Первый среди равных. Книга X (СИ) - Бор Жорж - Страница 52

— Чудная новость, — улыбнулся я.

Мысль о том, что получится надежно связать всех участников союза и не беспокоиться о возможном прослушивании наших переговоров, стала очень ярким финалом этого сложного дня.

— А теперь я предлагаю закончить с делами и просто наслаждаться вечером, — предложил я и получил всеобщую поддержку.

И это было просто прекрасно: простые разговоры, вкусная еда и добрые улыбки вокруг творили чудеса. Мы засиделись почти до полуночи. В какой-то момент я понял, что сообщение, которое написала Настя барону Ожегову, превратилось в длинную переписку. Моя сестра уже не отвлекалась от телефона и сидела где-то в углу, в стороне от остальных.

Мы долго болтали с Сашком, Большаковым и Пескарёвым о перспективах развития артефакторики на базе тех ресурсов, которые имелись у моего рода. Дружинники, присоединившиеся к общему веселью, дополнили и так множество существующих среди жителей моего владения легенд о семье Разумовских новым эпизодом с Жересом.

Возвращаясь домой, я чувствовал себя удивительно умиротворенно и спокойно, будто отдыхал не несколько часов, а хорошенько выспался пару суток. И, попав во двор своего имения, даже нашел в себе силы заняться забытым всеми паразитом.

Клетка из чистого эфира так и болталась в салоне лимузина, который мы спешно покинули, направившись останавливать вторжение жереса. Я переместил магическую структуру в сокровищницу своего рода и привязал якорями к наспех сделанной магической фигуре.

Этого должно было хватить, чтобы тварь никуда не сбежала, а эфир остался стабильным хотя бы до утра. А утром я планировал заняться не только паразитом, но и вещами более интересными.

Организм настолько отвык от спокойного и продолжительного сна, что я открыл глаза незадолго до рассвета. Некоторое время лежал, пытаясь понять, что происходит и почему я проснулся.

Оказалось, что многочисленные нагрузки и спонтанное взятие пятого аспекта настолько увеличили запас жизненных сил организма, что он сам начал двигаться в сторону пути Вершителей. Для меня это означало увеличение ежедневных нагрузок до максимальных значений. Иначе возникнут проблемы с предельной выносливостью.

Этим я и решил заняться прямо с утра. В районе шести я уже был на полосе препятствий, где и провел время до самого завтрака. В какой-то момент заметил рядом дружинников из охраны поместья, которые тихо стояли в метрах тридцати от полосы препятствий и наблюдали за тренировкой своего князя. Отбросив в сторону толстенное бревно, я жестом позвал парней к себе и устроил легкий спарринг.

Несмотря на продолжительную двухчасовую тренировку, сил оставалось слишком много, и это могло стать проблемой. Пришлось потратить еще минут сорок на забег до границы аномальной зоны на пределе собственных возможностей.

Вернувшись в имение, принял душ и, переодевшись, спустился к завтраку. За столом уже сидела Настя, которая необычно торопливо поглощала завтрак.

— Спешишь куда-то? — поинтересовался я.

— Доброе утро. Да, — чуть смущенно ответила девушка и промокнула салфеткой рот. — Договорились с бароном Ожеговым о ранней встрече. Хотим кое-что обсудить до того, как поедем осматривать его складскую площадку.

— Понятно, понятно, — преувеличенно серьезно произнес я, и Настя слегка покраснела.

— Что ж, если я понадоблюсь, то буду сегодня на территории владения, — сообщил я. — Выезжать никуда не планирую, и связь…

— Связь будет у тебя просто отличная, — достав откуда-то здоровенный телефон, разработанный Большаковым и Сашком, улыбнулась мне Настя.

— Да, это я и хотел сказать. Связь будет просто отличная, — кивнул я и забрал аппарат. — А у кого второй?

— Второй будет у меня, — ответила Настя и, покончив с завтраком, покинула гостиную.

Я рассиживаться тоже не стал и пошел готовиться к ритуалу. Оставленная какое-то время назад в кабинете артефактная пряжка лежала на прежнем месте. Мечи я таскал с собой с момента боя с жересом, поэтому особо готовиться не пришлось.

