Дарт Лонгботтом (СИ) - "Добрый Волдеморт" - Страница 74

Пускай стальной клинок не был привычным световым мечом, но Шив всё же постарался добавить тому некоторые волшебные свойства. И сейчас, орудуя катаной против толпы оживших мертвецов, бывший ситх улыбался. Всё же в Англии ему нечасто приходилось убивать кого-то холодным оружием.

Отбросив набежавшую толпу силовым ударом, Палпатин воткнул в песок артефакт собственного изготовления, создающий антиаппарационный барьер, и выпустил вокруг себя «Адское пламя». Огонь принял форму драконов и мгновенно пожрал всех зомби в окру́ге, после чего перекинулся на дома волшебников. Те вспыхивали, как сухая трава, и через минуту Палпатину пришлось усмирять заклинание, заставляя огонь исчезнуть. Всё же он пришёл сюда за жертвами, а не просто для того, чтобы сжечь всех дикарей.

Из домов, которые остались целыми, высыпала воинственная толпа чернокожих. Часть из них была с посохами, другие — одеты в камуфляж и с маггловскими автоматами. Все они тут же принялись стрелять и швыряться чарами. Однако ни пули, ни сгустки тёмных проклятий не возымели никакого действия. Даже брошенная кем-то граната всего лишь подняла облако песка. Предвкушая драку, Палпатин просто двинулся вперёд, отставив меч немного в сторону.

Впереди было всего лишь мясо. По ощущениям, по-настоящему сильные волшебники сейчас тщетно пытались аппарировать. Вот только установленный артефакт не позволил никому убежать. Селение оказалось заперто магическим барьером.

Толпа негров быстро закончилась. Самые умные пытались спрятаться в руинах. Их изломанные телекинезом тела так и остались валяться между разрушенными домами. Расчистив себе путь, Палпатин заметил около сотни волшебников, которые стояли на центральной площади вокруг высокого старика с посохом и проводили какой-то ритуал. Их колдовство уже подходило к концу, и обессиленные маги один за другим падали на песок без сознания.

Когда Шив подошёл поближе, на ногах оставался только старик. Аура африканца настолько уплотнилась, что стала видима в обычном мире. Тот будто пылал чёрным огнём.

— Что тебе нужно, чужак? — прокаркал маг. Его английский был корявым. Буква «Ч» просто резала уши, но смысл речи можно было понять.

— Я хочу забрать сорок волшебников, а ещё с вас нужна клятва верности Ричи Блэкмору, которого твои воины попытались убить в прошлый раз, — буднично произнёс бывший ситх. — А ведь он просил вас по-хорошему.

— Этот белый червь сумел уйти от моих лоа, но его всё равно ждёт смерть! Ти-Жан Петро отыщет его, — зло рявкнул чернокожий старик. — И ты сейчас тоже умрёшь, наглый чужак!

Колдун вскинул над головой посох, и в сторону Палпатина полетела стая чёрных магических ос.

— Не трать напрасно мою будущую энергию, старик, — легко поглотил атаку Палпатин и двинулся вперёд. — Если ты будешь сопротивляться, то тоже станешь жертвой на алтаре.

Вместо ответа, негр рванул с шеи сплетённое из костей ожерелье, и Палпатин увидел, как в его сторону мчится стая астральных чудовищ. Впрочем, если для любого другого европейца подобная атака представляла бы собой нешуточную угрозу, Шиву причинить вреда не могла. Более того, когда тёмные духи приблизились, Палпатин снял маскировку с ауры, и астрал взорвался, будто деревенский дом от падения метеорита. Вокруг бывшего ситха образовалась многокилометровая воронка злой, чёрной энергии, в которой все атакующие духи мгновенно растаяли, как в кислоте.

Чернокожий маг заорал от ужаса, но тем не менее принялся закидывать Палпатина заклинаниями, одно темнее другого, чем только развеселил бывшего ситха.

— Даже от «Патронуса» больше неудобства, чем от твоего жалкого колдунства, глупый старик, — Шив прыжком приблизился к паникующему волшебнику и одним слитным движением отрубил тому руки. После чего немного понаблюдал, как африканец корчится от боли на земле, и мечтательно улыбнулся, стряхивая кровь с клинка: — Я всегда считал «Чо Май» идеальным ударом. Противник ещё жив, но уже понимает — без рук он в полной власти победителя. О, этот сладкий привкус отчаянья и гнева! — присев на корточки, Палпатин издевательски посмотрел магу в глаза: — Я же приказывал тебе остановиться? Приказывал. А ты не послушался. Значит, сдохнешь на алтаре, как и все твои люди.

