Я оставляю тебя в живых - Дениссон Флориан - Страница 13

– Кожа очень сухая, – пояснила она. – Гораздо суше, чем у трупа. Что указывает на то, что кожа нападавшего отшелушилась раньше, или на некое кожное заболевание.

– Кожное заболевание? – повторил Максим.

– Ихтиоз или что-то подобное. Это вполне могут быть отмершие чешуйки кожи. Разумеется, я проведу исследования.

– Отмершие чешуйки кожи? – повторил Максим, опасаясь, как бы она в конце концов не сочла его попугаем. – Но если они не принадлежат жертве…

– Это-то и странно. Вам решать, зацепка это или нет. Вы – мозг, а я только кромсаю тело.

– Есть еще что-нибудь? ДНК? Отпечатки пальцев?

Диана покачала головой:

– Никаких сторонних следов, за исключением обнаруженной под ногтями кожи; отпечатки проверены по базе. Безрезультатно. Это тоже представляется мне странным.

Она повернулась и, обогнув стол с трупом, подошла к Максиму.

– Я вот думаю: если они боролись и жертве удалось поцарапать нападающего, – продолжала она, – то почему нет других следов?

– Действительно странно…

Диана подняла палец и широко улыбнулась:

– Ах да, чуть не забыла! Гвоздь программы!

Она прошла мимо Максима к широкой рабочей поверхности у левой стены и, выдвинув ящик, достала пластиковый пакет вроде тех, что в жандармерии используются для вещдоков. Помахала им в воздухе и объявила:

– Не имеет никакого отношения к собственно моей работе, но я обнаружила это в заднем кармане штанов жертвы, когда разрезала. Штаны, а не жертву. Криминалисты, похоже, не обратили внимания, а поскольку я знала, что вы придете…

Она протянула пакет Максиму.

На находящемся внутри сложенном вдвое пригласительном билете было написано:

12

После визита в Институт судебно-медицинской экспертизы Максима и Дарио позвали в кабинет судебного следователя, назначенного прокурором Республики.

В итоге судебным следователем стал Моллен, и без того обремененный сложным делом о бойне в Шевалине. Максим прежде уже с ним сталкивался[12]. Напарники изложили ему факты и поделились первыми выводами. Похоже, главной заботой судебного следователя была идентификация трупа, тогда как для дознавателей во главе угла стояло обнаружение виновного или виновных. «Установите имя жертвы – и найдете виновного», – много раз повторил им Моллен. В ответ Максим и Дарио только молча кивали. Одно было очевидно: им дали недельную отсрочку и возможность запросить подкрепление, так что они рассчитывали с толком использовать и то и другое и довести дело до конца.

Служебный автомобиль без опознавательных знаков второй раз за день выехал на извилистую дорогу, ведущую на гору Ревар. Впрочем, теперь Максим и Дарио остановились возле трехэтажного коттеджа с крышей, которая образовывала идеальный равнобедренный треугольник. Деревянная обшивка двуцветная: светло-коричневый внизу, а выше – темно-коричневый, типичный для высокогорных построек.

Припарковавшись, Максим заглушил двигатель, и голос ведущего радиостанции «Франс культюр» умолк, сменившись хриплым карканьем Дарио.

– А ты не больно-то разговорчив, – сказал тот. – Тебе удивительно подходит твое прозвище.

– Что бы ты хотел услышать? – удивился Максим.

– Не знаю, старик! Сегодня твой первый рабочий день, тебя приставили ко мне, мог бы немного о себе рассказать. Ты уже говорил, что у тебя нет детей и ты не женат… Заметь, при том, как ты пялишься на докторшу, я надеюсь…

Максим вздохнул и закатил глаза. В салоне повисла тишина, но Дарио не отвел взгляда.

– А я? Ты про меня ничего не хочешь знать? Задавай мне вопросы! – не отставал он.

Максим выдержал долгую паузу.

– Как насчет твоего прозвища? Может, объяснишь, откуда взялся Кид?

Дарио и бровью не повел. Если вопрос его и задел, по его лицу Максим этого не прочел. Лейтенант поморгал, потом отвел взгляд и отвернулся.

– О’кей, я все понял, – сказал он, выходя из машины. – Ты трудоголик. Ну что же, вперед, будем работать.

Несколько часов назад Дарио удивил Максима, когда изложил старшему лейтенанту Левассеру первые выводы. И именно в связи с его догадкой напарники оказались теперь здесь. Направляясь к поляне на горе Ревар, и убийца, и жертва наверняка проехали мимо этого дома. И Максим был совершенно согласен с напарником: если кто-то что-то видел, то это был хозяин коттеджа.

Дверь им открыл мужчина лет пятидесяти, атлетического сложения, в клетчатой рубахе. Когда жандармы представились, угрюмое выражение исчезло с его лица. Наоборот, он широко улыбнулся и пригласил их в гостиную на втором этаже. Максим считал, что существует два типа людей: те, кто ненавидит силы правопорядка, и те, кто почти фанатично перед ними преклоняется. Патрик Виньелло относился ко второму. Он даже предложил дознавателям аперитив. Максим отказался сразу, а вот Дарио отклонил угощение с огромным трудом.

– До окончания расследования вся информация остается совершенно конфиденциальной, но мы сейчас изложим некоторые факты, поскольку необходимо задать вопросы вам как потенциальному свидетелю.

Патрик Виньелло изменился в лице. Слова «вопросы» и «свидетель» прозвучали у него в сознании как «допрос» и «задержание».

– В таком случае… Я налью себе стаканчик, если вы, конечно, не против.

Он сходил в кухню и вернулся оттуда со стаканом и бутылкой без этикетки – в его здоровенных мозолистых ручищах они казались крошечными. Патрик опустился в кресло и наполнил стакан.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.