Мне его подарили! Дом-портал 2 (СИ) - Риш Мартиша - Страница 62

Я открыл перед мамой калитку. Мало кто решится прийти в особняк эльтем, но мама повела себя так, будто в этом не было ничего особенного.

И тут я заметил на крыльце Эстона. Он смотрел на нас ошалело, откровенно не понимая, что здесь происходит. Наконец Диинаэ обернулась к мужу.

- В следующий раз – убью. Гвоздями прибью! За такую-то шутку! Надеюсь, стол уже накрыт на нас всех?

- Разумеется.

- Вот и отлично.

Глава 43

Денис

Отец меня бросил. Ну, если честно, то не только меня. Маму и бабушку тоже. Ничего удивительного. Этого стоило ждать... Только мне очень обидно. Нет, не так. Теперь-то я чувствую себя, наконец, идиотом! Просто полным кретином. Повёлся! И было б на что. Пожалел папочку, называется. Проникся сыновьей любовью. Знал, нет, не знал, но догадывался, что в карманах у Серёженьки пусто. А даже если и нет, своих денег он на меня ни за что не потратит!

Прав был этот гад Эстон, когда говорил о неравных вложениях. Мать меня растила, нянькала. Пускай это ей не особенно удавалось, я вообще не понимаю, если честно, как она меня не угробила окончательно, одни горчичники чего стоили, а растирания мёдом? Но она ведь старалась в меру своих печальных способностей. Папа же купил брючки новенькие и все. Портки! Я продался за портки и слезливую историю. Во, дурак! Матери нахамил. Эстона и Альера чуть ли не по грибы в лес отправил. Идиот. А папа?

Как же всё-таки обидно. И за себя, и за бабушку, я же вижу, что она теперь места себе не находит. Мечется из угла в угол, звонила полночи куда-то, искала своего убогого сына. А он просто нас бросил. Видимо, я ему чем-то не угодил. Недостаточно хороший, наверное. Был бы у него другой сын, какой-нибудь отличник, например, может быть, он и остался бы.

А я? Я – пустое место. И перспектив никаких. Если сдам экзамены, уже, считай, повезло. Это ж и так понятно. Бабушка, конечно, думает иначе. Да и мама изредка тоже. Но они меня слишком любят. А отец посмотрел трезвым взглядом, оценил, взвесил все риски и бросил. Разумно. Зачем я вообще кому-нибудь нужен? Маме только легче станет, если я сбегу, ну или попаду в интернат для сложных подростков. Бабушка вот только будет убиваться. Не сразу поймет, что вся учёба, которую она затеяла – зря! Я – пустое место, противный и гадкий парень. От меня одни только проблемы, папа сразу все понял. И свалил куда подальше. Ни слова не говоря, чтоб я только следом не увязался.

Альер, мама, Эстон – этим я тоже не нужен. Точнее, нужен, но не таким, какой есть. Успешным, разумным, ну и далее там по списку. А я не хочу! И так обидно на душе внезапно стало, будто бы я и вправду неудачник.

- Галицкий! Где ваша классная работа?!

- Чего? - я поднял лицо на учителя. Только б он не заметил, что глаза у меня красные от слез. Какое мне теперь дело до этой учёбы?

- Тааак! - пропел истерик, то есть историк, - А что с лицом?

- Лицо, как лицо! - достаточно громко заявил я, лишь бы избежать дальнейших расспросов. И насмешек от всех, само собой.

Этим я тоже не угодил. Никак пережить экскурсию по лесам не могут. Видите ли, мой родной папочка – бомж, который посмел явиться на мероприятие в нелепом костюме. И в этом тоже я виноват, если честно.

- Так, глаза красные, взгляд мало вменяемый. Все ясно. Родителей в школу.

К этому я был не готов...

- Мама работает. Она не сможет прийти. Может быть, бабушка.

- Родителей или законных опекунов я лично прошу появиться в кабинете директора не позже конца рабочего дня.

- Ладно, - я проскрипел зубами и сел обратно на свое место.

