"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Курамшина Диана - Страница 783

Ничем иным кроме как желанием Асташева посмотреть на команду когда игроки под нагрузкой, я объяснить его действия не мог.

Во всяком случае только это имело, на мой взгляд, хоть какую-то логику.

В итоге ему это полностью удалось. На матч с ташкентцами я вышел уставшим, меня вчерашняя игра так не вымотала как сегодняшняя тренировка.

А тут еще и Асташев перед игрой сообщил что хочет попробовать меня на позиции центра первого звена и в составе первой спецбригады большинства и ситуативно в одной из бригад меньшинства. Очень и очень много игрового времени для шестнадцатилетнего игрока.

— Сан Саныч, — спросил у Асташева доктор команды Герман Андреев, когда тренер шёл из подтрибунного помещения на площадку — ты же так загонишь парня. Может не надо так много времени ему давать?

— Ты думаешь, что ему нельзя столько играть по медицинским показателям?

— Да нет, он здоровый как бык. Не зная, что ему всего шестнадцать, я бы дал ему лет двадцать, а то и больше.

— Ну вот ты и ответил на свой вопрос. Если он здоровый как бык, то пусть и пашет во всю. Мало ли какая ситуация может произойти во время игры в высшей лиге. Сейчас самое время всё смоделировать.

На самом деле Асташев решил немного проучить безусловно талантливого, но слишком уж наглого новичка. Ему не понравилось то, что тот решил после игры потренироваться самостоятельно, как будто ему мало было нагрузок.

Ну раз так, я тебе устрою сегодня нагрузки. Глядишь и не будешь больше глупых вопросов задавать, — подумал Асташев, глядя как Семенов выходит на стартовое вбрасывание.

Глава 5

Да уж, уровень узбекского хоккея оказался, как говорится, ниже плинтуса. Не хотел бы я числиться в клубе, подобном этому «Бинокору».

Несмотря на то что играли мы под нагрузками, соперник оказался слишком слабым. 3:0 к первому перерыву, и 8:0 в итоге. Не интересно даже как-то.

Зато мне удалось вдоволь наиграться, больше двадцати минут на льду и 1+4 в итоговом протоколе, очень и очень приличные цифры для юниора.

Собственно после этой игры я, да и никто в команде тоже, уже не сомневался в моих перспективах на следующий сезон.

После игры, сразу после того как мы прибыли на базу, Асташев вызвал меня к себе в кабинет и поздравил с этим. Правда в очень странной манере.

— Можешь позвонить родителям, ты остаешься в команде. Поздравляю. Вот только что с тобой делать, Семенов, я не знаю.

— Извините, Александр Александрович, это вы о чем? Я не очень понимаю.

— У тебя настоящий талант, Саша, что верно, то верно. И уже сейчас ты, по какой-то непонятной мне причине, играешь лучше чем любой другой мой игрок. Но вот то, как ты общаешся с самыми опытными и авторитетными игроками в команде — просто недопустимо, — вот же блин, он что, сейчас высказывает мне за то, как я пикировался с Кутергиным и Каменским на представлении команде?

— Больше не повторится, Александр Александрович, — решил коротко ответить я.

— Я на это надеюсь, Семенов. Но что сделано, то уже сделано. Я хотел тебя поставить сразу в первое звено центром, но пока что этого делать не буду.

— Разрешите вопрос, Александр Александрович, — осторожно спросил я.

— Конечно.

— Вот вы сказали что не поставите меня первым центром. А вообще, с кем я буду играть в тройке? Я так понимаю, что сегодня вы специально тасовали звенья и смотрели на то, кто в каких сочетаниях лучше всего играет. Так?

— Верно, — ответил Асташев, — план был такой, именно просмотреть максимальное количество сочетаний. А с кем ты будешь играть в тройке, я пока не знаю. Но ничего, до старта сезона у нас еще много времени, мы успеем определиться с сочетаниями. Всё, иди.

Когда Семенов вышел из кабинета, Асташев засобирался домой. Следующая игра «Автомобилиста» с нижнетагильским Спутником, назначена на послезавтра, так что можно было один вечер провести с семьей.

