Дарт Лонгботтом (СИ) - "Добрый Волдеморт" - Страница 221

Шив нахмурился и опустил голову, будто искренне скорбел о сложившейся ситуации в стране. Визенгамот хранил ошеломлённое молчание. Все ожидали от него привычных для министра обещаний, и то, о чём он говорил сейчас, вызывало неожиданно искренний отклик в сердцах у многих волшебников. Выдержав тщательно выверенную паузу, Палпатин вскинул голову и обратился с риторическим вопросом к молчавшим магам:

— Задумывались ли вы, откуда берёт начало римская магическая школа?.. Верно, господа, из Римской империи. А какое государство уже много столетий является сердцем тех мест?.. Правильно, Ватикан. Этот город можно назвать гнойной язвой на теле волшебного мира, ведь именно здесь зародилась инквизиция. Когда-то инквизиторы были такими же магами, как и мы. Однако со временем из них сделали «крысиных волков», которые уничтожали своих же братьев и сестёр по всей Земле.

Пятьсот лет назад инквизиторы позволили волшебникам объединиться в Международную Конфедерацию Магов. Вероятно, это было сделано для того, чтобы не вылавливать нас по отдельности. Даже сейчас Инквизиция продолжает незаметно контролировать МКМ. Ватикан из века в век провоцирует конфликты, которые обескровливают магическое сообщество.

Несколько лет назад ко мне случайно попали воспоминания Геллерта Гриндевальда. В них он признаётся, что в своё время учился в Риме у Великого Инквизитора Баттисты Ноктисса и неоднократно получал помощь и знания из Ватикана. Это станет для вас шоком, но Вторая мировая война была развязана в том числе и для того, чтобы сократить численность населения магического мира!

Теперь тишина в зале Визенгамота была наполнена страхом. Мало кто из присутствующих задумывался о подобных вещах, и теперь, услышав эти откровения, многие маги начали искать им подтверждение в истории своих родов. И самое страшное — действительно находили.

Тем временем Палпатин, сделав несколько шагов по площадке, резко остановился и продолжил:

— Друзья, мы стоим на пороге полного вырождения и утраты магических сил. С каждым годом в семьях появляется всё меньше детей, и они рождаются с более слабым магическим потенциалом, чем их родители. Уже стало нормой, что в семье один или два ребёнка. А ведь такое положение вещей ведёт нас к неминуемой гибели!

Уже сейчас только лучшие из нас могут колдовать без палочки, а ведь всего лишь тысячу лет назад концентраторы были нужны только для самых сложных и серьёзных ритуалов. Наши предки прекрасно обходились без них. Сейчас на планете живёт почти шесть миллиардов обычных людей, а волшебников всего около трёх миллионов, и наша популяция постоянно сокращается.

— Как такое могло случиться⁈ — подскочил Паркинсон. Толстяк гневно посмотрел в сторону ложи магглолюбцев и, обличительно наставив палец на Мюриэль Прюэтт, проорал:

— Это всё из-за вашей дурной идеи сближения с магглами, мадам. С таким количеством человек они поглотят нас, словно цунами маленькую лодку!

— Нет, это вы стали причиной стагнации общества волшебников! — не осталась в долгу Прюэтт. — Спрятались в своих мэнорах, как трусливые моллюски в раковине. Это из-за вас мы теперь не можем догнать магглов, узколобые dumbasses!

Останавливая препирательства, Шив влил большой объём энергии в собственную ауру, заставив и Прюэтт, и Паркинсона подавиться воздухом.

— С вашего позволения, господа… — хмыкнул Палпатин. — Угроза полного исчезновения стоит перед жителями магической Англии не просто так, и вы, лорд Паркинсон, и вы, леди Прюэтт, несомненно, правы. В двадцатом веке падение магического мира ускорилось благодаря стараниям Дамблдора и Волдеморта. Они рассчитывали уничтожить всех нас, пусть и каждый по-своему. Несмотря на красивые лозунги, которыми эти негодяи привлекали в свой лагерь сторонников, ненависть, годами копившаяся в их полных яда сердцах, не могла не выйти наружу. В конце концов настал день, когда наши враги явили миру свои чудовищные планы. Я не удивлюсь, если когда-нибудь выяснится, что Дамблдор был связан с кем-то из инквизиторов Ватикана. В интригах Альбуса всегда ощущался какой-то неуловимый иезуитский оттенок. А Волдеморт-Реддл, как уже становится понятно, был прилежным учеником Дамблдора.

