"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Пастырь Роман - Страница 258

— Господин Гермес, я принимаю ваше предложение, — громко и твердо сказал я, обратив на себя внимание человека в маске.

Потяну время, еще чуть-чуть. Наверняка он потребует от меня какой-то клятвы или сделает какую-нибудь манипуляцию, чтобы меня привязать. Выиграю хоть немного времени для наших. Если, конечно, они знали, где нас искать.

— Не смейте, ваше сиятельство! — крикнул Бестужев. — Этим вы мне жизнь не спасете, а совесть запятнаете.

Гермес уставился на дознавателя, и из-под маски раздался смех.

В этот момент я наконец-то смог вытащить иглу капельницы, зажал ее в кулаке и опустил руку под стул так, чтобы ее не было видно. Теперь оставалось уповать на былую ловкость, силу духа и везение.

— Быть может, его сиятельство все же понял, какая сторона выиграет в этой войне, — усмехнулся Гермес и направился ко мне. — Вам придется принести клятву верности и скрепить ее кровью.

Едва игла исчезла из моего тела, стало немного лучше. Меня все еще ломало, а мозг соображал туго, но организм был молод, да и сила начала медленно ворочаться внутри, негодуя от количества дряни, что в меня закачали. Медленно, но верно начали запускаться процессы восстановления.

Но не настолько быстро, чтобы я смог шваркнуть по этому хрену в маске “Колобком”.

Я подался вперед, когда Гермес приблизился ко мне почти вплотную.

— Ты привяжешь себя ко мне кровью станешь послушен. Но это будет чуть позже, когда я введу тебя в круг. А пока… Пока примеришь цепь, на которой все мы сидим. Первое испытание пройдешь уже сейчас. Заслужи место кровью. Убей Бестужева.

Я взглянул на дознавателя. Его заплывшее от ран и ссадин лицо уже ничего не выражало.

— И какое имя я тогда получу? — натянуто улыбнулся я.

— Ты юн и свеж. Тебе подойдет Аполлон, — ответил наш мучитель и потянул мне руку. — Повторяй за мной слово в слово…

— Предпочитаю стать Аидом — шепнул я и со всей силы воткнул иглу ему в руку. — Получи, сука!

Глава 39

— Ах ты сученыш! — взревел из-под маски Гермес и попытался оторвать мою руку от своей. Не знаю, куда я попал иглой — бил-то прямиком сквозь пиджак. Но даже если воткнул не в вену, ему все равно мало не покажется.

Некоторые лекарства категорически нельзя вводить внутримышечно. Очень хотелось верить, что в этом антиблагодатном коктейле было что-нибудь вредное и болезненное.

— Ааааа! — продолжал вопить Гермес и попытался оторвать мою руку от своей. Хрен там. Я был готов удерживать эту иглу зубами, если понадобится. Вцепился, как бойцовый пес. Со всей силой, на какую еще был способен.

Гермес дернул меня вместе с трубкой от капельницы на себя, и мы вместе рухнули на пол, покатились, пытаясь бороться.

— Бестужев! Помогите мне! — рявкнул я, уже не особенно рассчитывая на помощь. Улучив момент, мельком взглянул на дознавателя — нет, не сможет. Бестужев безвольно повис на стуле и, кажется, отключился.

За дверью раздался шум — какое-то глухое шарканье, сдавленные голоса.

— Тантал! — заорал из-под маски мой враг. — По… Помо…

Я не нашел ничего умнее, как со всей дури врезать ему лбом прямо по маске. Адреналин всколыхнул кровь, заставил тело двигаться, и я этим воспользовался. Гермес захлебнулся собственными словами, зарычал и резко дернулся. Он перекатился на другой бок — трубка волочилась за ним. Стойка для капельницы упала на стул и зацепилась верхним крюком так, что мешок все еще был выше нас. Значит, коктейль еще тек в его тело.

Знать бы только, как быстро он подействует.

— Ну все! Держись, мозгляк!

Я не дал ему договорить — навалился на него всем весом и пожалел, что не раскачался как следует. Гермес попытался оттолкнуть меня, но пнул коленом в живот. У меня перехватило дыхание, я кашлянул ему на маску смесью слюны и желчи.

Шум за дверью стал громче, но к нам никто не заходил. Не отвлекаться. Этот Гермес наверняка имел в запасе какие-нибдуь неприятные сюрпризы.

