"Фантастика 2024-192". Компиляция. Книги 1-24 (СИ) - Курамшина Диана - Страница 687

— Иди к папочке, иди… — приговаривал взмокший от напряжения Поляк, — ты уже большой, хватит у мамки сиську сосать… папочка тебя ждет… давай, давай мой хороший…

Артефакт словно послушав, перевалился через грани и на десяток сантиметров приблизился к Поляку. Внезапно, жарка словно почувствовал неладное вдохнула, расширившись практически на метр. Поляк отскочил от приблизившейся к нему стены жара и преломляющегося воздуха словно мангуст от змеи. Транзит сокрушенно цокнул языком:

— Поляк, не достанешь… убираться пора, время, — сказал он.

— Время, не время, — раздраженно передразнил Поляк, — так вас за ногу, какое еще на фиг время? — явно не желая понимать Транзита затупил сталкер — поисковик, находящийся в состоянии артефактной лихорадки.

— Я тебя щас стукну, — резонно заявил Транзит, — и потащу. Или вон Танцор стукнет. Собирайся!

По лицу Поляка пробежали волны мучительной борьбы с самим собой. Целое поле артефактов, лежащих почти на равном месте, да еще каких! Всего по одной аномалии, никаких лабиринтов и болтов. Да от нее убежать можно просто сделав шаг назад, а не жмурясь и замирая, прижиматься спиной к другой подпирающей тебя аномалии, молясь что бы и та которая сзади тоже не решила вдруг проверить границы своих владений.

— Транзит! — наконец умоляюще вымолвил он, — ну, Транзитик, ну дай мне еще хоть одну пощупать… я ж… я ж… для всех стараюсь, — словно шестилетний ребенок у строгой мамы зовущей его домой попросил он, мол «мы тут недалеко погуляем, на стройку не пойдем, а кушать я не хочу, ну мам…»

Транзит не выдержал, посмотрев на ПДА. «Шестнадцать десять, черт побери, ни в какие ворота…»

— Поляк, последняя и то что проще. Пятнадцать минут! Не уложишься, буду бить! — с готовностью сказал он, грозя кулаком.

— Ага, я мигом. — Поляк покрутил головой и благоразумно определил, что электры для него сейчас более доступны, чем другие аномалии, поскольку в специальных карманах на поясе у него находилось два «бенгальских огня». — Танцор, за мной, поможешь! — на ходу скомандовал Поляк и побежал через трупы кровососов к двум крайним танкам, стоявшим ближе к выжженному холму, один из которых был объят электрой, словно ребенок в утробе матери.

Танцор бросился за ним, бряцая навешанным на него оружием и спотыкаясь о скрюченные лапы мертвых мутантов, которые теперь не вызывали у него опасений. Транзит не спеша двинул следом, крутя головой на триста шестьдесят градусов. Наконец Поляк, остановился у аномалии. Тут и невооруженным глазом было видно, что электра полна хабара. Целых пять огромных артефактов светились с ее краю, а легкий наклон почвы заставил пару из них «светляка» и «лунный свет» и вовсе выкатиться за пределы досягаемости электры.

— Танцор, скидывай быстренько, все железки, иди подбери вот эти два… а я вон тех красавцев вытяну. — Тут же распорядился, завидев такое Поляк. Не оборачиваясь, он что-то приговаривая, двинулся к аномалии.

Танцор отложил весь багаж Поляка, который он таскал на себе, снял свою разгрузку, отложил Enfield, нож, пистолет, и на всякий случай похлопав себя по карманам, двинулся к прекрасным плодам аномалии, доступным ему. Наверное теперь он понял лихорадку Поляка, и человека первым, именно первым, прикоснувшегося к артефакту, к этому невероятному и неподдающемуся расшифровке явлению, разбивающему все доводы науки одним своим существованием. Наверное, такое же открытие делает для себя человек коснувшийся в открытом море рукой кита или дельфина, наверное, такое же испытывает повар по наитию создавший нечто божественное на вкус и в растерянности переживающий это, наверное, такое же ощущение испытывают влюбленные после первого поцелуя впервые глядящие после него друг другу в глаза. Невероятное ощущения и понимание присутствия чего-то нового, на грани открытия, на грани восприятия, которое вдруг коснувшись тебя, вызывают восторг и растерянность, граничащую с вдруг ниоткуда пришедшим изумлением и радостью. Танцор рукой в перчатке с обрезанными пальцами притянул «лунный свет» к себе. Легкое приятное покалывание в пальцах, легкое головокружение, восторг и гипноз. Развернувшись, он встретился с глазами к тому времени подошедшего Транзита.

