Серж. Книга 2 (СИ) - "MAX67" - Страница 93

До вечера группы проходили маршруты раз за разом. Игорь и Сергей меняли группы местами, переустанавливали мины, с каждым разом добавляя что-то новое. Особенно всех впечатлили ловушки, срабатывающие не на первого бойца. Когда в группе неожиданно проваливался под землю двигающийся вторым или третим, это производило эффект. Парни устраивали разбор, объясняя допущенные ошибки. И это давало результаты. К концу дня группы прошли маршруты, не допустив ошибок. В учебный центр все возвращались уставшими, но довольными от проделанной работы.

Постепенно тренировочный городок принимал законченный вид: уже были готовы казармы и часть проволочного ограждения. Рабочие приступили к возведению макетов складов, ёмкостей с горючим и небольшой стоянки самолётов. На аэродроме парни нашли разбитый МиГ-15, который совершил вынужденную посадку. Как сказали техники, восстановлению в полевых условиях он не подлежит. С него сняли основные узлы и оборудование. Военный советник решил вопрос с получением разрешения на использование повреждённого самолёта в учебных целях.

Постепенно всё подразделение приступило к тренировкам по скрытому проникновению и уничтожению охраняемого объекта. Среди отделений развернулось соперничество: кто пройдёт первый этап проникновения и уничтожения казарм как можно быстрее. И это начало постепенно вредить. Командиры отделений гнались за временем, допуская непростительные ошибки, которые в боевых условиях привели бы к потерям. Попытки объяснить, что такое недопустимо, не давали результата.

— Луис, что посоветуешь? Эти балбесы устроили соревнования: кто быстрее, но не качественнее. Объяснения и разбор допущенных ошибок ничего не дают, — Седой, потёрши подбородок, вздохнул.

— Усложни подход. Они расслабились: ежедневно один и тот же маршрут подхода к ограждению и повторяющиеся действия за ним. Подготовь сюрпризы, чтобы каждая группа, идущая на выполнение задачи, столкнулась с чем-то новым и неожиданным, — произнёс кубинец.

— Предлагаешь установить хитрые мины и подготовить ловушки. Но это всё будет действовать только на один проход отделения, — вздохнул Сергей.

— Включай голову. Кто мешает тебе использовать своих парней как группу противодействия? — кубинец с интересом смотрел на Седого. — В колючке натяните медную проволоку, но командирам групп об этом ни слова. Это будет сигнализацией — неважно, на что она срабатывает: на прикосновение или на размыкание. Главное, они её проигнорируют. Плюс добавь, как ты сам сказал, ловушек и сюрпризов. И они начнут осторожничать. А тот, кто не поймёт, встретится с твоими парнями… Местные так устроены: как только им кажется, что они всё знают, их надо приземлять, иначе жди беды. А твой любимчик тоже включился в гонку?

— Мишель отказался участвовать в этих соревнованиях, но это пока.

Группа уверенно двигалась к ограждению. Первые двое приподняли колючую проволоку и подставили подпорки. Восемь человек проникли на территорию и начали расползаться. Неожиданно сработал свисток, и ввысь взметнулась красная ракета; в ту же секунду из окна казармы показался боец с пулемётом и открыл огонь.

— Группа уничтожена… — улыбаясь, произнёс Седой.

— Но, командир… — поднявшийся офицер мозамбикской армии хотел что-то сказать.

— Что командир? Твои ребята куда-то торопятся? Из-за этой торопливости вы все погибли. А может, и попали в плен. Видимо, надо вам показать, что такое попасть в плен к противнику… — зло улыбнулся Седой.

Следующая группа не видела, что произошло с предыдущей, но слышала и звук сигнальной ракеты, и пулемётную стрельбу. Преодолев заграждение, четверки двигались осторожно, проверяя пространство на мины и растяжки. Когда до зданий остались считаные метры, вновь ударили пулемёты, и группу признали погибшей.

— Но мы ничего не потревожили… — возмущался командир группы.