А завтра с утра заехать в спорткомитет. У Асташева появилась одна достаточно смелая идея, которая могла как принести ему успех, так и утопить вместе с командой.

На следующее утро он отправился в спорткомитет, прямо к Завьялову, тому еще в начале лета поставили в обкоме задачу обеспечить максимальное содействие тренерскому штабу «Автомобилиста», и Сан Саныч собирался это использовать по максимуму.

Несмотря на то, что утро выдалось очень пригожим и непривычно жарким для уральского августа, в здании спорткомитета было прохладно.

Асташев приехал с утра пораньше, и не все работники комитета были на своих местах, правда к Завьялову это не относилось, тот был, как и тренер «Автомобилиста», ранней пташкой.

— Приветствую, Сан Саныч! — улыбаясь и пожимая руку Асташеву сказал Завьялов, — с чем пожаловал? Был вчера на игре твоего «Автомобилиста», ты не ошибся с этим парнем, с Семеновым. Он очень хорошо сыграл. Поздравляю.

— Спасибо, Виктор Василич, — ответил Асташев, — я собственно по поводу Семенова и приехал.

— Что-то случилось? — тут же напрягся его собеседник, — опять травма? Но на игре я ничего подозрительного не видел.

— Да нет, сплюнь, — улыбнулся Асташев, — всё хорошо с ним, — он посмотрел на часы и продолжил, — сейчас по идее должен просыпаться и, после завтрака, выходить на тренировку.

— Так в чем дело-то? — снова спросил Завьялов.

— Хоть времени прошло всего ничего, но меня смущает, что он у меня один в команде. Я хоть и приставил к нему Илью Бякина, в качестве наставника, скажем так, но этого мало.

— И?

— Я хочу взять в команду еще как минимум двоих игроков. Молодых и которые у нас еще не выступали. Создать парню круг общения.

— А не боишся, что у тебя команда на группировки развалится? Молодые против старичков. Что делать будешь?

— Ты за кого меня принимаешь, Василич. Боюсь, конечно. Если увижу хотя бы намеки на это — прекращу моментально.

— Смотри, Сан Саныч, если ты не дашь результат, то полетят головы. И не только твоя. Я тоже мигом вылечу из этого кабинета. Мне товарищ Петров[149] лично задачу ставил. И знаешь кто при этом разговоре присутствовал?

— Конечно знаю, это же мне в обкоме хвост крутили, а не тебе. Не задавай глупых вопросов, а просто говори.

— Борис Николаевич, вот кто. Он хоть и секретарствует у себя в Москве, но родную область не забыл и живо нашими делами интересуется. А Ельцин, ты сам понимаешь, это величина.

— Слушай Василич, не забивай мне голову своей политикой. У нас в спорте и так её как одного дела за баней. Чего стоит хотя бы бойкот последней летней Олимпиады. Давай ближе к делу. Я за свои слова и поступки отвечаю в полной мере.

— Хорошо, как знаешь. И кого же ты хочешь к себе в команду? Парочку ребят из «Спутника»? Чтобы твоему Семенову создать нужную атмосферу?

— Что? Нет, конечно. Это было бы лучшим решением, но к сожалению там совсем некого брать, это точно будет неправильно.

— Тогда кого? И откуда?

— Пока что я хочу взять в команду Женю Мухина из нашего местного «СКА», он может вырасти в хорошего защитника, пока что он, конечно, сырой, но если с ним поработать то глядишь и получится хороший домосед в пару к Бякину.

— Так, это первый. А кто второй?

— Стас Виноградов из «Луча», мне кажется, что он может хорошо сыграться с Семеновым. У того быстрые руки и в голове как будто ЭВМ. А Виноградов очень быстрый. Атаковать сходу у них получится очень и очень хорошо. Я почти уверен.

— Хорошо, будут тебе эти игроки. Но ты мне скажи. Я уже задавал этот вопрос, но подниму его снова. Что ты будешь делать с теми, кто тебе не подойдёт? Состав-то не резиновый.

— Слушай, Василич, ты не обижайся, но я тут подумал, и решил что это совсем не моя забота. Тебе же товарищ Петров лично задачу ставил. Так что давай, оправдывай высокое доверие коммунистической партии и лично товарищей Петрова и Ельцина.