Случайная жена ректора, или Алхимическая лавка попаданки (СИ) - Ружанская Марина - Страница 39

В лабораториях работали специальные бытовые заклинания, которые защищали алхимиков, но у меня в кабинете их, само собой, не было.

Воздушное заклинание сорвалось с кончиков пальцев вихрем, закрутило подол платья девушки, разметало документы, лежавшие на столе. А после, подчиняясь моему приказу, начало втягивать в себя отравленный воздух. Жаль, из легких Златы яд так не удалишь.

Дверь за моей спиной резко хлопнула от сквозняка, когда я с девушкой на руках вышел из кабинета под удивленным взглядом секретаря. Впрочем, миссис Бичем не зря занимала свою должность уже столько лет: ни одним словом она не позволила себе выразить мысли или сделать замечание. Лишь монотонно доложила:

— Саэр Фарелл сообщил, что будет у вас через полчаса. Отменить встречу?

— Нет. К тому времени я буду на месте.

Естественно, стоило появиться с бессознательной девушкой на руках в Алхимической лавке, как меня едва не затоптали ее разъяренные защитнички. И ладно, старый алхимик Шарль и бешеный мохнатый комок, который притворялся котом, но чего я точно не ожидал, так это увидеть в их рядах собственную повариху миссис Новак и бывшего ведьмака Барга. Из-за их спин выглядывала рыжая девчушка — племянница убитого магом эфира Поттера.

— Что ты с ней сделал⁈ — воскликнул мастер Вингольд, пока я укладывал девушку на тахту в лаборатории.

— Принес домой. А должен был сделать что-то другое?

Кажется, в народе говорят: каков привет — таков ответ. И это моментально подействовало: Шарль умолк, а над Златой тут же заквохтала тетушка Бетти, прикладывая на ее лоб холодный компресс.

— У нее острое отравление парами ртути, склянка случайно разбилась, — уже миролюбиво пояснил для присутствующих. — И — нет, это был не я. Ей нужно дать отвар золотого корня и…

— Спасибо, Ваша Светлость. Я знаю, что делать, — кивнул Шарль, торопливо вливая в рот девушки лекарство. — Она хорошая девочка, хоть и неопытная.

— И неместная, да? Точнее, иномирная.

— Вы… знаете? — алхимик растерянно опустил руки.

— Так же, как и то, что она маг эфира. — А еще носит мою брачную метку, но об этом я пока говорить не буду. — Как она к вам попала, Шарль?

— Через пару дней после Излома зимы, вышла к моему дому. В одном платье, замерзшая и голодная. Ну а я пожалел, приютил…

— Ясно… И еще по поводу ртути. У вас есть предположение, почему она так действует на носителей драконьей крови?

— Нет, саэр Ридар, — покачал седой головой старик. — Когда-то, лет двадцать назад, я уже видел этот эффект. Но почему и как, понятия не имею.

— В моем мире у алхимиков когда-то была ртутно-серная теория, — вдруг прозвучал слабый женский голос от диванчика. Все обернулись: Злата уже пришла в себя и полусидела на диванчике. — Этот элемент называли «первичным» металлом, может из-за уникальной способности ртути образовывать амальгамы с другими металлами. Ею же обосновывали возможность трансмутации: превращения свинца в золото и даже создания Философского камня К тому же там была еще связь с основными стихиями. Якобы ртуть содержит воду и воздух, а сера — землю и огонь. Их даже изображали в алхимических трактатах, как крылатого и бескрылого драконов.

— Хм… Интересное совпадение, — согласился я, с затаенным удовольствием наблюдая, как она «оживает». — Кстати, и сера и ртуть высвобождаются из земной коры с извержениями вулканом. Не зря у наших предков был целый обряд, связанный с этим. В древние времена, когда они еще умели обращаться и могли летать…

— Это было что-то вроде ритуала инициации?

— Возможно. Так что там с вашей иномирной ртутно-серной теорией, саэра Вигольд?

Она явно смутилась, подтянулась повыше и уже не так уверенно продолжила:

— Ну… Поскольку свойства таких веществ как соли металлов трудно было объяснить лишь двумя химическими элементами, то вскоре к ней добавили третий — философскую соль, принцип твердости. В таком виде теория трех принципов приобрела логическую завершенность. То есть ртуть и сера образуют твердые вещества лишь в присутствии всех трех элементов и тогда из них даже может получится «эликсир» — философский камень, обладающий выдающимися свойствами.

