"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Курамшина Диана - Страница 812

Вид Вероники, который эффектно дополняла её машина резко контрастировал с двором дома где жили мои родители. Как будто модель с рекламных плакатов невесть как оказалась в советской глубинке.

— Где тебя черти носят? Я уже битый час жду! — Недовольно сказала мне девушка.

Интересное заявление и самое главное тон. Как будто мы с ней договорились о встрече а я накосячил.

Можно было ответить в подобном ключе, но я решил не лезть в бутылку и просто вежливо сказал.

— Я тоже рад тебя видеть, привет. Какими ветрами тебя занесло в Нижний Тагил?

— Да вот, решила продолжить знакомство с будущей звездой мирового хоккея.

— Хорошее дело, тогда милости прошу к нашему шалашу, — я сделал приглашающий жест в сторону подъезда.

— О нет, зачем нам это, — она заговорщицки понизила голос, — да и пить чай с твоим родителями не входит в мои планы. Я, пока что, — интересная какая оговорка, — хочу познакомиться не с ними, а с тобой.

— И что ты предлагаешь? Прогуляемся в парке? Он тут неподалёку. Или может быть сходим в кафе-мороженое? — я сказал это таким тоном что девушке стало понятно что это просто легкий сарказм.

— У меня есть идея получше. Мне сказали что у вас выходной до завтра. Так что я приглашаю тебя к себе в гости.

— Вот как? Вот так сразу?

— А почему нет? Жизнь коротка, надо брать от неё по максимуму здесь и сейчас.

— Ну хорошо, — улыбнулся я, — сейчас я только поднимусь к себе и записку оставлю для родителей. Я же правильно понимаю что сегодня мы сюда уже не вернемся?

— Все верно, — ответно улыбнулась она.

— Дай мне минуту.

Поднявшись к себе я собрался и написал записку.

«Мама и папа, извините что так получилось, но за мной приехали. Асташев немного переиграл свои планы и нужно быть на базе уже сегодня. Обнимаю. Саша».

Конечно это неправда, но я уверен что она не раскроется. Я достаточно изучил своих родителей. Они доверяют своему сыну и не будут заполошно звонить на базу и проверять. Это сто процентов.

Да и тем более у Вероники наверняка есть телефон в квартире, как приеду к ней позвоню для гарантии.

Честно сказать, я ни на секунду не сомневался, когда собирался и писал эту записку. Чем-то она меня, притом не меня нынешнего, а того, который остался в будущем, крепко зацепила.

Так крепко что я решил пойти на этот маленький подлог.

— И куда мы едем? — спросил я Нику, когда сел на переднее сиденье и мы выехали из двора на проезжую часть.

— У дедушки дача рядом с твоим Курганово, положена как академику. Сейчас там никого.

— Вот как? Вроде поздновато уже картошку копать. Или у вас особый поздний сорт?

В ответ она только засмеялась.

— Люблю мужиков с чувством юмора. Нет, от дачи там одно название. Скоро сам всё увидишь…

Хорошо живут академики, пусть даже и на Урале. Через два с половиной часа машина Ники остановилась на отсыпанной гравием подъездной дорожке очень симпатично выглядящего коттеджа в каком-то дачном кооперативе. Как мне объяснила Ника живут здесь сплошь профессора, академики и ответственные работники всех сортов.

— И как тебе? — спросила она когда её машина заехала на территорию и девушка закрыла ворота.

— Мне нравится, — ответил я.

Никаких грядок тут не было и близко. На большом участке располагался двухэтажный дом, беседка с оборудованным рядом с ней мангалом под крышей и баня, судя по тому что над трубой воздух играл дымкой уже натопленная.

Проследив мой взгляд она небрежно сказала.

— Не обращай внимание, я позвонила и наш дворник натопил баню.

— А кухарка с горничными приготовили ужин? И я что-то не вижу дворецкого.

— Скажешь тоже, кухарка. А дворник он же охранник садового товарищества. У него ключи есть и телефон в сторожке, мы постоянно его просим чтобы он баню протопил к приезду.

— Ну как скажешь…

Утомленная Вероника уснула когда на часах в её спальне было без четверти час. Я аккуратно убрал её голову со своего плеча и как был, нагишом вышел на балкон подышать свежим воздухом.

