"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Пастырь Роман - Страница 352

— Дурень ты, Соколов, — вздохнул я и выехал на шоссе. Здесь можно было позволить себе разгуляться, и я втопил педаль газа. — Надо было раньше суетиться.

Да только надо ли было?

Аня Грасс мне нравилась — и пусть в моем вкусе был другой типаж девушек, эта оторва умела красть сердечко. Мне импонировала ее честность, открытость, но…

Я ни на минуту не забывал, почему мы подружились. Да, Радамант вряд ли заставлял ее делиться со мной всем сокровенным, но я не мог избавиться от параноидального ощущения, что он слишком хорошо приглядывал за своей последовательницей.

А Радаманту я не доверял.

Денисов знал про косоликого хрен и трошку, так что ему до какой-то поры было простительно быть слепым. Я же себе такой роскоши позволить не мог. Не имело значения, решит Грасс стать психометристкой или выберет другой путь — пока она держалась Радаманта, пока выполняла его поручения и работала на надеждинцев, она представляла угрозу.

Впору было бы разорваться между Соколовым-человеком и Соколовым-ищейкой, но я свой выбор сделал давно и предпочитал его держаться. Я действовал в интересах тайного отделения и государства. И если это означало наступить себе на горло и отпустить Грасс на все четыре стороны, что ж… Обидно, но такова жизнь. И все же что-то царапнуло душу.

А вот как втолковать Денисову, что Анька могла с ним играть, я не знал. Парень казался слишком растерянным и влюбленным, чтобы прислушиваться к доводам рассудка.

— Хорошо хоть у этих все понятно, — прошептал я, проезжая мимо целовавшихся у озера Сереги и Ольги. Опять сбежали после ужина. Впрочем, у нас в семье уже к этому привыкли. Воронцов был блестящей партией для сестры, и моя родня смотрела на их маленькие шалости сквозь пальцы. Полагаю, они и на большее бы закрыли глаза, сделай Сергей предложение. Но я не хотел торопиться, пока не разрулю вопрос с Аспидой окончательно.

Сначала безопасность, потом — праздник.

“В там не увлекайтесь”, — сказал я Сереге ментально. — “Чтоб к полуночи привез сестру домой”.

Я представил, как Воронцов подпрыгнул от неожиданности в этот момент, и глумливо усмехнулся. Будет знать, как красть чужих сестер после заката.

“Да мы уже возвращаемся”, — отозвался друг.

Проехав по аллее, я припарковался возле главного входа и оставил ключи в машине — слуги отгонят. Егорушка выглянул из окна холла и открыл передо мной дверь.

— Ваше сиятельство, добрейшего вечерочка…

Я удивленно взглянул на лакея.

— Чего это ты сегодня такой милый? Небось, от отца влетело?

— От Кивернитии, — слуга отвел глаза и понизил голос. — Но за дело… К слову, Старшие просили передать, что ожидают вас в кабинете.

— Что, сразу оба? — шепнул я.

— Боюсь, что да.

Я вздохнул. Да, кажется, не судьба мне сегодня расслабиться перед сном. А я-то уже размечтался, как буду полчаса медитировать под горячим душем.

Ладно, надеюсь, беседа со Старшими хотя бы пройдет быстро.

Я разулся, расстегнул все пуговицы пиджака и расслабил узел галстука. Егорушка беззвучно пожелал мне удачи и постучал в дверь кабинета.

— Ваши сиятельства, Михаил Николаевич прибыл, — оповестил он.

— Заходи, мон шер, — позвала бабушка.

Я осторожно протиснулся в дверь и поприветствовал отца и бабушку. Патриарх листал какие-то бумаги в кресле, а Кивернития наслаждалась коньяком у камина. На коленях у нее лежала стопка писем.

Егор закрыл дверь, оставив меня наедине со Старшими.

— Зачем вы хотели меня видеть? — спросил я, усаживаясь на дальний край дивана.

Отец оторвался от бумаг, снял очки и устало потер глаза.

— Видит бог, Михаил, я оттягивал этот вопрос так долго, как мог. Однако наступает момент, когда пора думать о будущем семьи. Поскольку ты единственный наследник мужского пола и выбрал столь рискованную и опасную службу…

Бабушка взмахнула рукой, призывая отца к тишине.