— Но если считать по стихиям, учитывая, что ртуть и сера уже содержат воду, воздух, землю и огонь — то «философская соль» — это пятый элемент?

— Да, что-то вроде… Простите, я не вникала так глубоко, ведь это были… сказки.

Хороши сказочки, ничего не скажешь. Учитывая, как легко эта девочка «сделала» одного из лучших магов королевства.

— Что ж, поправляйтесь, саэра. А я, к сожалению, вынужден вас оставить. Сами понимаете, у меня свадьба через пять дней, — напомнил я, внимательно наблюдая за реакцией девушки. И с удовольствием отметил, как ее ресницы трепыхнулись и она торопливо опустила голову, пряча выражение лица.

Ну же, давай, золотце! Ты ведь захочешь прийти? Хотя бы для того, чтобы снять метку.

— О!.. — вместо нее эмоционально воскликнула Эльжбета. — Поздравляем, Ваша Светлость! Церемония будет закрытая?

— Нет, миссис Новак. Приглашаются все желающие. В двенадцать в главном соборе.

На этом я откланялся и ушел. Дорогу до Академии даже не запомнил, обдумывая, как лучше провернуть все то, что задумал.

— Нейт! — воскликнул Бертран, который уже по-хозяйски расположился в моем кабинете, забросив ноги на низенький столик у дивана и откупорив одну из бутылок в баре. — Я тут скучаю в одиночестве, а ты, говорят, в это время хорошеньких девушек на руках таскаешь?

— Кто говорит?

— М-м-м… Сорока на хвосте принесла, — ухмыльнулся старый друг и уже серьезным тоном спросил — Это ведь была саэра Вингольд?

— Да.

— И она… маг эфира.

— Я знаю.

— Ничем тебя не удивишь, — буркнул Бертран, делая большой глоток из бокала. — Мои люди выяснили, что она прибыла из…

— Деревни Колкрик в округе Мирабо. Месяц назад она обезвредила людей из банды Девиша и сбежала.

— Какой же ты зануда! — фыркнул Фарел. — А девочку жаль. Красивая, молодая. Такие после запечатывания магии быстрее всего сохнут.

— И я как раз об этом. Злата не виновна в убийстве в городе. Прошу по-дружески, не трогай ее и не сообщай в комиссию по нейтрализации. Пять дней.

— Ты понимаешь о чем вообще просишь? — нахмурился дознаватель.

— Понимаю, — я налил бокал себе и сел в кресло напротив, глядя в лицо старого друга. — Но когда ты просил отмазать свою ненаглядную «лисичку-контрабандистку», я не задавал лишних вопросов.

— Я помню, — криво ухмыльнулся Берт. — И всегда буду тебе благодарен. Тем более из-за этого ты попал в ссылку вместе со мной, потеряв место Верховного мага.

— Скажем честно, не из-за этого, а из-за того, что Его Величество слишком приблизил к себе служителей церкви. И именно церковь виновата в опале магов эфира. Худы бы их побрали!

— «Мозгоедов» или церковников?

— Всех разом. Вот скажи мне: когда такое было, чтобы дракон слушал священников?

— Согласен… В странные времена мы живем. Но вообще, зная тебя, можно было бы подумать, что ты под действием ментальной магии. Почему ты так уверен, что это не она убила Поттера?

— Уверен. Что до меня… Проверь, — я развел руками, предоставляя ему карт-бланш и убирая все свои щиты.

На несколько минут в кабинете повисла тишина. Наконец, Фарелл откинулся на кресло и хмыкнул:

— Ничего… Ментального воздействия нет.

— Именно.

— Ладно, баш на баш, не выдам твою блондиночку. Хотя понятия не имею, как ты собираешься разрешить эту ситуацию.

— Так… Есть одна идейка. Маленькая, но очень-очень интересная.

Глава 19

Отравиться ртутью — это не кило конфет в одно лицо слопать. Хотя о любимом «Птичьем молоке» я могла только мечтать. Да что там! Сейчас я бы с радостью съела самый обычный бутерброд со сливочным маслом, кружочком колбасы и огурчиком.

Вместо этого приходилось давиться настоем золотого корня, люцерны, овса и кориандра. Из-за паров ртути болел живот, меня тошнило, вся слизистая стала медно-красной, а во рту появился противный металлический привкус.