Весь класс таращится, будто я показал им какое-то представление. Можно подумать, до меня хоть кому-то есть дело! Еще и мать устроит мне представление дома, в школе она никогда не скандалит, только обещает плотней заняться моим воспитанием. Эстон тоже, наверное, придет. Вот уж от кого я получу взбучку! Точнее выговор. И что с этим делать? Может, в медпункт отпроситься? Сто приседаний поднимут мне пульс так, что хоть скорую вызывай. Проверенный метод. Во время упражнения можно ещё и не дышать. Тогда и давление рухнет до критической отметки, или, наоборот, вырастет. Я уже не помню. Но медсестра крик точно поднимет, не до моих родителей им всем сразу будет. Как бы не помер ребёнок. Им же за меня отвечать. Перепугаются точно. Можно еще черничный булочкой губы немного намазать. Или тушь для ресниц синюю у девочек выпросить. Пускай все побегают. Мама так точно мигом примчится. Если ей есть еще до меня хоть какое-то дело.

Я захлопнул тетрадь и уставился в стену. Как же меня все достало. Школа эта, личный водитель, дорогая машина... Куда лучше было вставать по будильнику, сонным пересечь двор и сладко уснуть на первом уроке. В классе нас было тридцать пять человек, не то что здесь, где каждого видно и сидим все порознь, у каждого своя парта. Всего пять человек, выкручивайся, как хочешь. Ни списать, ни поспать, отвечать на каждом уроке. И не накричит никто из учителей. Ругают так, что не сразу поймешь, о чем речь вообще. Например, альтернативно одарённый – это как? Похвала или что? Я в первый раз на эти слова улыбался, класс от хохота сполз под парты. Оказалось, что меня совершенно точно не похвалили. О пучке нервов членистоногого вообще вспоминать не хочется. Учитель ласково сообщил, что моим мозгам и до этого далеко.

Хоть плачь, а теперь еще и маму к директору вызовут. И все из-за кого? Из-за Серёженьки! Чтоб его так учили, как меня здесь! Если б не он, я бы так и остался дремать за задней партой в своей старой школе. И ни черта б не учил! Ненавижу! И его, и маму, и бабушку! Её так вообще! Растила меня для отца. Как хризантему в подарок! Можно подумать, я сам для нее что-то значу. Ну хотя бы для нее. Был бы девчонкой – ревел бы сейчас. А так пришлось закусить до боли губу, да карандаш сжать изо всех сил в пальцах, чтоб грифелем кожу колол. Просто чтоб не заплакать.

И тут на плечо мне легла сухая ладонь учителя.

- Я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Новая школа, друзей пока нет.

Сил едва хватило, чтоб сдержаться. Я выскочил в коридор, уткнулся лбом в стену. Набрал бабушку. И та не ответила. Никому я оказался не нужен. Ни папе, ни маме, ни ей. Будто меня нет вовсе. И делай, что хочешь. Так может, и вправду? Денег, которые переводил мне Эстон, вполне хватит на то, чтоб уехать далеко. И начать там совсем другую жизнь. К примеру, под пальмой. За границу без родителей меня не выпустят. А где у нас пальмы растут? В Сочи? В Анапе? Куда есть билеты, туда и рвану. Главное – не реветь, пока я на виду у всех. А мама пускай живет своей жизнью. В одном прав отец, я ей теперь и не нужен вовсе! Пускай другого ребенка заведет, покруче, получше и сразу чтоб вся одежка брендовая на нем. Как же больно...

Глава 44

Лорэль хлопочет вокруг стола, и мне перед ним неудобно, я то и дело порываюсь встать, чтобы помочь ему принести блюда, и сама себя останавливаю. Наверное, мне просто хочется сбежать от второй условно свекрови. Тьфу! Можно подумать, мне одной Антонины мало! Да и с Альером мы не женаты. И от того, что я его на рынке купила становится совсем уж не по себе. Как же хочется пройти в кухню, проверить что-нибудь ценное. Не пригорел ли паштет? Не перестоял ли пирог? Или чем это так вкусно пахнет? Собственно, блюда, которые принес эльф, я не могу угадать даже примерно. Разве что по запаху смутно догадываюсь о составе.

С большим трудом подняла я взгляд на гостью, улыбнулась ей. Женщина вся засветилась. Никогда я не видела у Антонины такого выражения глаз.

- Чудесные листья, не правда ли? Угощайтесь, - я пододвинула единственное блюдо, которое мне хоть примерно удалось опознать.

- Это высушенные лепестки роз, приправленные сыром и белым трюфелем. Удивительно тонкий вкус. Ваш второй раб чудесно готовит, - я принялась рассматривать узор скатерти. Понятно, кого она считает первым рабом.

- Да, с этим я соглашусь. Лорэль просто чудо.