Я спустился в заклинательный покой и принялся готовиться к усовершенствованию своего снаряжения. Оба клинка чувствовали себя просто отлично, и их состояние откликалось у меня в Источнике спокойствием и уверенностью в будущем.

Оставленный в заклинательном покое пленный паразит висел на прежнем месте и выглядел таким же несчастным и опустошенным. Чистый Эфир блокировал восстановление энергии этого существа и наглухо отрезал его от окружающего мира.

Я выбрал место подальше от этой структуры и перенес туда рунный стол. Пряжка заняла свое место, рядом с ней легли оба меча. А потом я принялся накачивать в артефакт собственную энергию для восстановления поврежденных сопряжений в структуре артефакта. Помимо этого, модернизация преследовала еще одну цель: мне нужно было объединить артефактные мечи с древним накопителем энергии. Это могло позволить мне использовать, накапливать и сохранять те объемы энергии, которые мне не требовались в это же мгновение.

— Что ж, приступим, — активируя созданную магическую структуру, произнес я.

И в тот момент, когда над артефактным столом возникла крохотная сфера грязного Эфира, я ощутил, как сместилась за моей спиной клетка паразита.

Глава 26

Остановить активацию ритуала было уже невозможно. Я видел, как все ярче и ярче светятся голубые клинки мечей, как проявляется над рунным столом сложнейшая структура артефактной пряжки. В то же время, прикованный к собственноручно созданной магической структуре, без возможности повернуться или остановить процесс изменения, я буквально спиной ощущал, как приближается ко мне клетка из чистого Эфира. Самая сильная энергия реального мира тянулась к своему более примитивному собрату.

Тянулась вопреки всем известным мне законам и правилам. Будто её толкала вперёд чужая воля. Но я не ощущал постороннего присутствия. Кроме чуть оживившего паразита, рядом никого не было.

Вполне возможно, что грязный Эфир будет полностью поглощён или рассеян, как менее эффективный. Вот только для меня это означало, что клетка перестанет быть стабильной, и в лучшем случае погибнет только находящийся в ней паразит. А в худшем — от моего особняка и всех, кто находится внутри, ничего не останется.

Разум буквально вскипел от предельной нагрузки. По венам понёсся такой поток гормонов, что не всякие боевые коктейли могли с ним сравниться. Я резко изменил глубину корректировки артефактной пряжки и направил все свои усилия на единственный доступный мне выход.

Глупость ситуации просто зашкаливала, но корить себя и о чём-то переживать можно будет позже — когда я выживу, сохраню своё имущество и буду грустно сидеть за чашкой кофе у пылающего камина. А сейчас надо действовать. И с причинами сбоя веками отработанного взаимодействия двух сил тоже можно будет разобраться позже.

Тот, кому в глубокой древности принадлежал накопитель энергии, обладал возможностями, близкими к силе Вершителей. Я теперь уже отчётливо видел те сопряжения, которые могли работать с чистым Эфиром, но они находились в таком изувечном и полуразрушенном состоянии, что энергия подобного типа могла просто уничтожить артефакт.

После всех потрясений, которые случились с моим Источником и моей энергосистемой за последние дни, опять становиться фильтром для чистого Эфира я точно не мог. Так недолго и совсем калекой стать. Поэтому я решил пойти другим путём.

Начал выкачивать всю имевшуюся у меня энергию, создавая равный полюс противодействия клетке паразита. Благо, сейчас я был дома и запросто подключился к родовой сети. В ней энергии было достаточно, чтобы проделать практически любой из известных мне ритуалов — вернее, любой из тех, которые может пережить обычный человек.

Сантиметр за сантиметром пленённый паразит подтягивался ближе к полыхающему множеством цветовых линий рисунку на рунном столе. Я, не имея сил куда-то сместиться, часть маны потратил на защиту собственного тела.

Из небольшого неровного шарика, болтавшегося над поверхностью рунного стола, готовое заклинание на основе грязного Эфира превратилось в здоровенный ком. Но даже будучи в сотню раз больше клетки с паразитом, сила создаваемого мной заклинания не шла ни в какое сравнение с чистым Эфиром.