Наше знакомство с ней очень быстро перешло в горизонтальную плоскость. Сначала в бане, потом в беседки и финалом мы переместились в спальню.

Мой юный организм не подкачал, так что её аппетит получилось удовлетворить полностью. И судя по звуковому сопровождению я не облажался.

То что сейчас происходило между нами казалось мне слишком быстрым, мы познакомились буквально несколько дней назад, а я уже в её постели.

Наверняка это неспроста, не производила она впечатление изголодавшейся по мужскому вниманию женщины, тем более с её-то внешними данными. Сто процентов её от меня нужен не только и не столько секс.

Впрочем, пока что меня всё устраивало. Да и кто бы стал протестовать оказавшись на моём месте.

Так что я вернулся в спальню. Пусть пока будет то что будет, а дальше разберусь.

В пять тридцать нас разбудил будильник, а уже без четверти семь я зашел в главное здание базы Автомобилиста в Курганово.

Вроде бы всё прошло хорошо, и никто никаких вопросов мне не задавал.

А с Никой мы договорились снова встретится после второй игры с ЦСКА. По идее после неё Асташев должен будет дать нам выходной.

10 октября 1987 года. Москва. База хоккейного клуба ЦСКА.

— Приветствую, Борис Моисеевич, проходи, — Виктор Васильевич Тихонов сделал приглашающий жест рукой и его гость сел в кресло для посетителей стоявшее в кабинете великого и ужасного главного тренера ЦСКА и сборной Советского Союза.

В про этого человека в будущем скажут что он был серым кардиналом Тихонова и его правой рукой. Именно благодаря Шагасу в ЦСКА появилась целая плеяда по настоящему великих хоккеистов.

Он приложил руку к переходам Касатонова, Макарова, Ларионова, Быкова, Могильного, Федорова, Малахова и многих-многих других. Про Шагаса говорили — где прошел он, там выжженная земля.

У Бориса Моисеевича были свои люди чуть-ли не во всех командах куак высшей так и первой лиги, и он знал всю подноготную практически любого мало-мальски талантливого игрока, который мог усилить флагманский клуб советского хоккея.

И сейчас Тихонов хотел поговорить с ним об очередном таланте.

— Ну что там, рассказывай.

— Родители у этого парня очень простые, отец литейщик на заводе а мать в столовой работает. Живут втроем в однокомнатной квартире. Не бедствуют но и не шикуют. Обычные.

— Понятно, а что там у него со Старшиновым за разговор произошёл?

— Да тот хотел его сманить в Спартак после предсезонной игры в Донецке, пацан его послал. Сказал что хочет обыгрывать Спартак а не играть за него.

— А вообще, что он за фрукт такой?

— Да пока непонятно, на вид самый обычный старшеклассник. Правда после первой победы автомобилиста он какому-то преподу лицо разбил вроде как в ресторане.

— Понятно, — ответил Тихонов.

— Я так думаю, если ты вдруг захочешь его в ЦСКА сманить, то проблем не будет. Можно будет как с Ларионовым сделать. Однушку парню, ну когда подрастет, родителям двухкомнатную. Любой согласится, и это даже если не говорить про то что он в ЦСКА играть будет.

— Вот и я так думаю, Моисеич. Парень уже играет на высочайшем уровне. Его переход в ЦСКА будет отвечать интересам сборной. Надо будет посмотреть на него в играх против нас, а там уже будем решать что с ним делать.

— Ну это тебе решать. Моё дело маленькое. На кого укажешь, того к тебе и привезти.

Шагас окинул взглядом стол Тихонова и увидел на нем лист бумаги с фамилиями игроков ЦСКА. Обычно тренер армейской команды такие бумаги убирал когда приходили посетители но Борис Моисеевич был в доску свой. Ему можно было показывать внутреннюю кухню команды.

В третьей тройке ЦСКА значились фамилии Могильный, Федоров, и Давыдов. Притом последняя фамилия зачеркнута и сверху неё было написана карандашом другая — Буре.

— Ты никак решил Пашку поставить в состав? Не рановато для его дебюта?