"Фантастика 2024-159". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Пастырь Роман - Страница 244

— Михаил, я руковожу управлением в Тайном отделении и занимаюсь очень грязной работой. Как думаешь, мало народу жаждет моей крови?

— Думаю, достаточно. Другой вопрос, насколько изящно это было сделано. Абы кто так не смог. Нет, здесь точно была подготовка и большие ресурсы. Кто-то намеренно решил достать вас через Ирину, потому что это было надежно — вы ей доверяли. Кто-то озаботился изучить всю подноготную Штоффов, чтобы ранить побольнее. Кто-то смог выведать вашу тайну… Нет, Вальтер Макарович. Такое под силу либо Радаманту, либо Корфу, либо… Ну я не знаю, императорской фамилии или кому-то из очень могущественных князей!

— Да, я уже сотню раз прокручивал все это в голове, — Корф облокотился о гранитный парапет и уставился на воду. — Темная Аспида, если все, что я о ней знаю, действительно любит действовать исподтишка. Очень скрытное товарищество. В целом такой шаг укладывается в их стиль. Другой вопрос, что я ведь до последнего времени даже не занимался их делом. Мы просто по мелочи собирали сведения и не нашли ничего такого, что бы заставило отвлечься от Ордена Надежды…

— Значит, все-таки что-то да нашли. Полагаю, это я случайно перешел им дорогу, когда работал в Аудиториуме. Ведь те погибшие княжичи хотели стать членами Аспиды. А я был их заданием. Хорошая новость — мы растревожили этот змеиный клубок. Плохая — плакала моя конспирация. Я перед ними засветился и засветил вас.

Корф снова потянулся к сигаретам.

— Сейчас уже поздно останавливаться. Даже если я сниму тебя с задания, ты не будешь в безопасности.

— Это понятно, — кивнул я. — Поэтому я прошу разрешения помогать вам в расследовании. Все мои ресурсы — ваши. Эта история очень больно меня задела, и я желаю прижать этих охреневших аристократишек.

— Ты сам охреневший аристократишка, Соколов, — усмехнулся Корф. — Мне не нравится твоя горячность. В нашем деле нужен хладнокровный ум.

— Глупостей делать не стану. Вы приказываете — я выполняю. Но у меня есть необходимые знания, какой-никакой опыт и мощная родовая сила. В обиду себя не дам, а вот помочь смогу. А, и еще протекция Великой княгини Ксении Константиновны.

О да, о да! Я ждал этого момента. Специально приберег новость на десерт, чтобы как следует насладиться видом отвисшей челюсти тайного советника.

Стоило того, черт возьми!

Корф едва не выронил сигарету и закашлялся дымом.

— Чьей протекции?

— Ксении Константиновны, патронессы Аудиториума. Она заинтересовалась моей родовой силой и бессмертием Ронцо… Воронцова. Обещала помочь нам влиться в скептически настроенное столичное общество.

— Вот как… — Корф взял себя в руки и расхохотался. — Черт тебя дери, Соколов! Ты меньше года как переродился, а уже водишь дружбу с великими князьями. Когда соберешься на рюмку коньяка к императору, на всякий случай предупреди.

Я улыбнулся в ответ.

— Так вы принимаете мою помощь? От всего сердца предлагаю. Темную Аспиду нужно вытащить на свет и публично отодрать во все отверстия. Они поубивали и покалечили кучу народа на Смотре. Они сделали больно Ирине и Матильде, я им этого не прощу.

Корф кивнул.

— Сейчас не время отказываться от помощи. К тому же в кои-то веки ты сам ее предложил, и мне не пришлось тебя шантажировать. Я это оценил, — Пистолетыч резко посерьезнел и уставился мне в глаза. — Неужели начал втягиваться в эту работу, Михаил? Затянуло, да? Постоянные головоломки, вечный риск… Подсел на опасность?

Я вздохнул.

— Наверное, да. Но вряд ли бы подсел, кабы у меня не получалось справляться.

— Осторожнее с этим. Ты могущественен, но не всесилен. Даже императоров убивали. А ты еще слишком молод, и не позволяй горячности юности застилать разум.

— Я очень стараюсь.