Паркинсон и Прюэтт побледнели и опустились на свои места, а Шив заговорил теперь громче и резче:

— «Пожиратели» надеялись, что убийство Руфуса Скримджера поставит нас на колени. Они хотели уничтожить нашу свободу и демократию. Однако на их пути встали обычные волшебники, простые служащие Министерства. Да, это были мы с вами, господа. Мы стали на пути врага в тот день, — с воодушевлением произнёс Палпатин, посмотрев на сектор, где сидели Малфой, Гринграсс и другие нейтралы.

— Наше мужество, наша верность родной земле и наша честь оказались сильнее тёмной и светлой магии, предательства отступников и непростительных заклинаний, которые преступники, не стесняясь, применяли против нас. Пусть и ценой большой крови, но мы победили врагов. Скоро оставшихся сторонников Дамблдора и Волдеморта схватят и посадят в Азкабан. Та же участь ждёт и всех, кто был как-то связан с этими организациями.

Палпатин произнёс это с неприкрытой угрозой, внимательно оглядев ложи консерваторов и магглолюбцев. А затем продолжил ещё громче и увереннее:

— Мы долго мирились с хаосом и смертью близких нам людей, но я говорю вам: хватит! Больше нельзя терпеть!

После того как я с огромным трудом победил Волдеморта, на меня предательски напали Яксли и Амбридж. Оказалось, что всё это время эти двое работали на наших врагов. Попытка покушения на мою жизнь оказалась почти успешной. Лишь благодаря смелости Пенелопы Клируотер, которая рисковала собой, чтобы предупредить меня о засаде, я избежал смерти.

Сейчас я стою перед вами, израненный, но не сломленный. Никогда ещё моя решимость и вера в светлое будущее не были столь сильны. Наши враги потерпели поражение, хотя и не полное. Однако мы скоро найдём и уничтожим последние крестражи Волдеморта, чтобы предотвратить его возрождение. Но даже если это всё же случится, я буду готов сразиться с ним и победить снова!

Для большинства волшебников известие о крестражах Волдеморта стало полной неожиданностью. Палпатин ощутил, как страх окутывает зал Визенгамота словно липкой паутиной. Многие консерваторы, полагая, что их бывший лидер погиб, за последние дни успели переметнуться на сторону нейтралов или даже магглолюбцев. Теперь они с ужасом представляли, что произойдёт, если Волдеморт снова вернётся. Дождавшись, пока страх полностью завладеет мыслями присутствующих, Палпатин широко развёл руки, словно пытаясь обнять весь мир, и уверенно заговорил:

— Чтобы обеспечить вашу безопасность и сохранить стабильность общества, с этого дня я восстанавливаю Совет Великих Волшебников. Это новый судебный и законодательный орган, который будет быстро реагировать на все внешние угрозы. Это даст нам возможность в кратчайшие сроки создать прочное и безопасное сообщество, которое, смею вас заверить, со временем станет гарантом стабильности для всей планеты.

Мы создадим новое государство — Магическую Британскую Империю. Во главе её будет стоять Совет Великих Волшебников, представляющий все политические партии Визенгамота. Также из числа родов, ведущих свою историю от пиктских правителей, будет выбран верховный лидер — король, который будет занимать этот пост пожизненно. Пришло время вспомнить, что на протяжении многих тысячелетий Оловянными островами правили друиды! Мы с вами создадим государство, которое будет жить по законам справедливости и неотвратимости наказания. Страну, где власть будет подчиняться воле народа.

Когда на смену хаосу придут мир и благополучие, охраняемые Советом Волшебников и Королём, больше не будет места для преступности, которая процветала в прошлом. Фонд поддержки бывших авроров трансформируется в новый Департамент Магического Правопорядка. Его региональные отделения будут следить за тем, чтобы не допустить появления новых Волдемортов и Дамблдоров. Сильная и хорошо подготовленная армия волшебников обеспечит соблюдение законов для всех нас.