Пари на практикантку (СИ) - Ружанская Марина - Страница 61

Оставляет рядом на диване большое банное полотенце и свежую белую рубашку. Белья мне, конечно же, не предлагают.

— А я пока схожу за едой.

Вот есть мне как раз не хочется. В отличие от перспективы ванны. Искупаться, смыть с себя всю грязь. Все, что сегодня было.

Едва могу дождаться, пока за Кортесом закроется наружная дверь пещеры. По каменному коридору идти страшновато и я развешиваю по дороге несколько магических светлячков. Вновь отмечаю как естественно и легко у меня получается колдовать. Само это место словно создано для волшебства.

Подземный грот выглядит, как жилище какого-то древнего бога. По стенам растут какие-то светящиеся кристаллы, над головой нависают сталактиты, а прямо в породе вырублены каменные ступени для спуска в бассейн.

Теплая минеральная вода обволакивает кожу, щекочет пузырьками. Я со вздохом удовольствия опускаюсь в термальный источник и откидываю голову. Вода как парное молоко окутывает тело негой, ласкает чувствительные места.

Ох, это божественно!

Касаюсь пальцами горящих ранок на плече.

Замираю. Так странно… я словно чувствую, где он сейчас. Если закрыть глаза, то я словно могу почувствовать запах джунглей, мягкую траву, по которой ступают лапы… Крики ночных птиц. Шелест крыльев летучей мыши и далекий шум водопада.

И это странное ощущение, что так и должно быть…

Понятия не имею, сколько прошло времени. По ощущениям — час, не меньше. Но я и правда чувствую себя намного лучше. Натягиваю длинную мужскую рубашку, которая выглядит на мне как туника, и выхожу из грота обратно в пещеру.

И почти сразу натыкаюсь на огромного белого тигра, который волочет в пасти двух рыбин. Судя по окраске — это радужная форель. Толстенькие, упитанные пучеглазые тушки все еще вяло трепыхают плавниками.

Зверь замечает меня, с досадой фыркает и пятится в тень. А через минуту оттуда выходит уже мужчина, в наспех натянутых на голое тело мягких спортивных штанах.

— По крайней мере ужин у нас точно будет, — он взмахивает свежепойманным уловом и явно пытается разрядить обстановку.

— Я не хочу, — отказываюсь, стараясь не смотреть на его обнаженный торс с кубиками пресса и налитыми мышцами.

— Тебе нужно поесть, — хмурится он.

Ох, кажется, городская квартира — это был не самый худший вариант. Почему я ощущаю себя так, что собственными руками загнала себя в логово тигра? И самое плохое, что мне это нравится!

От моей помощи на кухне отказываются.

Дэниел вновь проверяет мой пульс и температуру, качает головой и буквально силком отправляет меня на тот самый диванчик. Сидеть просто так скучно, особенно с учетом того, что мой взгляд то и дело скользит в направлении мужчины.

Я даже беру со шкафа какую-то книгу. Но хоть убей не могу сказать даже о чем она, не то что процитировать абзац, который уже прочитала раз пять.

Наконец, сдаюсь. Отбрасываю ненужный томик, обхватываю руками колени и кладу сверху голову, наблюдая за отточенными, идеальными движениям оборотня.

— Дэниел, скажи… Почему мой отец передумал, когда услышал имя твоей матери? Я пытаюсь вспомнить, но не выходит. Я никогда не слышала про Доротею Кортес. Но выглядело все так, словно лорд Уилсон испугался связываться с твоей мамой.

Мужчина почему-то откровенно усмехается.

— Скорее с моим отцом. Или что еще более вероятно, просчитал и понял, что может получить бОльшую выгоду, чем от сделки с Фалленом. Кортес — это девичья фамилия мамы, поэтому ты ее не слышала, — поясняет он, ловко разделывая форель на стейки и вынимая из углей клубни батата.

— То есть, ты носишь девичью фамилию матери? — наконец соображаю я. — Это… это необычно.

— Все дело в традициях моего вида, — Тигры… — он бросает на меня быстрый взгляд, словно проверяет, как я отнесусь к этому слову, и почти сразу продолжает. — Тигры — одиночки по природе. Однако человеческая форма берет лучшее от эволюции. А выживать все же лучше в стае. Но молодняк слишком непредсказуем, опасен и… одновременно слишком ценен. Наша раса малочисленна. Люди могут легко иметь десяток детей, было бы желание. У тигров обычно один, максимум двое котят. Кстати, этим мы похожи на драконов… В общем да, в нашем клане дети носят девичью фамилию матери. До тех пор, пока не приведут в стаю свою семью. Либо не покинут ее окончательно.