— Хорошо, — согласился Корф, но вряд ли он мне поверил. — Тогда вот тебе первое задание. Со своей стороны я перепроверил всех, кто мог что-то знать или хотя бы догадываться об инциденте с Ириной. Водитель тогда погиб на месте, как и родители. Прибывших докторов и патрульных я лично обработал — просто затер память и оставил лишь констатацию смерти и осмотр выжившей. С документами в Департаментах вопрос тоже быстро закрыли. Мой прежний помощник — тогда Алексеева еще не было — погиб при исполнении несколько лет назад. Тоже не мог сказать. У меня все чисто.

— Значит, остается сторона Матильды, — заключил я.

— Да. Езжай в Лебяжье и дерни Василия. Я точно знаю, он каждый чих в конторские книги записывает. Вытащи список всех постоянных и временных слуг, кто работал в те годы. Всех гостей, торговцев, лекарей за тот период… По этому списку нужно пройтись, исключить незначительных и оставить тех, кто наделен Благодатью достаточного ранга и слуг, что больше всего общались с Матильдой. Дальше мы проверим этот список и, вероятно, нанесем несколько визитов. Но сейчас нужна отправная точка. Справишься?

— Не думаю, что это сложнее выживания в Аудиториуме, — усмехнулся я.

— Тогда вперед. Список нужен мне к полуночи.

***

Я с трудом выбрался, почти что выполз из неудобного древнего “Руссо-Балта” с наполовину отвалившимся глушителем и уставился на готические башенки поместья Штоффов. Получив от меня вожделенные деньги, таксист укатил обратно к трассе, а я с грустью взглянул на содержимое кошелька.

Сбережения заканчивались, приходилось экономить. Жаль, электрички до Лебяжьего не ходили. Так вышло бы на порядок дешевле.

Василий встретил меня в холле особняка и даже позволил себе легкую укоризненную улыбку.

— Снова без предупреждения, ваше сиятельство. Тем не менее, мы безмерно рады вас видеть. Вы привезли новости о состоянии Ирины Алексеевны?

— Состояние стабильное — я сегодня был у нее, — ответил я. — Ни улучшений, ни ухудшений. Но вообще-то, Василий, я к вам. По делу.

Дворецкий приподнял брови в легком недоумении и жестом велел остальным слугам удалиться.

— Чем же я могу услужить вашему сиятельству?

— Мы можем где-нибудь поговорить без свидетелей? Быть может, у вас есть кабинет…

Удивление Василия возросло, но воспитание не позволило забрасывать меня вопросами.

— Разумеется, Михаил Николаевич. Прошу за мной.

Дворецкий отвел меня в небольшую комнатку, что располагалась между хозяйственным помещением и кухонным залом. Все стены от пола до потолка занимали стеллажи с толстыми тетрадями. Каждый гроссбух был подписан и датирован. В углу на небольшом столе мигал лампочками старенький компьютер.

— Прошу сюда. Увы, места здесь немного.

— Ничего страшного, я привык к малым пространствам. Василий, я здесь по поручению Корфа, и мне нужна ваша помощь.

Дворецкий медленно кивнул.

— Разумеется. В чем же суть поручения?

— Я же правильно помню, родители Ирины Алексеевны погибли в четырнадцатом году?

— В пятнадцатом, ваше сиятельство.

— Тогда мне нужен список всех слуг и визитеров, посещавших Лебяжье в пятнадцатом году.

Василий, казалось, немного растерялся.

— Дозволено ли мне спросить, зачем Вальтеру Макаровичу понадобился этот список?

Я лишь беззаботно отмахнулся.

— Если честно, понятия не имею. Видимо, хочет что-то поискать или перепроверить…

— Боюсь, с подготовкой списка возникнут некоторые сложности. Дело в том, ваше сиятельство, что после трагедии, когда Матильда Карловна перебралась в этот особняк, здесь какое-то время царил сущий хаос. Понадобилось несколько месяцев, чтобы привести дела в порядок. И, что хуже всего, записи вел прежний дворецкий, и вел довольно неаккуратно…

Ну конечно. Стоило раз в пятилетку влезть в архивы, как они оказываются неполными. Мне везло как утопленнику.

— Что ж, — вздохнул я. — Значит, буду работать с тем, что имеется. Доставайте все тетради, Василий. Боюсь, я немного у вас задержусь.

Дворецкий метнул взгляд на стеллажи, пробежался пальцами по корешкам и, достав несколько больших тетрадей, едва не чихнул от пыли.

— Предлагаю вам разместиться в библиотеке — там работать гораздо удобнее.