Что-то грохнуло о дверь с внешней стороны — так, словно в нее ударили чем-то большим и тяжелым. Мы продолжали бороться с Гермесом на полу, путаясь в одежде и трубках. Улучив момент, я воззвал к оставшейся внутри меня родовой силе, сосредоточил ее в ладони и ударил атакующей рукой ему в грудь.

— Ааааааа!

Едва я провернул это, как силы резко оставили меня. Черт. Не хватило. Взвыв, Гермес сбросил меня — я откатился на метр и попытался подняться.

— Идиот! — Игла валялась на полу, а Гермес возвышался надо мной. — Предложение аннулируется. Я просто воспользуюсь шансом и убью тебя.

Что-то промелькнуло за его спиной, я услышал странный звук, и мгновением позже Гермес рухнул на колени. Над ним склонилась невысокая фигура в темном комбинезоне и балаклаве, открывавшей лишь глаза. Женская. Она долбанула ему по голове каким-то небольшим предметом вроде молотка, затем подняла с пола иглу и засадила Гермесу прямиком в вену на запястье.

— Сойдет, — глухо шепнула она и развернулась ко мне.

Я моргнул, пытаясь не отрубиться. Женщина тут же схватила меня за руку, и я ощутил теплое течение энергии.

— Не смей вырубаться, — пригрозила она. Кажется, я знал ее. Голос… Голос.

Худощавая женщина сняла балаклаву и улыбнулась, тряхнув стриженными под каре темными волосами.

— Привет, Миша! Давай-ка поглядим, чем вас накачали.

Я выплюнул сгусток желчи и уставился на однокурсницу.

— Какого… хрена ты здесь делаешь?

— Спасаю твою тощую задницу, — огрызнулась Грасс. — Мы следили за тобой. Босс знал, что ты приведешь нас к Аспиде.

Сволочи! Они что, решили сделать из меня приманку? Занялись спортивной ловлей на живца, мать их? Предупредить, блин, не судьба?

— Бестужева лучше осмотри, — проворчал я и указал на дознавателя. — Я в порядке. А вот ему сильнее досталось.

Грасс презрительно фыркнула.

— Мы здесь не ради ищеек. Я пришла за тобой.

— Аня, твою мать! — я начинал терять терпение. — Делай что говорю! Помоги Бестужеву. Он должен выжить ради нашего блага! Твоего в том числе.

Грасс что-то недовольно пробурчала себе под нос, но послушалась. Подползла к дознавателю, сосредоточила в руках силу и принялась сканировать тело Гавриила Петровича.

— Живой! — вздохнула она. — Но очень слаб. Может не доехать до лазарета.

— Сделай что-нибудь, пожалуйста. Я не могу. Все отдал на бой.

— Ты просишь меня помочь тому, кто за нами гонится! — возмутилась Грасс. — Я не соби…

— Анна, помоги ему.

Я обернулся на знакомый голос. В нашу темницу вошел Радамант собственной персоной. В отличие от своих “миньонов”, одетых в темные комбинезоны и балаклавы, главарь Ордена Надежды лица не прятал. Наоборот, выглядел так, словно собирался на аудиенцию к какой-нибудь важной шишке. Даже шейный платок повязал, щеголь этакий. Он вытер перчатку о стену, оставив кровавый след.

— Остальные помещения очищены. Анна, что здесь? — Увидев меня, он приподнял шляпу и кивнул. — Успели, слава богу. Здравствуй, Михаил.

— Пока не очень получается здравствовать, — отозвался я и с трудом приподнялся, оперевшись на поваленный стул. Гермес застонал, когда я случайно задел его носком ботинка. — Вы здорово рискуете, появившись здесь.

Радамант оскалился, что, по-видимому, должно было означать улыбку.

— О, я знаю. Но мы здесь как раз затем, чтобы встретиться с твоим покровителем из Тайного отделения. Анна?

Грасс оторвалась от дознавателя.

— Враг обезврежен. Михаил пострадал, но выживет. А вот этот… — она взглянула на Бестужева. — Этот едва дышит.

Радамант кивнул.

— Тогда позови сюда Эскулапа. Пусть займется дознавателем.

— Сейчас.

Грасс, все с тем же неодобрением выпрямилась и вышла из темницы.

— Врачевание, увы, совсем не по моей части, — пояснил Радамант и подошел ко мне. — Насколько сильно ты ранен?

— До свадьбы заживет. Что ты задумал, черт возьми? И зачем бросил Грасс под пули?

— Ты еще не понял, что этой девице не нужна лишняя опека? — усмехнулся косоликий. — Кроме того, она сама вызвалась, когда узнала, что ты в опасности. Так что с тебя теперь причитается.