— И как же должна быть твоя фамилия… по отцу?

— Рэндольф… Дэниел Рэндольф.

— Что⁈ Подожди-подожди, то есть маршалл Генри Рэндольф…

— Мой дед, — соглашается мужчина.

— А отец тогда?..

— Лоранс Рэндольф.

— Один из семи Верховных членов Малого Совета, которые управляют Федерацией⁈ Ущипните меня!

— Это всегда пожалуйста. Подставляй любую часть тела, — с усмешкой предлагает Дэн и пододвигает ко мне тарелку. — Ужин готов.

Аромат жареной на углях рыбы щекочет ноздри, рот помимо воли наполняется слюной. Ладно, так и быть, съем кусочек. И все же не могу сдержаться.

— Да ты завидный холостяк! За таким женихом должна бегать сотня девушек.

— Зачем мне сотня, если у меня есть одна истинная пара? — спокойно спрашивает Дэн, гипнотизируя меня бирюзовым тигриными глазами.

Я смущаюсь и утыкаюсь в свою тарелку, торопливо запихиваю в рот кусочек форели и, не удержавшись, облизываю пальцы от сока. М-м-м!.. Как же вкусно.

Случайно поднимаю голову и ловлю его встречный взгляд — обжигающий, пристальный. Он пронизывает пошлыми мыслями. Все тело будто прошивает электрическими разрядами.

Замираю…

Эй, Хлоя, ты все еще помнишь, что он обманщик? Нечего снова растекаться от одного его взгляда. Соберись, тряпка!

— Теперь твоя очередь, — а вот Дэниела сбить с мысли не так просто.

Он кажется все таким-же собранным и одновременно расслабленным, как… как тигр после удачной охоты.

— Что? — нервно пожимаю плечами, в попытке скрыть свои чувства.

— Расскажи о себе, — просит мужчина. — О том, почему ты не любишь оборотней, я уже узнал. Но ведь явно это не все, что происходило в жизни Хлои Уилсон.

— Да что там рассказывать?.. — я неловко отвожу с лица упавшую на глаза прядь. — Родилась, училась, хотела стать боевым магом. А стала… кем стала.

— Хорошей девочкой? — улыбается.

— Неудачницей… От которой отказался даже родной отец, — почему-то именно эти слова вырываются быстрее, чем успеваю подумать, насколько это неуместно.

Стыдно. Черт возьми! Докатилась, жалуюсь. Зачем я вообще про него сказала. Но воспоминания слишком свежи и болезненны.

— Прости, я не хотела тебя грузить этим… — вскакиваю с диванчика, но меня тут же ловят в объятия крепкие мужские руки.

Дэниел прижимает меня к себе, проводит по спине горячими ладонями, поднимается выше по плечам и обхватывает мое лицо ладонями. Заставляет посмотреть ему в глаза. Зеленые — человеческие.

— Я не он, Хлоя… Я — не твой отец. И я никогда тебя не оставлю и не предам.

— Дэн… — я не знаю, что на это ответить. Ведь я должна.

А он снова, будто читает мои мысли, прижимает палец к моим губам и тихо произносит:

— Не говори сейчас ничего. Ты не обязана. Просто позволь мне быть рядом… — он улыбается и вдруг вспоминает, разбивая неловкость момента. — М-м-м, кстати, совсем забыл, я еще принес фрукты.

— О-о-о… — я с благодарностью улыбаюсь, опуская взгляд на пол.

На столике вдруг возникает плетеная корзина в которой собраны разноцветные плоды, половину из которых я даже не знаю названия. Разве что могу опознать папайю и вытянутые желтые плоды манго.

— Та-ак, что тут у нас?.. — мужчина уверенно вытаскивает из корзины один за другим странные фрукты. — Чомпу, аки, мангостин…

Вновь присаживаюсь на

— Нет-нет, дольки отделять не нужно! — он отбирает у меня что-то коричневое с твердой шкуркой, внутри которой находятся мягкие дольки, похожие на апельсин. — Отделять не нужно, раздавишь. Так ешь. Вкусно?

— М-м-м… — согласно мычу, пытаясь не облиться кисло-сладким вкусом.

Дэн ловко разделывает еще несколько плодов и я с удовольствием знакомлюсь с марулой, гуавой и еще чем-то труднопроизносимым.