— Смотри внимательно, — Седой стоял у проволочного заграждения, — ты и твои люди даже не обратили внимания, что появилась сигнализация, и с чистой совестью вышли на пулемёты…

Раз за разом группы проваливались, не выполнив задачу. Группа Мишеля шла последней. Бойцы делали всё грамотно: обнаружили медную проволоку в ограждении, сняли пару растяжек с сигнальными минами. Всё шло хорошо, но как только группа разделилась, за казармами их встретили «демоны». Никто из группы не смог оказать сопротивление.

В тот день ни одному отделению не удалось уничтожить объект. Вечером настроение бойцов было подавленным.

— А вы что хотели, чтобы всё по шаблону было? Вас учат в первую очередь думать. А вы этого не хотите, расслабились… «Все мы умеем, всё можем»… Нихрена вы не умеете. Сегодня погибло всё подразделение, вдумайтесь… Рота спецназа полегла, не выполнив задачу. Получается, что всё, чему мы вас учим, вами не усваивается. Как говорят у нас в Союзе: в одно ухо влетает, а в другое вылетает. Либо вы начнёте думать и действовать, либо… — Седой не договорил.

— Мы всё поняли, — за всех ответил один из офицеров.

— Надеюсь на это. Поймите, противник не будет воевать по учебнику — он понимает, что вы могли его тоже читать. Ваша задача — побеждать, но при этом оставаться в живых. Если вы погибнете, кто будет защищать страну, ваших родных и близких? Помните об этом всегда. А не гонитесь за сиюминутной победой над своими товарищами.

Утром тренировки возобновились. И хоть группы двигались, уделяя больше внимания, они все одно попадали в ловушки и засады, приготовленные парнями.

— Командир, но мы не изучали подобных мин! — возмущался один из офицеров, боец которого не распознал ползунок деревянной мины и сдвинул его своим телом.

— Ты опять не хочешь думать. Знать все типы мин невозможно, да и партизаны зачастую пользуются самоделками. Ту, на которой условно подорвался твой боец, придумали в тысяча девятьсот сорок первом году, — покачал головой Седой.

Скорость продвижения групп к ограждению упала, да и, проникнув за периметр, все стали внимательнее относиться даже к ранее сломанным веточкам. Ведь любая из них могла привести в боевое положение хитрую мину.

Глядя на действия командиров, Седой удовлетворённо кивал головой.

— Ведь могут, когда хотят…

— Пойми, у них в крови после нескольких удач считать себя всезнающими и непобедимыми. Поэтому наряду с удачами они постоянно должны терпеть поражения.

— Луис, а почему на твоих занятиях такого не происходит?

— Я им не даю побеждать. Когда они уже чувствуют вкус победы, мои инструкторы подкидывают им горькую пилюлю, и всё начинается заново. Они смогут побеждать, только познав вкус поражения. И чем больше поражений у них будет, тем слаще вкус той единственной победы, которую они смогут одержать, — улыбнулся кубинец.

— Нам еще предстоит научиться такой мудрости, — Седой протянул руку кубинцу, и тот с удовольствием её пожал.

Группа темнокожих мужчин, одетых в костюмы с множеством нашитых ленточек, уверенно двигается по редколесью, умело обходя участки, освещенные светом луны. Ленточки развиваются от быстрых, плавных движений, и со стороны идущие похожи на сказочных лесных чудовищ, на телах которых извиваются множество змей.

Высокое, темное небо, украшенное множеством далеких ярких звезд, словно куполом накрывает пространство, пряча идущих в темноте и отвлекая от них своей красотой.

Двигающийся первым поднял руку вверх и плавно опустился на колено; идущие следом проделали то же самое.

— Туда нельзя, — первый показал рукой направление.

— Почему? — Сержант опустился рядом.

— Не могу объяснить, просто чувствую…

— Доверяй своей интуиции, и она спасет тебе жизнь, — говорил Луис… — вздохнув, произнес Мишель.

Показав рукой направление движения, сержант чуть подтолкнул идущего первым. Группа продолжила движение.

— Один — ноль… Молодец, Мишаня, — улыбнулся Сергей.

— Дозорный у него молодец, почувствовал, что ли? Он не мог ничего увидеть… — тихо произнёс Игорь.