, и у меня всегда слезились глаза.

Сдерживая проклятия, я осторожно высвободился из рук - Кайла? Кевина? - и осторожно сел. Выпрямившись, я сделал несколько медленных, глубоких вдохов, пока боль не утихла настолько, что я смог сфокусировать взгляд.

Будильник показывал начало шестого, а это означало, что я проспал меньше часа. Это было просто жестоко, черт возьми.

Мне нужен был горячий душ. Я встал, двигаясь осторожно и тихо, чтобы не разбудить… как бы его там ни звали.

В душе я закрыл глаза и дышал, пока вода, ставшая настолько горячей, насколько я мог выдержать, била мне в плечо. Мой врач настаивал на применении льда, а не тепла, но к черту это. Лед усиливал спазмы.

После десяти минут под горячей водой боль немного отступила. Я пытался найти утешение в этом незначительном облегчении, но знал, что это не так. Как только я выходил из душа, боль тут же возвращалась, вонзая невидимые зубы в мое левое плечо.

Медленно переведя дыхание, я сосредоточился на своем плане действий. Как только выключу воду, у меня будет меньше пяти минут, чтобы спуститься вниз, что-нибудь съесть и принять обезболивающее. Еще немного, и спазмы могут возобновиться, прежде чем я смогу остановить их. Если я смогу успеть за это время, у меня будет небольшой шанс немного поспать.

По крайней мере, теоретически.

Вытираться полотенцем с разъебаным плечом никогда не было приятной процедурой. Я вытерся насухо, чтобы не размазать капли по деревянному полу - поскользнуться и ушибить задницу было бы печально.

Я просто молил Бога, чтобы мне удалось добраться до обезболивающих до того, как вернутся спазмы, тем более что иногда было так больно, что меня тошнило. Это усложняло задачу «съесть несколько кусочков и принять таблетку».

Обернув полотенце вокруг талии, я направился вниз. На кухне я включил свет над плитой. Я не был большим любителем полуфабрикатов, но держал что-нибудь вроде рогаликов на случай, если мне понадобится принять обезболивающее. Что-нибудь быстрое, что не усилило бы тошноту, которая появлялась в самые тяжелые ночи. Такие ночи, как эта.

Я бы оставил все это наверху, вместе с обезболивающими, но я убедил себя, что если мне придется полностью проснуться и спуститься на кухню, вместо того чтобы глотать таблетки в полусне, то я буду принимать их только в случае крайней необходимости.

Теоретически.

Я остановился на половинке рогалика и, пока медленно и осторожно его съедал, не отрывал взгляда от пузырька с таблетками, как делал каждый раз, когда такое случалось.

Джейсон, неужели сегодня все так плохо?

Ты можешь смириться с этим и спокойно уснуть?

Тебе действительно это нужно?

Я повел плечом, и это движение расчертило по ключице и мышцам ярко-красные линии. У меня защипало в глазах, и пару секунд я не мог даже вздохнуть. Да, мне нужна была таблетка.

Я проглотил ее. Через несколько минут я вернусь в постель, и, если повезет, наркотик подействует еще до рассвета. Надеюсь, это хотя бы снимет напряжение; я так долго употреблял это дерьмо, что привык к нему, но с каждым разом оно помогало все меньше и меньше. Мой врач предлагал увеличить дозу или принять более сильный наркотик, но я отказался. Я и так был достаточно зависим.

Вздохнув, я оперся руками о столешницу и медленно наклонил голову, пытаясь размять мышцы на лопатках. Не то чтобы это помогало, но это не останавливало меня от попыток.

Нужно было что-то менять, помимо дозы обезболивающего. У меня был бизнес, которым нужно было управлять, жизнь, которой нужно было жить. Недостаток сна и обилие боли мешали мне во всем, начиная от вождения машины и заканчивая получением удовольствия от моего жалкого подобия сексуальной жизни.

Поджав губы, я посмотрел на лестницу, ведущую в мою спальню, где Кевин - нет, я был уверен, что его зовут Кайл - все еще спал. Было бы здорово хоть раз заняться с кем-нибудь сексом, не меняя все, что мы делали, чтобы не травмировать плечо. Ничто так не портит настроение и не притупляет остроту оргазма, как жестокая, неослабевающая боль. Я даже не мог больше наслаждаться грубым сексом, потому что все время боялся, что стремление к приятной боли вызовет не очень приятную боль. Секс был не очень привлекательным, когда он был только конечным результатом.

Но вчера вечером, когда я собирался закрывать клуб, Кайл бросил на меня такой взгляд, что мне не потребовалось много времени, чтобы понять: О, какого черта? Он был милым, агрессивным и чертовски хорошо целовался. Когда я слышал его сквозь музыку, он шептал мне на ухо непристойности. Одна кокетливая рука на моих брюках, и я перестал пытаться отговорить себя.

Я потер плечо, молча умоляя, чтобы спазмы не распространялись на шею или спину, пока не подействуют лекарства.

Это нужно было прекратить. Я не мог так жить.

«Знаешь, - эхом прозвучал у меня в голове голос моего друга Сета, - я все время твержу тебе...»

«Я отказываюсь от иглоукалывания. Если я собираюсь тратить деньги, то лучше потрачу их на то, что реально помогает, понимаешь?»

«Как хочешь, - сказал он, пожав плечами, и вернулся к работе над моей татуировкой. - Но если ты передумаешь, позвони мне, и я сведу тебя с парнем, который сможет помочь»