— Коленька, ты опять долго запрягаешь, хотя в этом вопросе нет ничего необычного, — она уставилась на меня светлыми, почти прозрачными глазами и швырнула мне на колени пачку писем. — Одного наследника Соколовы уже лишились. Можешь работать в Тайном отделении сколько душе угодно, но при одном условии — сперва озаботься продолжением рода, Мишель. Еще не хватало, чтобы наше будущее оказалось под угрозой из-за твоей неуемной тяги к приключениям. Особенно сейчас, когда род наконец-то снова обрел Осколок и подобающий статус.

Я с мольбой взглянул на отца. Тот пожал плечами с видом “я же говорил”. А ведь мог бы и оказать какую-никакую поддержку!

— Матушка уже озаботилась вопросом, — сказал Патриарх. — Изучи бумаги, Михаил. Там письма и фотографии аристократок, которые составят тебе хорошую партию. Мы ожидаем от тебя подвижек до конца года.

Глава 5

— Да вы издеваетесь?! — рявкнул я так, что отец вздрогнул. Даже на улице стихла болтовня слуг. — Какие к черту невесты? Какие выгодные партии? Сумасшедшие заговорщики поубивали и перемешали половину петропольской аристократии!

— Именно поэтому вопросом нужно озаботиться как можно скорее, — невозмутимо ответила бабушка и пригубила коньяк.

Но меня уже понесло.

— Я зад рву на ремни, чтобы вас обезопасить! Мало вам того, что Ольгу могли похитить, так вы еще одну невинную женщину хотите подставить под удар? — Я вскочил с дивана и обратился к Патриарху. — Отец, ну хоть ты меня пойми. Допустим, я сейчас пойду у вас на поводу и выберу кого-нибудь из этого списка. Допустим, все даже сложится, в чем я сильно сомневаюсь. А дальше что? Я продолжу работать, гоняться за высокопоставленными заговорщиками, а моя, прости господи, супруга будет здоровенной такой мишенью для врага! Нет, почтенные. Никаких смотров невест, никаких помолвок до тех пор, пока не закончится поимка заговорщиков.

“Отче, спасай”, — добавил я уже ментально. — “Понимаю, что Ба тебя вынудила, но сейчас это и правда некстати”.

Бабушка спокойно дослушала мою тираду.

— Мы сможем ее защитить. У нас теперь есть Осколок…

— Осколок защитил старого графа Шувалова? — возразил я. — Помог Осколок на Смотре в Аудиториуме? Кабы не император, жертв тогда было бы гораздо больше. Нет, бабуль. При всем уважении к твоей мудрости и статусу, я настаиваю, что сейчас рано думать о наследниках. Сперва нужно решить вопрос с безопасностью семьи.

Честно говоря, кабы не хозяйство и необходимость постоянно присматривать за прудами, я бы и правда уговорил отца хоты бы вывезти наших женщин подальше. Меня нервировало осознание, что я буду слишком далеко от них и не успею помочь, случись что. А случиться могло что угодно.

Конечно, местами я сгущал краски и поддавался своей паранойе, но должен был просчитывать все риски. И несмотря на силу Осколка и возросший ранг членом нашей семьи я не был уверен, что этого хватит. А как показала практика Штоффов и Шуваловых, даже собственная ЧВК не была панацеей, если враги решат взяться за наше уничтожение по-серьезному.

Оставалось лишь уповать на то, что мы взяли всю верхушку Аспиды в Петрополе, кроме Юсупова. Если кто-то и остался, то мелочевка, и без главаря они вряд ли так нагло сунутся к аристократам. Понимают ведь, что получат по первое число. Только это меня и успокаивало.

— В чем-то Михаил прав, — внезапно отец снизошел до поддержки. — В конце концов, даже дикие звери сперва обустраивают безопасное логово, а затем приносят потомство.

— Родные, я понимаю, что вы озабочены вопросом наследования, особенно после гибели Петра. Не думайте, что у меня в голове ветер.

— Тем не менее Ирину Алексеевну ты из рук упустил, хотя был отличный шанс породниться, — парировала бабушка.

— Потому что было рано. Я не был готов. Да и сейчас, признаюсь, считаю, тоже рановато…

— Твой прадед женился в осьмнадцать — и ничего, как видишь, все сложилось.

— Матушка, не дави на наследника, — мягко потребовал отец, и Кивернития обиженно поджала губы. — Или, Михаил, ты не торопишься потому, что твое сердце уже кому-то отдано?