Африканец потерял сознание, и Шив подумал, что катана всё же не световой меч и прижигать раны не умеет. Поэтому сто́ит подлечить бедолагу, пока тот окончательно не истёк кровью. Лёгкий удар молнии, поразивший обрубки рук, остановил кровотечение, и африканский колдун, очнувшись, завопил от боли.

Выбрав из сотни тел на площади нужное количество волшебников, у которых были самые развитые источники магии, Палпатин превратил их в обычные спички и сложил в коробку. Следующим в карман отправился трансфигурированный старик вместе со своим посохом, в котором тоже ощущалось множество астральных чудовищ. Духи были крепко привязаны к артефакту и убежать никуда не могли.

Попинав одного из оставшихся волшебников в тщетной попытке привести того в чувство, Палпатин хлестнул вокруг молнией, от чего негр подскочил и заорал. Шив спокойно обрисовал ситуацию, назначил дикаря главным и приказал принести клятву верности Ричи, когда Блэкмор снова появится в поселении. Негр дрожал от остаточных разрядов и обильно потел.

— Теперь ты и все твои люди будете работать на него, — посмотрел Палпатин в выпуклые чёрные глаза, чувствуя сильнейший ужас собеседника. — А иначе я снова приду в селение и заберу уже всех вас!

Шив отвернулся и, больше не тратя времени на колдуна, направился к подножью бархана, где был вкопан антиаппарационный артефакт. Сегодняшняя прогулка вызвала у Палпатина чувство сытого удовлетворения. Вот бы и в Англии всё решалось так просто. Он собирался немного пройтись по пустыне, чтобы полюбоваться пейзажами, так напоминающими ему Татуин во время бури.

Применение чёрной магии на Африканском континенте Международная Конфедерация Магов не контролировала, поэтому каких бы то ни было последствий сегодняшней бойни бывший ситх не опасался. Забрав артефакт и нагулявшись по песку, Палпатин аппарировал во Фритаун, чтобы сесть на самолёт. Ему предстояло ещё попутешествовать маггловским способом, чтобы сбить со следа возможных ищеек.

Назначенный главным африканец растормошил соплеменников, и вскоре все волшебники-вудуисты стояли на коленях, кланяясь в сторону пустыни, куда ушёл Палпатин.

«Это был Барон Суббота! Это Он!» — шептали маги, даже не пытаясь отряхивать с лиц горячий песок. Утихшая было буря вновь безжалостно ринулась отвоёвывать пространство у человеческого поселения, но ни один из магов ещё долго не мог заставить себя успокоиться.

Барти Крауч-младший сидел в министерской ложе, с головы до ног укутанный в мантию-невидимку отца, и бездумно смотрел на поле для квиддича, ничего не замечая вокруг. Однако сквозь туман «Империуса» в голову бывшего «Пожирателя Смерти» настойчиво бились чужие мысли. Внезапно Барти ощутил, как в его разум, преодолевая отцовские чары, медленно, словно змея, проникает чья-то недобрая магия.

— Я нашёл тебя, мой верный слуга! — торжествующе прошипел в его голове холодный голос.

— Господин⁈ — тут же обрадованно вскрикнул Барти. К его счастью, в шуме стадиона воплей никто не услышал.

— По воле магии между нами образовалась связь более прочная, чем раньше, — вновь прошипел Волдеморт. — Моя власть сильнее, чем «Империус» твоего отца. Вставай, трансгрессируй в сторону леса и жди меня на опушке. Мы скоро подойдём.

Ощущение присутствия Лорда пропало, но на грани чувствительности Краучу почудился злой голос повелителя: «Шевелись быстрее, Хвост, а то прикажу Нагайне обглодать тебе ноги!»

Барти ощерился и волчьим взглядом осмотрелся по сторонам. Вокруг находились волшебники, некоторых он даже помнил. Рядом сидела эльфийка Винки, закрыв глаза и спрятав голову в руках. Домовушка боялась шума, высоты, посторонних, а они как раз находились на самом верху трибун, в богатой министерской ложе.

«Винки не даст мне уйти. Она выполняет приказ отца», — подумал Крауч-младший. Внезапно его глаза зацепились за волшебную палочку, которая торчала из кармана сидевшего впереди очкастого мальчишки. Барти стал плавно, дюйм за дюймом, наклоняться вперёд, стараясь действовать как можно незаметнее, чтобы не привлечь к себе внимания домовушки.