— Что понравилось? — лукаво прищурившись спросил Транзит.

Танцор промолчал, слегка ошарашено отнеся артефакт к лежащей поодаль разгрузке и, промычав что-то нечленораздельно, вернулся за вторым. Вдохнув и выдохнув, придя в себя он положил руку на «светляк» размером с апельсин, в то время как обычные светляки чуть больше пинг-понгового мячика. Снова вспышка в сознании, кратковременное, буквально на доли секунды помешательство, за время которой он словно почувствовал весь путь, который прошел артефакт, до того самого момента когда его коснулась рука человека. Больше артефакт никогда не заговорит ни с кем. Танцор отнес «светляка» к общей куче, выложил на разгрузку Поляка и подошел к Транзиту, который что-то озабоченно разглядывал на земле. Приглядевшись, Танцор понял, что они буквально топчутся по незамеченным в горячке человеческим остаткам, и чем выше поднимал взгляд Танцор к сгоревшему холму, тем этих остатков, а там уже и брошенного оружия становилось больше.

— Смотри-ка Танцор какое дело. — Задумчиво сказал Транзит. Его защитная маска практически не изменяла голоса, в отличии от противогаза новобранца. — Это что солдатики наши или кто? Иди, пройди повыше, посмотри что там в яме делается, — указал он махнув в сторону вершины выжженного холма до которого оставалось порядка четырехсот метров, — а я пока Поляка нашего покараулю, как вернешься, сваливаем. Чувствую, устроит мне Шурин выволочку за проволочку. Давай, сталкер, бегом.

Танцор подхватил Enfield и действительно, практически бегом побежал вверх на холм. Здесь на частично закопченной земле, в черных неузнаваемых лохмотьях виднелись человеческие кости, раздавленные калаши, абаканы, гадюки МП-5, пару раз Танцор выхватил взглядом пустые трубы РПГ. «Не похоже на вооружение сил заграждения» — подумал он, уже подбираясь к образованной под воздействием высоких температур черной воронке, посередине которой словно рука, ждущая помощи торчал хвост вертолета. Сталкер стоял на краю воронки, образовавшейся в центре холма, глубиною около трех и шириной около двадцати метров, через запотевшие стекла противогаза заглядывая в непроницаемую черноту провала.

Противогаз плотно сидящий на голове глушил звуки, разогнанная пробежкой вверх по холму кровь пульсировала и отдавалась эхом в голове, возможно поэтому он не различил сначала окрика, затем тихие, практически бесшумные выстрелы винтореза. Танцор кожей почувствовал, что что-то не так, одновременно с услышанной очередью из автомата Поляка. Моментально развернувшись, он увидел лишь смазанную тень, с низким гортанным звуком прыгнувшую ему на грудь. Тень ударила его в грудь и он рефлекторно схватившись за нее полетел вниз. Уже в полете сбившее его с ног существо пыталось вырваться, но Танцор был не из того десятка или тысячи людей, которые столкнувшись в рукопашном бою с неприятелем допускают ошибки. За секунду пока оба тела летели вниз, он успел повернуть схваченное им тело под себя и, выставив локоть перед собой жестко воткнуть его нападающего, одновременно смягчив собственное падение. Раздался звук выбитого из легких воздуха, нечто внизу на секунду обмякнув, вдруг отчаянно начало вырываться. Танцор отпрянул от нападавшего, жженая зола, словно черный снег бесшумно кружилась в воздухе, поблескивая антрацитовыми гранями. Первым делом сталкер сорвал с себя противогаз, не позволявший разглядеть нападавшего. Видимость сразу улучшилась, а на вспотевшее лицо осела сажа, оттеняя белки глаз. Нападавший перекатившись из лежачего положения в сидячее, тяжело хрипя через одетый, но сползший с подбородка и зацепившийся за нос противогаз отскочил к противоположенной стене. «Удачно я его приложил» — понял сталкер, одновременно понимая, что все оружие, включая нож, пистолет он оставил рядом с Транзитом, а винтовка отлетела и осталась там наверху. В то же время нападавший, как будто пытался встать, но тут же сел на корточки и зарычал, оскаливая мелкие и темные зубы. «Снорк» — понял Танцор, одновременно собирая в уме информацию по поведению, сильным и слабым сторонам мутанта.