"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Пастырь Роман - Страница 348

Корф с непроницаемым лицом подался вперед.

— И на что вы рассчитываете? — тихо спросил он.

— Мне нужно время, ваше превосходительство. Время, чтобы либо выбить дурь из головы невестки и обучить ее всему, либо воспитать одну из внучек и правильно передать ей обязанности. Ибо невестка, по моему мнению, совершенно безнадежна.

Интересно, как эта недалекая мать-героиня оказалась в женах у графа? Впрочем, не мое это дело. Раз случилось, значит, зачем-то допустили. Может за ней давали такое приданое, что игра стоила свеч.

— По моим скромным подсчетам, понадобится не больше двух-трех лет, чтобы передать пост Кивернитии. После этого делайте со мной что хотите, — Строганова закурила следующую сигарету. — Хоть дара лишайте, хоть отсекайте от рода, хоть отдавайте толпе на растерзание. Я свое пожила, и пожила на зависть другим. Жалеть ни о чем не стану.

Узница выпрямилась и с вызовом взглянула на шефа, явно ожидая его реакции.

Неожиданное, конечно, требование. Но здравое. Пост Кивернитии, хоть и не имел никакой юридической силы, но в обществе пользовался должным почтением. Старшая женщина рода заведовала внутренними делами: брачными союзами, домашним хозяйством, связями с соседями, блюла традиции, хранила знания о семейных ритуалах и даже обладала особыми способностями.

Как Кивернитию Строганову можно было понять: если Патриарх оказывается кретином, то с этим худо-бедно, но еще можно как-то жить. Но дура-Кивернития точно развалит семью подчистую. А Строгановым при таком раскладе грозила именно что недалекая дура-Кивернития…

— Допустим, я смогу обеспечить отсрочку приговора, — наконец-то ответил Корф. — Припомним ваши былые заслуги, сделаем упор на почтенный возраст, выставим в выгодном свете кое-какие факты, чтобы народ не лютовал из-за мягкости приговора… Но чем же вы за это расплатитесь, Анастасия Петровна? Ради чего мне обивать дворцовые пороги и просить за вас?

Строганова хищно улыбнулась. В глазах загорелся огонек, какой бывает у цепких торговцев, осознавших, что клиент при деньгах.

— О, мне есть что вам предложить, ваше превосходительство. В конце концов, в Аспиде я заведовала внешними связями. И, насколько я знаю князя, Юсупов легко может позволить себе гадить вам на расстоянии. Деньги, знаете ли, делают руки длинными.

— Счета Юсуповых арестованы, — возразил я.

Строганова расхохоталась.

— Батюшки, ну Вальтер Макарович, ну объясните вы своему птенчику, как устроен мир! У каждого из нас есть запасные счета за границей. И уж тем более у Юсуповых. Да половина их богатства еще тридцать лет назад была выведена за пределы Империи!

— Об этом мне известно, — кивнул Корф. — Мы даже успели раскопать несколько счетов, открытых на подставных лиц. Но если вы рассчитываете дать нам только это, то разочарую. Нужно что-то еще.

— Что ж, тогда вам, полагаю, будет интересно узнать о запасном плане Аспиды. Увы, он так и остался на стадии прожекта, ибо Зевс… то есть князь был уверен в успехе провокации в Сенате. Однако сейчас обстоятельства изменились, и я думаю, что Юсупов даст плану ход.

— Что за план? — не вытерпел я.

Строганова нарочито медленно отпила чаю, словно ей доставляло удовольствие бесить меня ожиданием. Хотя, быть может, так оно и было.

— Вам, должно быть, известно, что расписание рабочих поездок императорской семьи составляется загодя, — проскрипела вдовствующая графиня. — Здесь должна посыпать голову пеплом — эту информацию я получила от одной из внучек, что нынче трудится младшей фрейлиной при императрице. И, разумеется, передала Юсупову. Господа, если вы не забыли, эту зиму императорская семья намеревалась встретить в Константинополе. Придворные дипломаты еще в прошлом году подсуетились и предложили включить в это турне не только Новую Византию, но и Дакию. Предполагается, что из Севастополя его величество с семьей отправятся морем в Констанцу, оттуда — нанесут визит в Букурешт, и уже затем прибудут в Константинополь…

— Но ведь поездку собирались перенести из-за болезни наследника, — припомнил шеф.

Анастасия Петровна лишь пожала сухими плечами.

— Наследник выздоровел, и об отмене визита мне ничего не было известно на момент заключения.

Мы с Корфом переглянулись, и я нервно сглотнул застрявший в горле ком.

— Кажется, картинка начинает складываться, — тихо проговорил тайный советник.

Глава 3

Корф не выдал ни беспокойства, ни волнения. Лишь долил чаю в чашечку с цветочками и подвинул к вдовствующей графине вместе с портсигаром.

— Благодарю за сведения, ваше сиятельство.

Анастасия Петровна благосклонно кивнула и сделала глоток.

— Остыл. Жаль, — она подняла на него выцветшие глаза. — Что же с моей просьбой, Вальтер Макарович? Теперь можем поторговаться?

— Насколько я помню, вы настаивали, что заведовали всеми внешними связями своего кружка. Если сдадите остальное, полагаю, отсрочку приговора или же его смягчение можно устроить. Разумеется, даже при самом оптимистичном сценарии это все равно будет похоже на тюрьму. Только с родными стенами и комфортом.

Вдовствующая графиня закурила.

— Разумеется, я это понимаю. В данном случае меня не заботит собственный комфорт. На кону будущее моей семьи.

— И вся линия ваших потомков принесет дополнительный обет верности, — спокойно добавил Корф. — Клятву придется обновить.

Это уже в меньшей степени порадовало Строганову, но графиня не решилась возражать.

— В таком случае буду смиренно ожидать новостей, — она выдавила из себя слабую улыбку. — Как я понимаю, сейчас разговор окончен?

Шеф повернулся к зеркалу и коротко кивнул. Через несколько секунд заскрежетали, защелкали дверные замки, и в допросную вошел один из двух конвоиров.

— Пожалуйста. Сопроводите ее сиятельство в ее покои, — распорядился тайный советник и даже привстал, когда Строганова, потушив окурок, поднялась со своего места. Я последовал его примеру и также проявил учтивость к женщине.

Узницу увели, а Корф вернулся к изучению ее дела.

— Что вы ожидаете там найти?

— Упоминания о каких-либо связях или образах о Дакии, — сухо ответил он и придвинул к себе пепельницу. — Но, судя по всему, этот вариант действительно не рассматривали даже как резервный. Или просто не успели проработать… Видимо, все ресурсы ушли на подготовку к инциденту в Сенате.

— Но мы их даже не подпустили к Сенату, — возразил я. — Взяли раньше, и сразу всех.

— Это-то меня и смущает, Михаил, — Корф закрыл папку и поднял на меня темные вечно усталые глаза. — Если бы я стал готовить столь дерзкую провокацию, да еще и с покушением на императора, я бы обязательно расписал план “Б”. Понимаешь?

Я кивнул.

— Пожалуй, да. Значит, либо этого запасного плана не было вовсе, либо его тщательно скрыли.

Впрочем, мог быть еще один вариант. Аспида мало кому из своих членов позволяла владеть полной информацией. Мы прочувствовали это в полной мере, когда Тайное отделение начало работать с узниками. Создавалось впечатление, что мы собирали гигантский пазл из тысяч кусочков, по которым было трудно определить, к какой части мозаики они принадлежали.

Например, Строганова и Воронцов, будучи приближенным к Юсупову, еще в какой-то мере могли составить полную картину. Но Голубева, Шувалов, Меншикова — все давали немного. Составление полной карты осложнялось и тем, что кое-какие активы действительно были перенесены за пределы Империи. Мы не знали, кто еще из возможных соучастников мог быть на связи с бежавшим Юсуповым. Были ли это спящие агенты или недавно завербованные.

Чтобы все это выяснить, Корфу придется поднять все связи в Дакии и Новой Византии. И действовать требовалось предельно осторожно: мы не знали, кто из зарубежных коллег мог быть прикормлен Аспидой.

Короче говоря, дело получалось щепетильным во всех аспектах. И пока не возьмем Юсупова живым, картинку полностью не сложим.

— Ладно, — шеф закрыл папку, потушил сигарету и поднялся. — Продолжим у меня в кабинете.